194 известных цитаты Семёна Яковлевича Надсона

Подборка из 194 цитаты Семёна Яковлевича Надсона: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Пусть песнь твоя звучит огнем негодованья И душу жжет своей правдивою слезой, Пусть кадый звук вперед нас призывает Подавленным борьбой надеждою звучит, Пусть он ведет нас в бой с неправдою и тьмою. В суровый грозный бой за истину и свет, - И упадем тогда мы ниц перед тобою, И скажем мы тебе с восторгом «Ты — Поэт!..»

   Пусть песнь твоя звучит огнем негодованья И душу жжет своей правдивою слезой, Пусть кадый звук вперед нас призывает Подавленным борьбой надеждою звучит, Пусть он ведет нас в бой с неправдою и тьмою. В суровый грозный бой за истину и свет, - И упадем тогда мы ниц перед тобою, И скажем мы тебе с восторгом «Ты — Поэт!..»
2. «

   Праздник чувства окончен... погасли огни, Сняты маски и смыты румяна: И томительно тянутся скучные дни Пошлой прозы, тоски и обмана!..

   Праздник чувства окончен... погасли огни, Сняты маски и смыты румяна: И томительно тянутся скучные дни Пошлой прозы, тоски и обмана!..
3. «

   Беги, предатель, от людей И знай: нигде душе твоей Ты не найдешь успокоенья: Где б ни был ты, везде с тобой Пойдет твой призрак роковой Залогом мук и осужденья.

   Беги, предатель, от людей И знай: нигде душе твоей Ты не найдешь успокоенья: Где б ни был ты, везде с тобой Пойдет твой призрак роковой Залогом мук и осужденья.
4. «

   Пусть жизнь — эта старая лгунья — других, Довольных, пустых и бездушных, Прельщает игрою миражей своих И блеском их красок воздушных.

   Пусть жизнь — эта старая лгунья — других, Довольных, пустых и бездушных, Прельщает игрою миражей своих И блеском их красок воздушных.
5. «

   В борьбе с судьбою, погубивши силы, Ты уж тяготишься этою борьбой.

   В борьбе с судьбою, погубивши силы, Ты уж тяготишься этою борьбой.
6. «

   Зовем мы предрассудком чувство, В груди у нас сомнений ад, Сорвав венец златой с искусства, Мы увенчали им разврат.

   Зовем мы предрассудком чувство, В груди у нас сомнений ад, Сорвав венец златой с искусства, Мы увенчали им разврат.
7. «

   Друг мой, усталый, страдающий брат, Кто б ты ни был, не падай душой. Пусть неправда и зло полновластно царят Над омытой слезами землей.

   Друг мой, усталый, страдающий брат, Кто б ты ни был, не падай душой. Пусть неправда и зло полновластно царят Над омытой слезами землей.
8. «

   Жизнь твердит мне: «Стыдись малодушный! Ты молод, Ты душой не беднее других, - Встреть же грудью и злобу, и бедность и голод».

   Жизнь твердит мне: «Стыдись малодушный! Ты молод, Ты душой не беднее других, - Встреть же грудью и злобу, и бедность и голод».
9. «

   Темно грядущее... пытливый ум людской Пред тайною его бессильно замирает: Кто скажет — день ли там мерцает золотой Иль новая гроза зарницами играет?

   Темно грядущее... пытливый ум людской Пред тайною его бессильно замирает: Кто скажет — день ли там мерцает золотой Иль новая гроза зарницами играет?
10. «

    Где нам чужие вериги поднять, Если и личные наши страдания Нам не дают ни идти, ни дышать.

    Где нам чужие вериги поднять, Если и личные наши страдания Нам не дают ни идти, ни дышать.
11. «

    Мысль — цепь невольной лжи, круговорот сомненья, И ей из хаоса пути не указать.

    Мысль — цепь невольной лжи, круговорот сомненья, И ей из хаоса пути не указать.
12. «

    Злую шутку сыграла ты, жизнь, надо мной, - Ты, не дав мне ни злобы карающей, Ни меча, — безоружного кинула в бой С светлым гимном любви всепрощающей, Не умев ненавидеть, я думал любить, Думал скрежет вражды и проклятия Примиряющей песнью моей заглушить И протягивал... камням объятия.

    Злую шутку сыграла ты, жизнь, надо мной, - Ты, не дав мне ни злобы карающей, Ни меча, — безоружного кинула в бой С светлым гимном любви всепрощающей, Не умев ненавидеть, я думал любить, Думал скрежет вражды и проклятия Примиряющей песнью моей заглушить И протягивал... камням объятия.
13. «

    Отверстой бездне зла, зияющей мне в очи, Ни дна нет ни границ — и на ее краю, Окутан душной мглой невыносимой ночи, Бессильный, как дитя, в раздумье я стою: Что значу я, пигмей, со всей моей любовью, И разумом моим, и волей, и душой, Пред льющейся века страдальческою кровью, Пред вечным злом людским и вечною враждой?!

