41 цитата от Теофиля Готье

Подборка из 41 цитата Теофиля Готье: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   В пылу досады женщины, будь то герцогини или примадонны, часто черпают выражения на рынке или среди черни.

   В пылу досады женщины, будь то герцогини или примадонны, часто черпают выражения на рынке или среди черни.

   — Капитан Фракасс · книга
2. «

   Благородное сердце Сигоньяка никогда не испытывало ядовитых укусов зависти — этой зеленой отравы, которая вскоре проникает в кровь, с ее током просачивается в мельчайшие волоконца и растлевает самые стойкие души.

   Благородное сердце Сигоньяка никогда не испытывало ядовитых укусов зависти — этой зеленой отравы, которая вскоре проникает в кровь, с ее током просачивается в мельчайшие волоконца и растлевает самые стойкие души.

   — Капитан Фракасс · книга
3. «

   Начало ужина прошло в молчании; большой аппетит, как и большое чувство, всегда безмолвен.

   Начало ужина прошло в молчании; большой аппетит, как и большое чувство, всегда безмолвен.

   — Капитан Фракасс · книга
4. «

   Как все те, кого нужда делает застенчивым, он не сознавал своих преимуществ и видел одни лишь дурные стороны своего положения. Если бы он подольстился к старым друзьям отца, ему, по всей вероятности, удалось бы добиться их покровительства, но подобный шаг был противен его природе.

   Как все те, кого нужда делает застенчивым, он не сознавал своих преимуществ и видел одни лишь дурные стороны своего положения. Если бы он подольстился к старым друзьям отца, ему, по всей вероятности, удалось бы добиться их покровительства, но подобный шаг был противен его природе.

   — Капитан Фракасс · книга
5. «

   Любовь, как удача, не любит, чтобы за нею гонялись. Она охотнее посещает тех, кто дремлет у родника, и часто поцелуи цариц и богов нисходят на сомкнутые веки.

   Любовь, как удача, не любит, чтобы за нею гонялись. Она охотнее посещает тех, кто дремлет у родника, и часто поцелуи цариц и богов нисходят на сомкнутые веки.

   — Мадемуазель де Мопен · книга
6. «

   Моя победа погубила меня, надолго, если не навсегда. Таков уж мой особый удел — успех меня сокрушает и, вместо того чтобы поправить мои дела, окончательно их расстраивает.

   Моя победа погубила меня, надолго, если не навсегда. Таков уж мой особый удел — успех меня сокрушает и, вместо того чтобы поправить мои дела, окончательно их расстраивает.

   — барон де Сигоньяк · книга
7. «

   Фортуна — женщина и, хотя ее почитают слепой, все же она, стоя на своем колесе, кое-когда отмечает среди толпы кавалера высокого рождения и высоких достоинств, надо только вовремя попасться ей на глаза.

   Фортуна — женщина и, хотя ее почитают слепой, все же она, стоя на своем колесе, кое-когда отмечает среди толпы кавалера высокого рождения и высоких достоинств, надо только вовремя попасться ей на глаза.

   — Изабелла · книга
8. «

   Нижний Новгород уже давно вызывал во мне такое непреодолимое влечение. Никакая мелодия так сладко не отдавалась в моих ушах, как это далекое и неопределенное название. Я повторял его, словно молитву, почти не отдавая себе в этом отчета, и с чувством несказанного удовольствия высматривал город на картах.

   Нижний Новгород уже давно вызывал во мне такое непреодолимое влечение. Никакая мелодия так сладко не отдавалась в моих ушах, как это далекое и неопределенное название. Я повторял его, словно молитву, почти не отдавая себе в этом отчета, и с чувством несказанного удовольствия высматривал город на картах.
9. «

   Благодарность — это одна из окольных тропинок, ведущих к любви.

   Благодарность — это одна из окольных тропинок, ведущих к любви.

   — шевалье д'Альбер · книга
10. «

    Деньги — двигатель войны, любви и театра. К тому же недаром они круглые. Им положено катиться, а не скучать, лежа на дне моего кошелька.

