176 цитат Семёна Яковлевича Надсона — коротко и по делу

Подборка из 176 цитат Семёна Яковлевича Надсона: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   На юг, говорили друзья мне, на юг, Под небо его голубое! Там смолкнет, певец, твой гнетущий недуг, Там сердце очнется больное!

   На юг, говорили друзья мне, на юг, Под небо его голубое! Там смолкнет, певец, твой гнетущий недуг, Там сердце очнется больное!
2. «

   Не вини меня, друг мой, — я сын наших дней, Сын раздумья, тревог и сомнений: Я не знаю в груди беззаветных страстей, Безотчетных и смутных волнений.

   Не вини меня, друг мой, — я сын наших дней, Сын раздумья, тревог и сомнений: Я не знаю в груди беззаветных страстей, Безотчетных и смутных волнений.
3. «

   Не торопись же мне любовь свою отдать, Не наряжай меня в цветы твоих мечтаний, Подумай, в силах ли ты без конца прощать, Не испугаешься ль грядущих испытаний?

   Не торопись же мне любовь свою отдать, Не наряжай меня в цветы твоих мечтаний, Подумай, в силах ли ты без конца прощать, Не испугаешься ль грядущих испытаний?
4. «

   Тяжелою ценою Достался опыт мне! За ярким мотыльком Не брошусь я теперь, не увлекусь мечтою!

   Тяжелою ценою Достался опыт мне! За ярким мотыльком Не брошусь я теперь, не увлекусь мечтою!
5. «

   В крови и мраке утопая, Ничтожный сын толпы людской На дверь утраченного рая Глядит с насмешкой и хулой; И тех, кого зовут стремленья К святой, духовной красоте, - Клеймит печатью отверженья И распинает на кресте.

   В крови и мраке утопая, Ничтожный сын толпы людской На дверь утраченного рая Глядит с насмешкой и хулой; И тех, кого зовут стремленья К святой, духовной красоте, - Клеймит печатью отверженья И распинает на кресте.
6. «

   Для отдыха от бурь и тяжких испытаний, Для долгих вечеров наедине с собой Я не сберег в ряду воспоминаний, Сестра души моей, твой образ дорогой... Прекрасные черты, любимые когда-то, Затушевала жизнь чертами чуждых лиц, И то, что было мне так дорого и свято, - Из книги прошлого ряд вырванных страниц.

   Для отдыха от бурь и тяжких испытаний, Для долгих вечеров наедине с собой Я не сберег в ряду воспоминаний, Сестра души моей, твой образ дорогой... Прекрасные черты, любимые когда-то, Затушевала жизнь чертами чуждых лиц, И то, что было мне так дорого и свято, - Из книги прошлого ряд вырванных страниц.
7. «

   Не говори, что жизнь — игрушка В руках бессмысленной судьбы, Беспечной глупости пирушка И яд сомнений и борьбы.

   Не говори, что жизнь — игрушка В руках бессмысленной судьбы, Беспечной глупости пирушка И яд сомнений и борьбы.
8. «

   О, счастлив тот, кому во мраке этой ночи, В пустынной улице или в саду немом, Яснее звезд горят возлюбленные очи И руку жмет рука в порыве молодом.

   О, счастлив тот, кому во мраке этой ночи, В пустынной улице или в саду немом, Яснее звезд горят возлюбленные очи И руку жмет рука в порыве молодом.
9. «

   Только утро любви хорошо: хороши Только первые, робкие речи, Трепет девственно-чистой, стыдливой души, Недомолвки и беглые встречи, Перекрёстных намёков и взглядов игра, То надежда, то ревность слепая; Незабвенная, полная счастья пора, На земле — наслаждение рая!..

   Только утро любви хорошо: хороши Только первые, робкие речи, Трепет девственно-чистой, стыдливой души, Недомолвки и беглые встречи, Перекрёстных намёков и взглядов игра, То надежда, то ревность слепая; Незабвенная, полная счастья пора, На земле — наслаждение рая!..
10. «

    Я боюсь, что мы горько ошиблись, когда Так наивно, так страстно мечтали, Что призванье людей — жизнь борьбы и труда, Беззаветной любви и печали.

    Я боюсь, что мы горько ошиблись, когда Так наивно, так страстно мечтали, Что призванье людей — жизнь борьбы и труда, Беззаветной любви и печали.
11. «

    Напрасно захочет душа отдохнуть И сладким покоем забыться; Мне некому руку в тоске протянуть, Мне некому больше молиться.

    Напрасно захочет душа отдохнуть И сладким покоем забыться; Мне некому руку в тоске протянуть, Мне некому больше молиться.
12. «

    Он был поэт и мог летать В своих мечтах быстрее птицы.

