371 цитата Уильяма Сомерсета Моэма: от иронии до философии

Подборка из 371 цитата Уильяма Сомерсета Моэма: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ох уж эти женщины. Если пытаешься лечь с ними в постель, тебя называют грязным старикашкой, если нет — поганым евнухом...

   Ох уж эти женщины. Если пытаешься лечь с ними в постель, тебя называют грязным старикашкой, если нет — поганым евнухом...

   — Джимми Лэнгтон · книга
2. «

   Странная штука — жизнь. Если не соглашаешься ни на что, кроме самого лучшего, бывает, что его-то и получаешь. Если категорически отказываешься довольствоваться чем придется, то в конце концов находишь то, что ищешь. Как будто судьба говорит: «Этот человек круглый дурак, он ищет совершенства», — а потом, из чисто женского упрямства, бросает совершенство тебе на колени.

   Странная штука — жизнь. Если не соглашаешься ни на что, кроме самого лучшего, бывает, что его-то и получаешь. Если категорически отказываешься довольствоваться чем придется, то в конце концов находишь то, что ищешь. Как будто судьба говорит: «Этот человек круглый дурак, он ищет совершенства», — а потом, из чисто женского упрямства, бросает совершенство тебе на колени.

   — Сокровище · книга
3. «

   Женщины часто пытаются покончить с собой из-за любви, но обычно так, чтобы в этом не преуспеть.

   Женщины часто пытаются покончить с собой из-за любви, но обычно так, чтобы в этом не преуспеть.

   — Луна и грош · книга
4. «

   Любовь — это боль и мука, стыд, восторг, рай и ад, чувство, что ты живешь в сто раз напряженней, чем обычно, и невыразимая тоска, свобода и рабство, умиротворение и тревога.

   Любовь — это боль и мука, стыд, восторг, рай и ад, чувство, что ты живешь в сто раз напряженней, чем обычно, и невыразимая тоска, свобода и рабство, умиротворение и тревога.

   — Джулия Ламберт · книга
5. «

   — Видите вы вон ту стену? — спросил я. — Вижу. — В таком случае, я полагаю, вы должны видеть и то, что я не желаю вашего общества.

   — Видите вы вон ту стену? — спросил я. — Вижу. — В таком случае, я полагаю, вы должны видеть и то, что я не желаю вашего общества.

   — Луна и грош · книга
6. «

   Все, что чего-то стоит, сделать нелегко, но такова одна из странностей человеческой природы: когда это касается самосохранения, когда нужно сделать что-то, от чего зависит само твое существование, нужные силы находятся.

   Все, что чего-то стоит, сделать нелегко, но такова одна из странностей человеческой природы: когда это касается самосохранения, когда нужно сделать что-то, от чего зависит само твое существование, нужные силы находятся.

   — Саймон · книга
7. «

   Мы, зрелые люди, и не подозреваем, как беспощадно, и притом безошибочно, судят о нас дети.

   Мы, зрелые люди, и не подозреваем, как беспощадно, и притом безошибочно, судят о нас дети.

   — Острие бритвы · книга
8. «

   Люди говорят одно, а делают другое — это один из самых забавных спектаклей, которые предлагает нам жизнь.

   Люди говорят одно, а делают другое — это один из самых забавных спектаклей, которые предлагает нам жизнь.

   — Доктор Сондерс · книга
9. «

   У миссис Брэдли был здравый смысл и твердые правила. Здравый смысл подсказывал ей, что, если хочешь добиться успеха в жизни, надо считаться с условностями и человек, который с ними не считается, не хочет поступать, как все, — человек ненадежный.

   У миссис Брэдли был здравый смысл и твердые правила. Здравый смысл подсказывал ей, что, если хочешь добиться успеха в жизни, надо считаться с условностями и человек, который с ними не считается, не хочет поступать, как все, — человек ненадежный.

   — Острие бритвы · книга
10. «

    Я думаю, что Бог либо внутри меня, либо нигде.

    Я думаю, что Бог либо внутри меня, либо нигде.

    — Острие бритвы · книга
11. «

    Я давно привык к людям, которых мои шутки не смешат. Нередко мне приходит в голову, что самый чистый тип художника — это юморист, который один смеётся собственным шуткам.