    Деньги — двигатель войны, любви и театра. К тому же недаром они круглые. Им положено катиться, а не скучать, лежа на дне моего кошелька.

    — Белломбр · книга
11. «

    К несчастью, на свете есть две вещи, которые приходят и уходят без спросу: это любовь и скука.

    К несчастью, на свете есть две вещи, которые приходят и уходят без спросу: это любовь и скука.

    — шевалье д'Альбер · книга
12. «

    Молодые женщины не любят, когда им представляют даже в туманном будущем картину старости и уродства, что одно и то же.

    Молодые женщины не любят, когда им представляют даже в туманном будущем картину старости и уродства, что одно и то же.

    — Капитан Фракасс · книга
13. «

    Удивляюсь, почему Фортуна ни разу не сошла со стеклянного шара у твоих дверей. Правда, эта потаскуха по причине обычного для женщин дурного вкуса осыпает милостями множество разных прощелыг и недорослей в ущерб людям заслуженным.

    Удивляюсь, почему Фортуна ни разу не сошла со стеклянного шара у твоих дверей. Правда, эта потаскуха по причине обычного для женщин дурного вкуса осыпает милостями множество разных прощелыг и недорослей в ущерб людям заслуженным.

    — Лампурд · книга
14. «

    Обычно поэты, актеры и горожане безропотно сгибают спины, когда сильные мира сего удостаивают их побоев.

    Обычно поэты, актеры и горожане безропотно сгибают спины, когда сильные мира сего удостаивают их побоев.

    — Капитан Фракасс · книга
15. «

    Идеал терзает даже самые грубые натуры. Дикарь, который татуируется, мажет себя красным и голубым, вдевает себе в ноздрю рыбью кость... ищет что-то выше лежащее над тем, что существует.

    Идеал терзает даже самые грубые натуры. Дикарь, который татуируется, мажет себя красным и голубым, вдевает себе в ноздрю рыбью кость... ищет что-то выше лежащее над тем, что существует.
16. «

    Если театр изображает жизнь, значит жизнь и должна быть сходна сним, как оригинал с портретом.

    Если театр изображает жизнь, значит жизнь и должна быть сходна сним, как оригинал с портретом.

    — Ирод · книга
17. «

    После грозы птенец всегда возвращается в родное гнездо, будь оно хоть из хворостинок или прелой соломы.

    После грозы птенец всегда возвращается в родное гнездо, будь оно хоть из хворостинок или прелой соломы.

    — Капитан Фракасс · книга
18. «

    Родственные души встретятся неминуемо, если умеют ждать.

    Родственные души встретятся неминуемо, если умеют ждать.

    — Изабелла · книга
19. «

    В глазах власть имущих, пока Сигоньяк скрывал свое имя, он был лишь презренным скоморохом, шутом низкого пошиба, которого дворянин вроде Валломбреза мог по своей прихоти проучить палками, засадить в темницу или попросту убить, если тот чем-то не угодил или помешал ему, и никто не стал бы за это порицать высокородного аристократа.

    В глазах власть имущих, пока Сигоньяк скрывал свое имя, он был лишь презренным скоморохом, шутом низкого пошиба, которого дворянин вроде Валломбреза мог по своей прихоти проучить палками, засадить в темницу или попросту убить, если тот чем-то не угодил или помешал ему, и никто не стал бы за это порицать высокородного аристократа.

    — Капитан Фракасс · книга
20. «

    Стоило женщине вступить на подмостки, как она уже принадлежит толпе: жадные взгляды разбирают ее прелести, проникают в тайны ее красоты, и каждый мысленно обладает ею как любовницей.

    Стоило женщине вступить на подмостки, как она уже принадлежит толпе: жадные взгляды разбирают ее прелести, проникают в тайны ее красоты, и каждый мысленно обладает ею как любовницей.

    — Капитан Фракасс · книга