41 цитата Уильяма Пола Янга — избранное

Ниже 41 цитата Уильяма Пола Янга — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Очень трудно спасать кого-то, если он не желает довериться тебе.

   Очень трудно спасать кого-то, если он не желает довериться тебе.

   — Хижина · книга
2. «

   Когда ты решаешь простить другого, ты любишь его правильно.

   Когда ты решаешь простить другого, ты любишь его правильно.

   — Хижина · книга
3. «

   Никто не искал вестей от Бога в почтовом ящике, только в книге. Особенно в дорогой книге, переплетенной в кожу, с позолоченным корешком.

   Никто не искал вестей от Бога в почтовом ящике, только в книге. Особенно в дорогой книге, переплетенной в кожу, с позолоченным корешком.

   — Мак · книга
4. «

   Беда в том, что жизнь с приоритетами, неизбежно порождает иерархию, пирамиду.

   Беда в том, что жизнь с приоритетами, неизбежно порождает иерархию, пирамиду.

   — Хижина · книга
5. «

   О дитя мое, не умаляй чудесной силы своих слез. Они могут стать исцеляющими водами и потоком радости. И иногда они — лучшие слова, какие может сказать душа.

   О дитя мое, не умаляй чудесной силы своих слез. Они могут стать исцеляющими водами и потоком радости. И иногда они — лучшие слова, какие может сказать душа.

   — Отец · книга
6. «

   Давай посмотрим на примере дружбы, как радикально меняется характер взаимоотношений, если убрать из существительного элемент жизни. Мак, если мы с тобой друзья, то в наших взаимоотношениях существует некое ожидание. Когда мы встречаемся или расстаемся, есть надежда совместного пребывания, общения и радости. Это ожидание не поддается точному определению, оно живое, динамичное, и все, что проистекает из нашего совместного пребывания, — это удивительный дар, доступный только нам. Но что произойдет, если я заменю «ожидание» на «обязанности», явные или скрытые? В наши взаимоотношения тотчас вторгнется закон. Теперь от тебя ожидают, что ты будешь вести себя в соответствии с возложенными на тебя обязанностями. Наша живая дружба быстро превратится в мертвечину, набор правил и требований. Речь пойдет уже не о тебе и обо мне, а о том, что полагается поступать друзьям, и о тех обязанностях, какие должны исполнять настоящие друзья.

   Давай посмотрим на примере дружбы, как радикально меняется характер взаимоотношений, если убрать из существительного элемент жизни. Мак, если мы с тобой друзья, то в наших взаимоотношениях существует некое ожидание. Когда мы встречаемся или расстаемся, есть надежда совместного пребывания, общения и радости. Это ожидание не поддается точному определению, оно живое, динамичное, и все, что проистекает из нашего совместного пребывания, — это удивительный дар, доступный только нам. Но что произойдет, если я заменю «ожидание» на «обязанности», явные или скрытые? В наши взаимоотношения тотчас вторгнется закон. Теперь от тебя ожидают, что ты будешь вести себя в соответствии с возложенными на тебя обязанностями. Наша живая дружба быстро превратится в мертвечину, набор правил и требований. Речь пойдет уже не о тебе и обо мне, а о том, что полагается поступать друзьям, и о тех обязанностях, какие должны исполнять настоящие друзья.

   — Хижина · книга
7. «

   Любовь — это не ограничение, любовь — это полет.

   Любовь — это не ограничение, любовь — это полет.

   — Отец · книга
8. «

   Прощение не означает начало взаимоотношений.

   Прощение не означает начало взаимоотношений.

   — Хижина · книга
9. «

   — Ненавижу все это...ненавижу слезы, — стонал он. — О дитя мое, — нежно заговорил Папа, — не умаляй чудесной силы своих слез. Они могут стать исцеляющими водами и потоком радости. Иногда они — лучшие слова, какие может высказать душа.

