70 цитат Уильяма Теккерея — читать онлайн

Подборка из 70 цитат Уильяма Теккерея: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Что за враль и идиот сказал, будто «соловья баснями не кормят»? В обществе, как известно, басни считаются чем-то вроде универсального соуса, и нет такого куска, который они не помогли бы вам проглотить. Подобно тому как бессмертный Алексис Суайе приготовит вам за полушку чудесный суп, какого иной невежда-повар не сварил бы из многих фунтов овощей и говядины, так искусный художник может с помощью нескольких простых и приятных фраз достичь гораздо большего успеха, чем какой-нибудь пачкун, обладай он целым запасом благ, куда более существенных. Мало того, мы знаем, что блага существенные часто отягощают желудок, между тем как большинство людей способны переварить любое количество прекрасных слов и всегда с восторгом принимаются за новую порцию этого кушанья.

   Что за враль и идиот сказал, будто «соловья баснями не кормят»? В обществе, как известно, басни считаются чем-то вроде универсального соуса, и нет такого куска, который они не помогли бы вам проглотить. Подобно тому как бессмертный Алексис Суайе приготовит вам за полушку чудесный суп, какого иной невежда-повар не сварил бы из многих фунтов овощей и говядины, так искусный художник может с помощью нескольких простых и приятных фраз достичь гораздо большего успеха, чем какой-нибудь пачкун, обладай он целым запасом благ, куда более существенных. Мало того, мы знаем, что блага существенные часто отягощают желудок, между тем как большинство людей способны переварить любое количество прекрасных слов и всегда с восторгом принимаются за новую порцию этого кушанья.

   — Ярмарка тщеславия · книга
2. «

   Раны болят всего больше, когда заживают.

   Раны болят всего больше, когда заживают.

   — Ярмарка тщеславия · книга
3. «

   Пока есть жизнь, есть и надежда...

   Пока есть жизнь, есть и надежда...

   — Ребекка Шарп · книга
4. «

   Редки те люди, которым предначертано в покое и благоденствии пройти весь свой жизненный путь.

   Редки те люди, которым предначертано в покое и благоденствии пройти весь свой жизненный путь.

   — История Генри Эсмонда · книга
5. «

   Из всех пороков, унижающих личность человека, себялюбие самый гнусный и презренный.

   Из всех пороков, унижающих личность человека, себялюбие самый гнусный и презренный.

   — Ярмарка тщеславия · книга
6. «

   Я ни разу не слышала, чтобы отец повысил голос, произнес резкое слово, и тем удивительнее было уважение, которое питали к нему подчиненные.

   Я ни разу не слышала, чтобы отец повысил голос, произнес резкое слово, и тем удивительнее было уважение, которое питали к нему подчиненные.

   — Рейчел Эсмонд Уорингтон · книга
7. «

   ...в любовных делах всегда есть две стороны: одна любит, а другая позволяет, чтобы её любили. Иногда любящей стороной является мужчина, иногда женщина.

   ...в любовных делах всегда есть две стороны: одна любит, а другая позволяет, чтобы её любили. Иногда любящей стороной является мужчина, иногда женщина.

   — Ярмарка тщеславия · книга
8. «

   Только женщины умеют так ранить. Их маленькие стрелы отравлены ядом, который причиняет в тысячу раз больше боли, чем грубое мужское оружие.

   Только женщины умеют так ранить. Их маленькие стрелы отравлены ядом, который причиняет в тысячу раз больше боли, чем грубое мужское оружие.

   — Ярмарка тщеславия · книга
9. «

   Ее сердце умерло гораздо раньше тела. Она продала его, чтобы стать женой сэра Питта Кроули.

   Ее сердце умерло гораздо раньше тела. Она продала его, чтобы стать женой сэра Питта Кроули.

   — Ярмарка тщеславия · книга
10. «

    Знаете, у больных людей бывают подобные фантазии, и им приходится потакать.

    Знаете, у больных людей бывают подобные фантазии, и им приходится потакать.

    — Ярмарка тщеславия · книга
11. «

    Актеры в древних трагедиях, как говорят нам книги, произносили свои ямбы нараспев, встав на ходули и надев маску и пышный парик. Муза истории не желает отставать от своей театральной сестры. И она является в маске и говорит размеренной речью. И она в наш век занимается делом одних лишь только королей, прислуживая им раболепно и напыщенно, как если бы она была придворной церемониймейстершей и летопись дел простого народа вовсе ее не касалась.