    Отверстой бездне зла, зияющей мне в очи, Ни дна нет ни границ — и на ее краю, Окутан душной мглой невыносимой ночи, Бессильный, как дитя, в раздумье я стою: Что значу я, пигмей, со всей моей любовью, И разумом моим, и волей, и душой, Пред льющейся века страдальческою кровью, Пред вечным злом людским и вечною враждой?!
14. «

    Снова лунная ночь, только лунная ночь на чужбине, Весь облит серебром потонувший в тумане залив; Синих гор полукруг наклонился к цветущей долине, И чуть дышит листва кипарисов, и пальм, и олив. Да не тянет меня красота этой чудной природы, Не зовет эта даль, не пьянит этот воздух морской, И как узник в тюрьме жаждет света и жаждет свободы, Так я жажду отчизны, отчизны моей дорогой

    Снова лунная ночь, только лунная ночь на чужбине, Весь облит серебром потонувший в тумане залив; Синих гор полукруг наклонился к цветущей долине, И чуть дышит листва кипарисов, и пальм, и олив. Да не тянет меня красота этой чудной природы, Не зовет эта даль, не пьянит этот воздух морской, И как узник в тюрьме жаждет света и жаждет свободы, Так я жажду отчизны, отчизны моей дорогой
15. «

    Да, хороши они, кавказские вершины, В тот тихий час, когда слабеющим лучом Заря чуть золотит их горные седины И ночь склоняется к ним девственным челом.

    Да, хороши они, кавказские вершины, В тот тихий час, когда слабеющим лучом Заря чуть золотит их горные седины И ночь склоняется к ним девственным челом.
16. «

    Только утро любви хорошо: хороши Только первые, робкие речи, Трепет девственно-чистой, стыдливой души, Недомолвки и беглые встречи, Перекрёстных намёков и взглядов игра, То надежда, то ревность слепая; Незабвенная, полная счастья пора, На земле — наслаждение рая!..

    Только утро любви хорошо: хороши Только первые, робкие речи, Трепет девственно-чистой, стыдливой души, Недомолвки и беглые встречи, Перекрёстных намёков и взглядов игра, То надежда, то ревность слепая; Незабвенная, полная счастья пора, На земле — наслаждение рая!..
17. «

    Как каторжник влачит оковы за собой, Так всюду я влачу среди моих скитаний Весь ад моей души, весь мрак пережитой, И страх грядущего, и боль воспоминаний... Бывают дни, когда я жалок сам себе: Так я беспомощен, так робок я, страдая, Так мало сил во мне в лицо моей судьбе Взглянуть без ужаса, очей не опуская...

    Как каторжник влачит оковы за собой, Так всюду я влачу среди моих скитаний Весь ад моей души, весь мрак пережитой, И страх грядущего, и боль воспоминаний... Бывают дни, когда я жалок сам себе: Так я беспомощен, так робок я, страдая, Так мало сил во мне в лицо моей судьбе Взглянуть без ужаса, очей не опуская...
18. «

    Милый друг, я знаю, я глубоко знаю, Что бессилен стих мой, бледный и больной; От его бессилья часто я страдаю, Часто тайно плачу в тишине ночной...

    Милый друг, я знаю, я глубоко знаю, Что бессилен стих мой, бледный и больной; От его бессилья часто я страдаю, Часто тайно плачу в тишине ночной...
19. «

    ... И крики оргии и гимны ликованья В сияньи праздничном торжественных огней, А рядом — жгучий стон мятежного страданья, И кровь пролитая, и резкий звон цепей... Разнузданный разврат, увенчанный цветами, - И труд поруганный... Смеющийся глупец - И плачущий в тиши незримыми слезами, Затерянный в толпе, непонятый мудрец!.. И это значит жить?... И это — перл творенья, Разумный человек?..

    ... И крики оргии и гимны ликованья В сияньи праздничном торжественных огней, А рядом — жгучий стон мятежного страданья, И кровь пролитая, и резкий звон цепей... Разнузданный разврат, увенчанный цветами, - И труд поруганный... Смеющийся глупец - И плачущий в тиши незримыми слезами, Затерянный в толпе, непонятый мудрец!.. И это значит жить?... И это — перл творенья, Разумный человек?..
20. «

    Давно в груди моей молчит негодованье. Как в юности, не рвусь безумно я на бой. В заветный идеал поблекло упованье, И, отдаленных гроз заслышав громыханье, Я рад, когда они проходят стороной.

    Давно в груди моей молчит негодованье. Как в юности, не рвусь безумно я на бой. В заветный идеал поблекло упованье, И, отдаленных гроз заслышав громыханье, Я рад, когда они проходят стороной.