109 цитат Стивена Кинга — избранное

Подборка из 109 цитат Стивена Кинга: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Единственный смертный грех — сдаваться.

   Единственный смертный грех — сдаваться.

   — Газонокосильщик · книга
2. «

   Самые важные вещи сложнее всего выразить словами. Иногда это оборачивается тем, что мы стыдимся собственных чувств, потому что слова делают наши чувства ущербными.

   Самые важные вещи сложнее всего выразить словами. Иногда это оборачивается тем, что мы стыдимся собственных чувств, потому что слова делают наши чувства ущербными.
3. «

   Мне всегда было интересно, как люди становятся взрослыми. А спросишь у взрослых, так они обязательно соврут.

   Мне всегда было интересно, как люди становятся взрослыми. А спросишь у взрослых, так они обязательно соврут.

   — Джейк · книга
4. «

   В двадцать один год жизнь лежит перед тобой, как карта. И только годам к двадцати пяти начинаешь подозревать, что смотришь на карту вверх ногами, а к сорока окончательно в этом убеждаешься. А к шестидесяти, уж поверьте, вы узнаёте, что безнадёжно заблудились.

   В двадцать один год жизнь лежит перед тобой, как карта. И только годам к двадцати пяти начинаешь подозревать, что смотришь на карту вверх ногами, а к сорока окончательно в этом убеждаешься. А к шестидесяти, уж поверьте, вы узнаёте, что безнадёжно заблудились.

   — Девин Джонс · книга
5. «

   Идешь вот по жизни, делаешь, что положено, а потом одна ошибка — и все летит в тартарары.

   Идешь вот по жизни, делаешь, что положено, а потом одна ошибка — и все летит в тартарары.

   — Зелёная миля · книга
6. «

   Давайте скажу прямо? Если у вас нет времени на чтение, то нет времени (и навыков) для письма. Все просто.

   Давайте скажу прямо? Если у вас нет времени на чтение, то нет времени (и навыков) для письма. Все просто.
7. «

   Господи, дай мне смирение принять то, что я не могу изменить, волю изменить то, что я не могу принять, и ум, чтобы не слишком уж выеживаться.

   Господи, дай мне смирение принять то, что я не могу изменить, волю изменить то, что я не могу принять, и ум, чтобы не слишком уж выеживаться.

   — Жребий · книга
8. «

   Земля твёрже человеческого сердца.

   Земля твёрже человеческого сердца.

   — Кладбище домашних животных · книга
9. «

   Страх — это кандалы. Надежда — это свобода.

   Страх — это кандалы. Надежда — это свобода.

   — Эллис Бойд «Рэд» Реддинг · книга
10. «

    Многие удивляются, но в детстве я не любил выкапывать трупы животных или мучить насекомых.

    Многие удивляются, но в детстве я не любил выкапывать трупы животных или мучить насекомых.
11. «

    Мир рушится на наших глазах, а тут ведутся одни разговоры как бы потрахаться.

    Мир рушится на наших глазах, а тут ведутся одни разговоры как бы потрахаться.

    — Зелёная миля · книга
12. «

    Знаешь, что мексиканцы говорят про Тихий океан? Говорят, что у него нет памяти.

    Знаешь, что мексиканцы говорят про Тихий океан? Говорят, что у него нет памяти.

    — Энди Дюфрейн · книга
13. «

    Легче быть смелым, когда ты в чужом обличье.

    Легче быть смелым, когда ты в чужом обличье.

    — Газонокосильщик · книга
14. «

    ...а вообще бывает кто-нибудь или что-нибудь нормальным? У людей за лицами иногда сплошная жуть...

    ...а вообще бывает кто-нибудь или что-нибудь нормальным? У людей за лицами иногда сплошная жуть...

    — Сердца в Атлантиде · книга
15. «

    Когда пятилетнему ребенку больно, он поднимает шум на весь свет. В десять лет он тихо всхлипывает. А когда вам исполняется лет пятнадцать, вы привыкаете зажимать себе рот руками, чтобы никто не слышал ни звука, и кричите безмолвно. Вы истекаете кровью, но этого никто не видит. Вы привыкаете к отравленным плодам, растущим на дереве вашей боли.

    Когда пятилетнему ребенку больно, он поднимает шум на весь свет. В десять лет он тихо всхлипывает. А когда вам исполняется лет пятнадцать, вы привыкаете зажимать себе рот руками, чтобы никто не слышал ни звука, и кричите безмолвно. Вы истекаете кровью, но этого никто не видит. Вы привыкаете к отравленным плодам, растущим на дереве вашей боли.

    — Чарльз Деккер · книга
16. «

    Если сегодня ты не способен никого любить, попытайся хотя бы никого не обидеть.

    Если сегодня ты не способен никого любить, попытайся хотя бы никого не обидеть.

    — Доктор Сон · книга
17. «

    Когда книга по-настоящему хорошая, хочется, чтобы она никогда не кончалась, чтобы продолжалась и продолжалась, как жизнь.

    Когда книга по-настоящему хорошая, хочется, чтобы она никогда не кончалась, чтобы продолжалась и продолжалась, как жизнь.

    — Питер Страуб · книга
18. «

    Душа человека, особенно ребенка, напоминает колодец – глубокий колодец с чистой водой. И когда какая-то мысль очень не приятна человеку, он прячет её в ящик и бросает в колодец, на самое дно. Он слышит всплеск – и неприятной мысли как не бывало. Но она остается. Даже самый глубокий колодец имеет дно, и, если что-то исчезает с глаз, это не значит, что оно действительно исчезло. Ящики, в которых заключены дурные мысли и чувства, гниют, и эта гниль может отравить всю воду и сделать человека безумным.

    Душа человека, особенно ребенка, напоминает колодец – глубокий колодец с чистой водой. И когда какая-то мысль очень не приятна человеку, он прячет её в ящик и бросает в колодец, на самое дно. Он слышит всплеск – и неприятной мысли как не бывало. Но она остается. Даже самый глубокий колодец имеет дно, и, если что-то исчезает с глаз, это не значит, что оно действительно исчезло. Ящики, в которых заключены дурные мысли и чувства, гниют, и эта гниль может отравить всю воду и сделать человека безумным.

    — Глаза дракона · книга
19. «

    У любви есть зубы, и она кусается, любовь наносит раны, которые не заживают никогда, и никакими словами невозможно заставить эти раны затянуться. В этом противоречии и есть истина: когда заживают раны от любви, сама любовь уже мертва. Самые добрые слова способны убить любовь.

    У любви есть зубы, и она кусается, любовь наносит раны, которые не заживают никогда, и никакими словами невозможно заставить эти раны затянуться. В этом противоречии и есть истина: когда заживают раны от любви, сама любовь уже мертва. Самые добрые слова способны убить любовь.

    — Тело · книга
20. «

    Будут ли дети и взрослые в восторге от Гарри Поттера через 100 лет или 200? Мне кажется, что они выдержат проверку временем и поселятся на полке, где хранится всё самое лучшее. Думаю, Гарри встанет в один ряд с Алисой и Фродо, и эта серия книг не на десятилетия, а на века.

    Будут ли дети и взрослые в восторге от Гарри Поттера через 100 лет или 200? Мне кажется, что они выдержат проверку временем и поселятся на полке, где хранится всё самое лучшее. Думаю, Гарри встанет в один ряд с Алисой и Фродо, и эта серия книг не на десятилетия, а на века.