    Актеры в древних трагедиях, как говорят нам книги, произносили свои ямбы нараспев, встав на ходули и надев маску и пышный парик. Муза истории не желает отставать от своей театральной сестры. И она является в маске и говорит размеренной речью. И она в наш век занимается делом одних лишь только королей, прислуживая им раболепно и напыщенно, как если бы она была придворной церемониймейстершей и летопись дел простого народа вовсе ее не касалась.

    — История Генри Эсмонда · книга
12. «

    О женщины! Они возятся и няньчатся со своими предчувствиями и любовно носятся с самыми мрачными мыслями, как матери с увечными детьми.

    О женщины! Они возятся и няньчатся со своими предчувствиями и любовно носятся с самыми мрачными мыслями, как матери с увечными детьми.

    — Ярмарка тщеславия · книга
13. «

    Великих и богатых с улыбкой встречают на широкой лестнице этого мира. Честолюбивые бедняки должны взбираться по отвесной стене, или проталкиваться по черной лестнице, или даже, черт возьми, проползать через любые лазейки, невзирая на то, насколько эти лазейки узки и грязны, лишь бы они вели кверху.

    Великих и богатых с улыбкой встречают на широкой лестнице этого мира. Честолюбивые бедняки должны взбираться по отвесной стене, или проталкиваться по черной лестнице, или даже, черт возьми, проползать через любые лазейки, невзирая на то, насколько эти лазейки узки и грязны, лишь бы они вели кверху.
14. «

    Первая юношеская или девичья страсть почти всегда бесплодна: она умирает, едва успев родиться.

    Первая юношеская или девичья страсть почти всегда бесплодна: она умирает, едва успев родиться.

    — История Генри Эсмонда · книга
15. «

    Стоит лишь изменить угол зрения, и величайший подвиг покажется низостью, подобно тому, как великан превращается в пигмея, если заглянуть в подзорную трубу с другого конца. Вы вольны описывать людей и события, но кто знает, не затуманено ли ваше зрение, надежен ли источник вашей осведомленности.

    Стоит лишь изменить угол зрения, и величайший подвиг покажется низостью, подобно тому, как великан превращается в пигмея, если заглянуть в подзорную трубу с другого конца. Вы вольны описывать людей и события, но кто знает, не затуманено ли ваше зрение, надежен ли источник вашей осведомленности.

    — История Генри Эсмонда · книга
16. «

    Он был наделен от природы горячим и нежным сердцем, которое жаждало привязаться к кому-нибудь и, казалось, не знало покоя, пока не находило друга, который бы его приветил.

    Он был наделен от природы горячим и нежным сердцем, которое жаждало привязаться к кому-нибудь и, казалось, не знало покоя, пока не находило друга, который бы его приветил.

    — История Генри Эсмонда · книга
17. «

    Две наиболее привлекательные особенности фотографии состоят в том, чтобы сделать новые вещи знакомыми и знакомые вещи новыми.

    Две наиболее привлекательные особенности фотографии состоят в том, чтобы сделать новые вещи знакомыми и знакомые вещи новыми.
18. «

    ...нет лучших сатир, чем письма... Клятвы, любовь, обещания, признания, благодарность — как забавно читать все это спустя некоторое время.

    ...нет лучших сатир, чем письма... Клятвы, любовь, обещания, признания, благодарность — как забавно читать все это спустя некоторое время.

    — Ярмарка тщеславия · книга
19. «

    Это была глупая ошибка. Но разве вся наша жизнь не состоит из подобных ошибок?

    Это была глупая ошибка. Но разве вся наша жизнь не состоит из подобных ошибок?

    — Ярмарка тщеславия · книга
20. «

    Многие достойные женщины видят смысл своей жизни в том, чтобы делать добро ближним. Они словно переполнены добротой и испытывают необходимость поделиться ею с другими.

    Многие достойные женщины видят смысл своей жизни в том, чтобы делать добро ближним. Они словно переполнены добротой и испытывают необходимость поделиться ею с другими.

    — История Генри Эсмонда · книга