   — Ненавижу все это...ненавижу слезы, — стонал он. — О дитя мое, — нежно заговорил Папа, — не умаляй чудесной силы своих слез. Они могут стать исцеляющими водами и потоком радости. Иногда они — лучшие слова, какие может высказать душа.

   — Бог · книга
10. «

    Тьма скрывает истинный размер страхов, лжи и сожалений. Но они скорее тени, чем реальность, поэтому кажутся больше в темноте. Когда же в те глубины души, где они обитают, попадает луч света, ты начинаешь понимать, что они действительно такое.

    Тьма скрывает истинный размер страхов, лжи и сожалений. Но они скорее тени, чем реальность, поэтому кажутся больше в темноте. Когда же в те глубины души, где они обитают, попадает луч света, ты начинаешь понимать, что они действительно такое.

    — Иисус Христос · книга
11. «

    — Ты ведь не думаешь, что то, что избрал для себя мой сын, ничего нам не стоило. Любовь всегда оставляет след, — сказала она тихо. — Мы же были там вместе. Мак удивился: — На кресте? Нет, погоди, мне казалось, ты его покинула, ну, ты же знаешь: «Мой Бог, мой Бог, почему Ты оставил меня?» — Это были те слова Писания, которые Мак часто повторял во время Великой Скорби. — Ты не понял заключенной в этом тайны. Несмотря на то, что он чувствовал в тот момент, я никогда его не покидала. — Как ты можешь так говорить? Ты покинула его точно так же, как покинула меня! — Макензи, я никогда не покидала его и никогда не покидала тебя. — Для меня во всем этом нет никакого смысла, — отрезал он. — Я знаю, что нет. Во всяком случае, пока нет. Но хотя бы поразмысли вот о чем: если все, что ты видишь перед собой, одна лишь боль, может, она просто заслоняет меня?

    — Ты ведь не думаешь, что то, что избрал для себя мой сын, ничего нам не стоило. Любовь всегда оставляет след, — сказала она тихо. — Мы же были там вместе. Мак удивился: — На кресте? Нет, погоди, мне казалось, ты его покинула, ну, ты же знаешь: «Мой Бог, мой Бог, почему Ты оставил меня?» — Это были те слова Писания, которые Мак часто повторял во время Великой Скорби. — Ты не понял заключенной в этом тайны. Несмотря на то, что он чувствовал в тот момент, я никогда его не покидала. — Как ты можешь так говорить? Ты покинула его точно так же, как покинула меня! — Макензи, я никогда не покидала его и никогда не покидала тебя. — Для меня во всем этом нет никакого смысла, — отрезал он. — Я знаю, что нет. Во всяком случае, пока нет. Но хотя бы поразмысли вот о чем: если все, что ты видишь перед собой, одна лишь боль, может, она просто заслоняет меня?

    — Отец · книга
12. «

    Человек, живущий нелюбимым — всё равно что птица, лишенная способности летать.

    Человек, живущий нелюбимым — всё равно что птица, лишенная способности летать.

    — Хижина · книга
13. «

    Под возложением обязанностей подразумевается, что нечто, не зная будущего, не осознает неизбежного исхода и пытается управлять поведением, чтобы добиться желаемого результата. Люди стараются контролировать поведение в основном через возложение обязанностей.

    Под возложением обязанностей подразумевается, что нечто, не зная будущего, не осознает неизбежного исхода и пытается управлять поведением, чтобы добиться желаемого результата. Люди стараются контролировать поведение в основном через возложение обязанностей.

    — Хижина · книга
14. «

    — Большинство птиц были созданы, чтобы летать. Оказаться взаперти для них означает ограничение способности к полету, а вовсе не иной способ существования. — ... — Ты, со своей стороны, был создан быть любимым. Поэтому для тебя жить так, словно ты нелюбим, есть ограничение твоей способности, а не способ существования.

