102 цитаты Томаса Харриса: от иронии до философии

Ниже 102 цитаты Томаса Харриса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — У нас наверху все коридоры были увешаны такими гобеленами, — сказал он. Если встать на цыпочки, я мог дотянуться до нижнего края. — Он приподнял угол ткани и взглянул на изнанку. — Я всегда предпочитал ту сторону гобелена. Смотрел на нити и шнуры, из которых складывается картина. — Как путаница мыслей, — заметила леди Мурасаки.

   — У нас наверху все коридоры были увешаны такими гобеленами, — сказал он. Если встать на цыпочки, я мог дотянуться до нижнего края. — Он приподнял угол ткани и взглянул на изнанку. — Я всегда предпочитал ту сторону гобелена. Смотрел на нити и шнуры, из которых складывается картина. — Как путаница мыслей, — заметила леди Мурасаки.

   — Ганнибал Лектер · книга
2. «

   Если вы вдруг почувствуете, что в вашей душе начинает завязываться боль, помните, что завязь эта скоро распустится пышными цветами облегчения.

   Если вы вдруг почувствуете, что в вашей душе начинает завязываться боль, помните, что завязь эта скоро распустится пышными цветами облегчения.

   — Ганнибал Лектер · книга
3. «

   Это же очень тяжело и крайне неуютно — сознавать, что кто-то тебя видит насквозь и полностью понимает, но при этом вовсе не испытывает к тебе теплых чувств. Когда тебе ясно, что это понимание он использует как оружие против тебя.

   Это же очень тяжело и крайне неуютно — сознавать, что кто-то тебя видит насквозь и полностью понимает, но при этом вовсе не испытывает к тебе теплых чувств. Когда тебе ясно, что это понимание он использует как оружие против тебя.

   — Ганнибал · книга
4. «

   — Лектер утверждал, что я всего лишь маленькая, амбициозная и жутко деятельная деревенщина и что мои глаза блестят, как дешевые камушки. Он сказал, что я ношу дешевые туфли, но тем не менее у меня есть вкус. Толика вкуса, уточнил он. — И это показалось вам истиной? — Да. И до сих пор кажется. Стиль обуви я, во всяком случае, сменила.

   — Лектер утверждал, что я всего лишь маленькая, амбициозная и жутко деятельная деревенщина и что мои глаза блестят, как дешевые камушки. Он сказал, что я ношу дешевые туфли, но тем не менее у меня есть вкус. Толика вкуса, уточнил он. — И это показалось вам истиной? — Да. И до сих пор кажется. Стиль обуви я, во всяком случае, сменила.

   — Ганнибал · книга
5. «

   Думаю, что очень легко принять понимание за сочувствие — ведь мы все так сильно хотим его услышать. Умение отличать первое от второго, видимо, и является одним из признаков взросления. Очень больно и противоестественно думать, что кто-то читает в твоей душе, не испытывая к тебе симпатии. Столь же отвратительно видеть в понимании только оружие хищника...

   Думаю, что очень легко принять понимание за сочувствие — ведь мы все так сильно хотим его услышать. Умение отличать первое от второго, видимо, и является одним из признаков взросления. Очень больно и противоестественно думать, что кто-то читает в твоей душе, не испытывая к тебе симпатии. Столь же отвратительно видеть в понимании только оружие хищника...

   — Клэрис Старлинг · книга
6. «

   ... Но правила на то и правила: если их понимать и принимать, все с тобой будет в порядке.

   ... Но правила на то и правила: если их понимать и принимать, все с тобой будет в порядке.

   — Ганнибал · книга
7. «

   Движение стрелок подбадривало его, показывая, что на свете все преходяще, пройдет и его боль.

   Движение стрелок подбадривало его, показывая, что на свете все преходяще, пройдет и его боль.

   — Красный Дракон · книга
8. «

   Память — это то, что заменяет подлинные картины жизни.

   Память — это то, что заменяет подлинные картины жизни.

   — Ганнибал Лектер · книга
9. «

   Когда лиса слышит, как пищит кролик, она бросается к нему, но вовсе не затем, чтобы прийти на помощь.

   Когда лиса слышит, как пищит кролик, она бросается к нему, но вовсе не затем, чтобы прийти на помощь.

   — Ганнибал · книга
10. «

    По опыту он знал, что испортить карьеру женщине гораздо легче, чем навредить в этом плане мужчине. Если женщина получает повышение, какого женщинам получать вообще-то не положено, очень просто сказать, что она заслужила его, лежа на спине.

    По опыту он знал, что испортить карьеру женщине гораздо легче, чем навредить в этом плане мужчине. Если женщина получает повышение, какого женщинам получать вообще-то не положено, очень просто сказать, что она заслужила его, лежа на спине.

    — Ганнибал · книга
11. «

    Я вовсе не считаю, что, становясь старше, мы делаемся мудрее. Но мы учимся более успешно лавировать в адском пекле. Умение лавировать — вот что нам здесь понадобится более всего.

