130 цитат, которые говорил Уинстон Грэхем

Подборка из 130 цитат Уинстона Грэхема: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Деньги – не всегда самый сильный побудительный мотив.

   Деньги – не всегда самый сильный побудительный мотив.

   — Фрэнсис Полдарк · книга
2. «

   Миссис Полдарк никогда прежде так не беспокоилась. Ей много раз доводилось встречаться с крупными землевладельцами, богачами и аристократами, но ничего похожего на этих. теперь она куда лучше знала, как себя вести и как всё заведено, но сейчас почти в первыйраз в жизни, она была без Росса. Она не брала в расчет безумный прием у Бодруганов в начале девяностых, тогда она была в такой ярости и так задета, что ей было на всё плевать. Во всех остальных случаях Росс находился рядом. А сейчас он остался за миллион миль, а ей предстояло встретиться с людьми, которых она никогда прежде не встречала и не очень-то жаждала увидеть. Но как бы ей ни было трудно, Демельза пережила бы всё, кроме одного. Сейчас она могла подвести не только себя, но и дочь.

   Миссис Полдарк никогда прежде так не беспокоилась. Ей много раз доводилось встречаться с крупными землевладельцами, богачами и аристократами, но ничего похожего на этих. теперь она куда лучше знала, как себя вести и как всё заведено, но сейчас почти в первыйраз в жизни, она была без Росса. Она не брала в расчет безумный прием у Бодруганов в начале девяностых, тогда она была в такой ярости и так задета, что ей было на всё плевать. Во всех остальных случаях Росс находился рядом. А сейчас он остался за миллион миль, а ей предстояло встретиться с людьми, которых она никогда прежде не встречала и не очень-то жаждала увидеть. Но как бы ей ни было трудно, Демельза пережила бы всё, кроме одного. Сейчас она могла подвести не только себя, но и дочь.

   — Незнакомец из-за моря · книга
3. «

   Жизнь состоит из равновесия, противовеса и контраста.

   Жизнь состоит из равновесия, противовеса и контраста.

   — Росс Полдарк · книга
4. «

   Демельза была одной из тех женщин, что привлекают к себе внимание в самых разных условиях, он-то уж навидался: даже с растрепанными волосами и в поту, с искаженным от боли лицом при родах, грязной и неопрятной, когда выполняла какую-нибудь работу вместо слуг, рассерженной во время ссоры. Но возможно, самым большим её достоинством была способность радоваться мелочам. Для неё, казалось, ничто не теряло новизну. Только что вылупившийся птенец крапивника завораживал её не меньше, чем такой же в прошлом году. Выход в свет был таким же приключением в двадцать шесть лет, как и в шестнадцать.

   Демельза была одной из тех женщин, что привлекают к себе внимание в самых разных условиях, он-то уж навидался: даже с растрепанными волосами и в поту, с искаженным от боли лицом при родах, грязной и неопрятной, когда выполняла какую-нибудь работу вместо слуг, рассерженной во время ссоры. Но возможно, самым большим её достоинством была способность радоваться мелочам. Для неё, казалось, ничто не теряло новизну. Только что вылупившийся птенец крапивника завораживал её не меньше, чем такой же в прошлом году. Выход в свет был таким же приключением в двадцать шесть лет, как и в шестнадцать.

   — Четыре голубки · книга
5. «

   — Думаю, вы согласитесь с тем, что, хотя теоретически мы чтим закон, в жизни есть куда более важные вещи. — Например? — Дружба. Они ехали молча. — Закон этого не признает. — Я и не ожидаю этого от закона. Я прошу вас это признать.

   — Думаю, вы согласитесь с тем, что, хотя теоретически мы чтим закон, в жизни есть куда более важные вещи. — Например? — Дружба. Они ехали молча. — Закон этого не признает. — Я и не ожидаю этого от закона. Я прошу вас это признать.

   — Росс Полдарк · книга
6. «

   В молодости едва контролируемые порывы еще не ведают ограничений разума. Чувства принесли этому миру проблем не меньше, чем счастья.

   В молодости едва контролируемые порывы еще не ведают ограничений разума. Чувства принесли этому миру проблем не меньше, чем счастья.

   — Демельза Полдарк · книга
7. «

   Будьте осторожны с законом, капитан. Он капризен и изворотлив, и его можно игнорировать полдюжины раз. Но стоит лишь вступить с ним в борьбу, как сразу выясняется, что от него так же трудно освободиться, как от черного кальмара. Имейте ввиду, я разделяю вашу точку зрения. После армейской жизни правосудие и приходские констебли раздражают; я и сам это чувствовал, клянусь...