    — Большинство птиц были созданы, чтобы летать. Оказаться взаперти для них означает ограничение способности к полету, а вовсе не иной способ существования. — ... — Ты, со своей стороны, был создан быть любимым. Поэтому для тебя жить так, словно ты нелюбим, есть ограничение твоей способности, а не способ существования.

    — Элозия · книга
15. «

    Дыханьем на меня повей, Чтоб я могла дышать...и жить, К своей груди прижав, согрей И силы дай мой сон впустить. И в нежных вздохах ветра С тобой сольемся мы, Танцуя меж надгробий, В свет выходя из тьмы. Живущие не смогут Узнать простой ответ. Лишь только Тот, Кто жизнь дает, Чей выдох сердце бережет от бед. И в нежных вздохах ветра, С тобой сольемся мы, Танцуя меж надгробий, В свет выходя из тьмы.

    Дыханьем на меня повей, Чтоб я могла дышать...и жить, К своей груди прижав, согрей И силы дай мой сон впустить. И в нежных вздохах ветра С тобой сольемся мы, Танцуя меж надгробий, В свет выходя из тьмы. Живущие не смогут Узнать простой ответ. Лишь только Тот, Кто жизнь дает, Чей выдох сердце бережет от бед. И в нежных вздохах ветра, С тобой сольемся мы, Танцуя меж надгробий, В свет выходя из тьмы.

    — Сарайю · книга
16. «

    Для того чтобы что-то двигалось от смерти к жизни, ты должен соединить нечто живущее и нечто движущееся. Двигаться от существительного к чему-то динамичному и непредсказуемому, чему-то живущему в настоящем времени, — это и означает двигаться от закона к милосердию.

    Для того чтобы что-то двигалось от смерти к жизни, ты должен соединить нечто живущее и нечто движущееся. Двигаться от существительного к чему-то динамичному и непредсказуемому, чему-то живущему в настоящем времени, — это и означает двигаться от закона к милосердию.

    — Хижина · книга
17. «

    Ответственность и обязанности порождают чувство вины, стыд и наказание; они выступают основным критерием, по которому исполнительность рассматривается как важнейшая характеристика индивидуальности и значимости. Ты прекрасно знаешь, что значит жить, не отвечая чьим-то ожиданиям.

    Ответственность и обязанности порождают чувство вины, стыд и наказание; они выступают основным критерием, по которому исполнительность рассматривается как важнейшая характеристика индивидуальности и значимости. Ты прекрасно знаешь, что значит жить, не отвечая чьим-то ожиданиям.

    — Хижина · книга
18. «

    Прощение нужно прежде всего прощающему, оно освобождает от того, что пожирает тебя живьем, что убивает в тебе радость и способность любить в полной мере и открыто.

    Прощение нужно прежде всего прощающему, оно освобождает от того, что пожирает тебя живьем, что убивает в тебе радость и способность любить в полной мере и открыто.

    — Отец · книга
19. «

    Вера — это плод взаимоотношений, благодаря которым ты знаешь, что тебя любят.

    Вера — это плод взаимоотношений, благодаря которым ты знаешь, что тебя любят.

    — Сарайю · книга
20. «

    — Я думал, что ты более красивый. — По чьим стандартам? Между прочим, когда ты по-настоящему меня узнаешь, это будет тебе совершенно безразлично. <...> Существо всегда выходит за рамки внешности, за рамки того, что только кажется им. И как только ты начинаешь познавать существо за пределами его приятного или же некрасивого лица, как это тебе свойственно по природе, внешность начинает блекнуть и блекнет до тех пор, пока окончательно не потеряет значения.

    — Я думал, что ты более красивый. — По чьим стандартам? Между прочим, когда ты по-настоящему меня узнаешь, это будет тебе совершенно безразлично. <...> Существо всегда выходит за рамки внешности, за рамки того, что только кажется им. И как только ты начинаешь познавать существо за пределами его приятного или же некрасивого лица, как это тебе свойственно по природе, внешность начинает блекнуть и блекнет до тех пор, пока окончательно не потеряет значения.

    — Хижина · книга