    Я вовсе не считаю, что, становясь старше, мы делаемся мудрее. Но мы учимся более успешно лавировать в адском пекле. Умение лавировать — вот что нам здесь понадобится более всего.

    — Молчание ягнят · книга
12. «

    Никогда не отвечайте остротой на остроту. Послушайте: желание понять остроту и ответить на нее заставляет собеседника совершить в уме поспешный и не относящийся к предмету беседы поиск. Это ломает настрой. Успех беседы зависит от настроения, от той атмосферы, в которой она протекает.

    Никогда не отвечайте остротой на остроту. Послушайте: желание понять остроту и ответить на нее заставляет собеседника совершить в уме поспешный и не относящийся к предмету беседы поиск. Это ломает настрой. Успех беседы зависит от настроения, от той атмосферы, в которой она протекает.

    — Ганнибал Лектер · книга
13. «

    Ему стукнуло почти сорок, а он едва только начинал чувствовать притягательность прошлого, оно было как якорь, тащившийся по дну во время шторма.

    Ему стукнуло почти сорок, а он едва только начинал чувствовать притягательность прошлого, оно было как якорь, тащившийся по дну во время шторма.

    — Уилл Грэм · книга
14. «

    — А ты хотел бы все помнить? — Да. — Помнить — не всегда благо. — Я хотел бы все помнить. — Тогда тебе нужен Дворец памяти, чтобы все в нем хранить. Дворец созданный в твоем мозгу. — А это должен быть дворец? — Он станет разрастаться, будет огромным, как дворец.

    — А ты хотел бы все помнить? — Да. — Помнить — не всегда благо. — Я хотел бы все помнить. — Тогда тебе нужен Дворец памяти, чтобы все в нем хранить. Дворец созданный в твоем мозгу. — А это должен быть дворец? — Он станет разрастаться, будет огромным, как дворец.

    — учитель Яков · книга
15. «

    Мы никогда не испытываем страсти к воображаемым предметам. Страсть — это самый заурядный человеческих грех. Ее порождает лишь нечто осязаемое, то, что мы видим ежедневно.

    Мы никогда не испытываем страсти к воображаемым предметам. Страсть — это самый заурядный человеческих грех. Ее порождает лишь нечто осязаемое, то, что мы видим ежедневно.

    — Молчание ягнят · книга
16. «

    Пища взывает к чувствам обоняния и вкуса — самым древним нашим чувствам, центры которых расположены в самых глубинах мозга. Восприятие вкуса и запаха предшествовало возникновению чувства жалости, и поэтому жалости не остается места за моим столом. Игра на коре головного мозга, скрытой под сводом черепа, является подобием того света, который открывает нашему взору чудеса, изображенные на стенах собора и под его сводами. Чудеса эти могут оказаться более занимательными, нежели театральное представление.

    Пища взывает к чувствам обоняния и вкуса — самым древним нашим чувствам, центры которых расположены в самых глубинах мозга. Восприятие вкуса и запаха предшествовало возникновению чувства жалости, и поэтому жалости не остается места за моим столом. Игра на коре головного мозга, скрытой под сводом черепа, является подобием того света, который открывает нашему взору чудеса, изображенные на стенах собора и под его сводами. Чудеса эти могут оказаться более занимательными, нежели театральное представление.

    — Ганнибал Лектер · книга
17. «

    Мы склонны рассматривать наше решение как одномоментное явление, ставшее следствием процесса рационального и глубокого мышления. Однако, принятие решения на самом деле больше похоже на замес теста. Оно приходит не как результат суммирования отдельных глубоких мыслей, а как следствие созревания их общей массы.

    Мы склонны рассматривать наше решение как одномоментное явление, ставшее следствием процесса рационального и глубокого мышления. Однако, принятие решения на самом деле больше похоже на замес теста. Оно приходит не как результат суммирования отдельных глубоких мыслей, а как следствие созревания их общей массы.

    — Ганнибал · книга
18. «

    Изначальную гнусность человека легче всего увидеть на лицах толпы.

    Изначальную гнусность человека легче всего увидеть на лицах толпы.

    — Ганнибал · книга
19. «

    ... Вы чувствуете, как от него пахнет? Специфический запах пота, напоминающий козлиный. Запомните: это запах, характерный для шизофрении.

    ... Вы чувствуете, как от него пахнет? Специфический запах пота, напоминающий козлиный. Запомните: это запах, характерный для шизофрении.

    — Ганнибал Лектер · книга
20. «

    Милосердие привносят в мир люди. Оно рождается в тех клетках мозга, благодаря которым за миллионы лет эволюции мозг рептилии превратили в мозг человека. Убийство само по себе тоже иллюзия. Его не существует. Наши понятия о морали создали убийство, и только для нас это слово имеет смысл.

    Милосердие привносят в мир люди. Оно рождается в тех клетках мозга, благодаря которым за миллионы лет эволюции мозг рептилии превратили в мозг человека. Убийство само по себе тоже иллюзия. Его не существует. Наши понятия о морали создали убийство, и только для нас это слово имеет смысл.

    — Красный Дракон · книга