31 цитат-размышлений Уильяма Батлера Йейтса

Уильям Батлер Йейтс — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 31 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   Герой любит мир, пока тот не сокрушит его, поэт — пока он не утратил веры.

   Герой любит мир, пока тот не сокрушит его, поэт — пока он не утратил веры.
2. «

   Столешницы дубовый щит, Меч древний, что на нём лежит, Бумага и перо - Вот всё моё добро, Оружье против злобы дня.

   Столешницы дубовый щит, Меч древний, что на нём лежит, Бумага и перо - Вот всё моё добро, Оружье против злобы дня.
3. «

   Утоленное желание не самое великое из желаний.

   Утоленное желание не самое великое из желаний.
4. «

   Думайте как мудрый человек, но общайтесь на языке людей.

   Думайте как мудрый человек, но общайтесь на языке людей.
5. «

   У тех, кто складывает стихи, есть власть не от мира сего.

   У тех, кто складывает стихи, есть власть не от мира сего.

   — Первый калека · книга
6. «

   Others because you did not keep That deep-sworn vow have been friends of mine; Yet always when I look death in the face, When I clamber to the heights of sleep, Or when I grow excited with wine, Suddenly I meet your face.

   Others because you did not keep That deep-sworn vow have been friends of mine; Yet always when I look death in the face, When I clamber to the heights of sleep, Or when I grow excited with wine, Suddenly I meet your face.
7. «

   А может, и сама Земля В звенящей пустоте Вселенной - Лишь слово, лишь внезапный крик, Смутивший на короткий миг Ее покой самозабвенный.

   А может, и сама Земля В звенящей пустоте Вселенной - Лишь слово, лишь внезапный крик, Смутивший на короткий миг Ее покой самозабвенный.
8. «

   Faeries, come take me out of this dull world, For I would ride with you upon the wind, Run on the top of the dishevelled tide, And dance upon the mountains like a flame.

   Faeries, come take me out of this dull world, For I would ride with you upon the wind, Run on the top of the dishevelled tide, And dance upon the mountains like a flame.
9. «

   Мне кажется, что обычное состояние нашей жизни — ненависть (я сужу по себе): раздражение, которое вызывают в нас общественные или частные события или люди.

   Мне кажется, что обычное состояние нашей жизни — ненависть (я сужу по себе): раздражение, которое вызывают в нас общественные или частные события или люди.
10. «

    Избавь нас, Боже, от стихов, Рожденных лишь умом: Их должно в трепете зачать И выносить нутром.

    Избавь нас, Боже, от стихов, Рожденных лишь умом: Их должно в трепете зачать И выносить нутром.
11. «

    Had I the heavens' embroidered cloths, Enwrought with the golden and silver light, The blue and the dim and the dark cloths Of night and light and half-light, I would spread the cloths under your feet: But I, being poor, have only my dreams; I have spread my dreams beneath your feet; Tread softly because you tread on my dreams.

    Had I the heavens' embroidered cloths, Enwrought with the golden and silver light, The blue and the dim and the dark cloths Of night and light and half-light, I would spread the cloths under your feet: But I, being poor, have only my dreams; I have spread my dreams beneath your feet; Tread softly because you tread on my dreams.
12. «

    Лишь тот способен создать величайшую мыслимую красоту, кто испытал все мыслимые муки.

    Лишь тот способен создать величайшую мыслимую красоту, кто испытал все мыслимые муки.
13. «

    Не в кроне суть, а в правде корневой.

    Не в кроне суть, а в правде корневой.
14. «

    Я шептал: я слишком молод! А потом: я слишком стар! Бросил медную монету - На любовь гадать я стал. Иди, люби, пока молод, Красавицу юных лет! Ах, медный грош, медяк мой бедный! Мне любовь затмила весь свет! Любовь — жестокая штука. И нет мудреца на земле, Чтоб узнать твою глубину. Пусть думает он о любви, Пока не растают звёзды, И тени не проглотят луну... Ах, медный грош, медяк мой! Никогда не поздно любить!

    Я шептал: я слишком молод! А потом: я слишком стар! Бросил медную монету - На любовь гадать я стал. Иди, люби, пока молод, Красавицу юных лет! Ах, медный грош, медяк мой бедный! Мне любовь затмила весь свет! Любовь — жестокая штука. И нет мудреца на земле, Чтоб узнать твою глубину. Пусть думает он о любви, Пока не растают звёзды, И тени не проглотят луну... Ах, медный грош, медяк мой! Никогда не поздно любить!
15. «

    В иной пленит огонь ланит, В той — грациозность лани, Но смысла в этом нет; Ведь всё, что утро сохранит От зайца, спящего на склоне - Травы примятой след.

    В иной пленит огонь ланит, В той — грациозность лани, Но смысла в этом нет; Ведь всё, что утро сохранит От зайца, спящего на склоне - Травы примятой след.
16. «

    But I, being poor, have only my dreams; I have spread my dreams under your feet; Tread softly because you tread on my dreams.

    But I, being poor, have only my dreams; I have spread my dreams under your feet; Tread softly because you tread on my dreams.
17. «

    Платон учил, что наш убогий взор Лишь тени видит с их игрой мгновенной; Не верил Аристотель в этот вздор И розгой потчевал царя вселенной; Премудрый златобедрый Пифагор Бряцал на струнах, чая сокровенный В них строй найти, небесному под стать: Старьё на палке — воробьёв пугать. <...> Лишь там цветёт и дышит жизни гений, Где дух не мучит тело с юных лет, Где мудрость — не дитя бессонных бдений И красота — не горькой муки бред. О брат каштан, кипящий в белой пене, Ты — корни, крона или новый цвет? О музыки качанье и безумье - Как различить, где танец, где плясунья?

    Платон учил, что наш убогий взор Лишь тени видит с их игрой мгновенной; Не верил Аристотель в этот вздор И розгой потчевал царя вселенной; Премудрый златобедрый Пифагор Бряцал на струнах, чая сокровенный В них строй найти, небесному под стать: Старьё на палке — воробьёв пугать. <...> Лишь там цветёт и дышит жизни гений, Где дух не мучит тело с юных лет, Где мудрость — не дитя бессонных бдений И красота — не горькой муки бред. О брат каштан, кипящий в белой пене, Ты — корни, крона или новый цвет? О музыки качанье и безумье - Как различить, где танец, где плясунья?
18. «

    Прильни ко мне, любимая, чтоб милого сердца бой Звучал над моим, сквозь путаницу мягких твоих волос. В тихих сумерках тонет всё, что в любви сбылось. Пусть нас минуют Кони, скачущие с Бедой.

    Прильни ко мне, любимая, чтоб милого сердца бой Звучал над моим, сквозь путаницу мягких твоих волос. В тихих сумерках тонет всё, что в любви сбылось. Пусть нас минуют Кони, скачущие с Бедой.
19. «

    Мир полон волшебных вещей, терпеливо ожидающих, пока наши чувства обострятся.

    Мир полон волшебных вещей, терпеливо ожидающих, пока наши чувства обострятся.
20. «

    Из распри с другими людьми происходит риторика, из распри с самим собой — поэзия.

    Из распри с другими людьми происходит риторика, из распри с самим собой — поэзия.