    Я давно привык к людям, которых мои шутки не смешат. Нередко мне приходит в голову, что самый чистый тип художника — это юморист, который один смеётся собственным шуткам.

    — Пироги и пиво, или Скелет в шкафу · книга
12. «

    Самопожертвование — страсть настолько всепоглощающая, что по сравнению с ней даже голод и вожделение — безделка. Она мчит своего раба к погибели в час наивысшего утверждения его личности.

    Самопожертвование — страсть настолько всепоглощающая, что по сравнению с ней даже голод и вожделение — безделка. Она мчит своего раба к погибели в час наивысшего утверждения его личности.

    — Острие бритвы · книга
13. «

    Он сказал одну вещь, которую я никогда не забуду, так она меня ужаснула: он сказал, что мир — это не творение, потому что из ничего ничего не бывает; это еще куда ни шло, но дальше он добавил, что зло — столь же непосредственное проявление божественного начала, как и добро.

    Он сказал одну вещь, которую я никогда не забуду, так она меня ужаснула: он сказал, что мир — это не творение, потому что из ничего ничего не бывает; это еще куда ни шло, но дальше он добавил, что зло — столь же непосредственное проявление божественного начала, как и добро.

    — Ларри Дэйли · книга
14. «

    Беда моя в том, что я не умею ненавидеть людей, которые заставляют меня смеяться.

    Беда моя в том, что я не умею ненавидеть людей, которые заставляют меня смеяться.

    — Луна и грош · книга
15. «

    Не очень это приятно, когда женщина совершенно бесстыдна.

    Не очень это приятно, когда женщина совершенно бесстыдна.

    — Малый уголок · книга
16. «

    Ничто не остается без последствий. Бросьте в пруд камень — и вы уже немного изменили Вселенную.

    Ничто не остается без последствий. Бросьте в пруд камень — и вы уже немного изменили Вселенную.

    — Острие бритвы · книга
17. «

    Любовь и вправду не стоит всего того шума, который вокруг неё поднимают.

    Любовь и вправду не стоит всего того шума, который вокруг неё поднимают.

    — Джулия Ламберт · книга
18. «

    Человек принимает решение, но, когда наступает время действовать, он бессильно склоняется под бременем своих инстинктов, страстей и ещё Бог знает чего. Он словно машина, которую приводят в действие две силы – среда и характер; разум его – только созерцатель, регистрирующий факты, но бессильный вмешаться; роль его напоминает тех богов Эпикура, которые наблюдают за людскими делами со своих эмпирейских высот, но не властны изменить ни на йоту того, что происходит.

    Человек принимает решение, но, когда наступает время действовать, он бессильно склоняется под бременем своих инстинктов, страстей и ещё Бог знает чего. Он словно машина, которую приводят в действие две силы – среда и характер; разум его – только созерцатель, регистрирующий факты, но бессильный вмешаться; роль его напоминает тех богов Эпикура, которые наблюдают за людскими делами со своих эмпирейских высот, но не властны изменить ни на йоту того, что происходит.

    — Бремя страстей человеческих · книга
19. «

    Если у человека нет таланта, никто ему его не даст, но если талант есть, можно научить им пользоваться.

    Если у человека нет таланта, никто ему его не даст, но если талант есть, можно научить им пользоваться.

    — Джимми Лэнгтон · книга
20. «

    Разве делать то, к чему у тебя лежит душа, жить так, как ты хочешь жить, и не знать внутреннего разлада — значит исковеркать себе жизнь? И такое ли уж это счастье быть видным хирургом, зарабатывать десять тысяч фунтов в год и иметь красавицу жену? Мне думется, все определяется тем, чего ты ищешь в жизни, и еще тем, что ты спрашиваешь с себя и с других.

    Разве делать то, к чему у тебя лежит душа, жить так, как ты хочешь жить, и не знать внутреннего разлада — значит исковеркать себе жизнь? И такое ли уж это счастье быть видным хирургом, зарабатывать десять тысяч фунтов в год и иметь красавицу жену? Мне думется, все определяется тем, чего ты ищешь в жизни, и еще тем, что ты спрашиваешь с себя и с других.

    — Луна и грош · книга