    Он был поэт и мог летать В своих мечтах быстрее птицы.
13. «

    О чем, скажи, ты так хлопочешь, Куда ты нас зовешь с собой? Какой-то «свет» разлить ты хочешь Над «сном объятою» землей? Мы разве спим? Прочти газеты: Что новый день — то шаг вперед. Куда ж вы тащите, поэты, Своими песнями народ?

    О чем, скажи, ты так хлопочешь, Куда ты нас зовешь с собой? Какой-то «свет» разлить ты хочешь Над «сном объятою» землей? Мы разве спим? Прочти газеты: Что новый день — то шаг вперед. Куда ж вы тащите, поэты, Своими песнями народ?
14. «

    Шипя, взвилась змеей сигнальная ракета, И целый дождь огней пролился в вышину; Вот яркая волна пурпурового света Ворвалась в нежную, лазурную волну. Вот мечут искрами колеса золотые, И под водой пруда и в сумраке аллей Блестят, звено к звену, гирлянды огневые Мгновенно вспыхнувших несчетных фонарей. А в ясных небесах, Свой вечный, гордый путь над миром совершая, Плывет немая ночь в серебряных лучах... Плывет немая ночь и, полная презренья, Глядит как в глубине, зияющей под ней, Бессильный человек, ничтожный раб мгновенья, Пытается затмить лучи ее огней...

    Шипя, взвилась змеей сигнальная ракета, И целый дождь огней пролился в вышину; Вот яркая волна пурпурового света Ворвалась в нежную, лазурную волну. Вот мечут искрами колеса золотые, И под водой пруда и в сумраке аллей Блестят, звено к звену, гирлянды огневые Мгновенно вспыхнувших несчетных фонарей. А в ясных небесах, Свой вечный, гордый путь над миром совершая, Плывет немая ночь в серебряных лучах... Плывет немая ночь и, полная презренья, Глядит как в глубине, зияющей под ней, Бессильный человек, ничтожный раб мгновенья, Пытается затмить лучи ее огней...
15. «

    Милый, не падай душою, Знай, что настанет пора - И заблестит над землею Зорька любви и добра. Правда, свобода и знанье Станут кумиром людей, И в беспредельном сияньи Будет и сердцу теплей.

    Милый, не падай душою, Знай, что настанет пора - И заблестит над землею Зорька любви и добра. Правда, свобода и знанье Станут кумиром людей, И в беспредельном сияньи Будет и сердцу теплей.
16. «

    Как каторжник влачит оковы за собой, Так всюду я влачу среди моих скитаний Весь ад моей души, весь мрак пережитой, И страх грядущего, и боль воспоминаний... Бывают дни, когда я жалок сам себе: Так я беспомощен, так робок я, страдая, Так мало сил во мне в лицо моей судьбе Взглянуть без ужаса, очей не опуская...

    Как каторжник влачит оковы за собой, Так всюду я влачу среди моих скитаний Весь ад моей души, весь мрак пережитой, И страх грядущего, и боль воспоминаний... Бывают дни, когда я жалок сам себе: Так я беспомощен, так робок я, страдая, Так мало сил во мне в лицо моей судьбе Взглянуть без ужаса, очей не опуская...
17. «

    Что теплая песня для мертвого мира? Бездушная звонкость речей, Потеха в разгаре позорного пира, Бряцанье забытых цепей.

    Что теплая песня для мертвого мира? Бездушная звонкость речей, Потеха в разгаре позорного пира, Бряцанье забытых цепей.
18. «

    И, долгий, смутный день проживши для других, Прожив его в толпе и заодно с толпою, В затишье вечеров спокойных и немых Я для себя живу воскресшею душою.

    И, долгий, смутный день проживши для других, Прожив его в толпе и заодно с толпою, В затишье вечеров спокойных и немых Я для себя живу воскресшею душою.
19. «

    В здоровом теле — дух здоровый, Здоровый духом — не падет В борьбе с невзгодою суровой Под игом горя и забот.

    В здоровом теле — дух здоровый, Здоровый духом — не падет В борьбе с невзгодою суровой Под игом горя и забот.
20. «

    Пусть песнь твоя звучит, как тихое журчанье Ручья, звенящего серебряной струей; Пусть в ней ключом кипят надежды и желанья, И сила слышится, и смех звучит живой; Пусть мы забудемся под молодые звуки И в мир фантазии умчимся за тобой, - Пусть насладимся мы без дум и размышленья И снова проживем мечтами юных лет, - И мы благлсловим тогда твои творенья, И скажем мы тебе с восторгом: «Ты — поэт!»..»

    Пусть песнь твоя звучит, как тихое журчанье Ручья, звенящего серебряной струей; Пусть в ней ключом кипят надежды и желанья, И сила слышится, и смех звучит живой; Пусть мы забудемся под молодые звуки И в мир фантазии умчимся за тобой, - Пусть насладимся мы без дум и размышленья И снова проживем мечтами юных лет, - И мы благлсловим тогда твои творенья, И скажем мы тебе с восторгом: «Ты — поэт!»..»