   Будьте осторожны с законом, капитан. Он капризен и изворотлив, и его можно игнорировать полдюжины раз. Но стоит лишь вступить с ним в борьбу, как сразу выясняется, что от него так же трудно освободиться, как от черного кальмара. Имейте ввиду, я разделяю вашу точку зрения. После армейской жизни правосудие и приходские констебли раздражают; я и сам это чувствовал, клянусь...

   — капитан МакНил · книга
8. «

   Она наконец добилась своего и, кажется, сама испугалась этого.

   Она наконец добилась своего и, кажется, сама испугалась этого.

   — Росс Полдарк · книга
9. «

   — Но какое это вообще имеет значение? Кто может утверждать, что твои предки не жили здесь прежде моих? Имеет значение только то, кто ты есть. Подумай вод над чем: чья родословная длиннее, чем у других? Разве не все мы произошли от Адама? — Но общество смотрит на это по-другому. — Значит, оно смотрит на это неправильно! Имени придают такое значение! Но у всех есть имена! Потому что Полдарки владеют имуществом, и Боскауэны владеют имуществом, и Данстанвилли, и Тревэнионы, и все остальные... Карны, Смиты, Картеры, Мартины и Нэнфаны... И даже Пейнтер, мы все когда-то произошли от общего предка. Кому-то повезло или он был похитрее, или имел способности, чтобы забраться выше остальных, и продолжил карабкаться наверх в течение веков, но этим он не заслужил больше похвалы или почета.

   — Но какое это вообще имеет значение? Кто может утверждать, что твои предки не жили здесь прежде моих? Имеет значение только то, кто ты есть. Подумай вод над чем: чья родословная длиннее, чем у других? Разве не все мы произошли от Адама? — Но общество смотрит на это по-другому. — Значит, оно смотрит на это неправильно! Имени придают такое значение! Но у всех есть имена! Потому что Полдарки владеют имуществом, и Боскауэны владеют имуществом, и Данстанвилли, и Тревэнионы, и все остальные... Карны, Смиты, Картеры, Мартины и Нэнфаны... И даже Пейнтер, мы все когда-то произошли от общего предка. Кому-то повезло или он был похитрее, или имел способности, чтобы забраться выше остальных, и продолжил карабкаться наверх в течение веков, но этим он не заслужил больше похвалы или почета.

   — Росс Полдарк · книга
10. «

    Теперь она поняла, что за странности — или же, напротив, вовсе не странности — происходили с Джереми в последние несколько недель. Сын летел вперед, словно под действием одного из тех электрических разрядов, о которых писали в газетах. Кроме того — правда ли? — как ей показалось, только что на пляже он кричал во все горло вместе с Изабеллой-Роуз. И разве не могла мисс Кьюби Тревэнион стать объяснением всему?

    Теперь она поняла, что за странности — или же, напротив, вовсе не странности — происходили с Джереми в последние несколько недель. Сын летел вперед, словно под действием одного из тех электрических разрядов, о которых писали в газетах. Кроме того — правда ли? — как ей показалось, только что на пляже он кричал во все горло вместе с Изабеллой-Роуз. И разве не могла мисс Кьюби Тревэнион стать объяснением всему?

    — Незнакомец из-за моря · книга
11. «

    Изъян в красоте любимого человека – словно мелизмы, что доводят музыку до совершенства.

    Изъян в красоте любимого человека – словно мелизмы, что доводят музыку до совершенства.

    — Росс Полдарк · книга
12. «

    Внутри многих людей таятся странные глубины.

    Внутри многих людей таятся странные глубины.

    — Джордж Уорлегган · книга
13. «

    Если можно было остановить жизнь на некоторое время, то я бы остановил ее здесь. Не в то мгновение, когда доберусь до дома, и не в тот миг, когда вышел из Тренвита, а в эту самую секунду, когда дошел до вершины холма за Солом, где сумерки поглотили землю, а рядом со мной, напевая песни, шагает Демельза.

    Если можно было остановить жизнь на некоторое время, то я бы остановил ее здесь. Не в то мгновение, когда доберусь до дома, и не в тот миг, когда вышел из Тренвита, а в эту самую секунду, когда дошел до вершины холма за Солом, где сумерки поглотили землю, а рядом со мной, напевая песни, шагает Демельза.

    — Росс Полдарк · книга
14. «

    Он не знал, насколько приключения позволяют лучше оценить прелести жизни дома.

    Он не знал, насколько приключения позволяют лучше оценить прелести жизни дома.

    — Затмение · книга
15. «

    — Этот кризис, Росс, выходит за пределы небольшого круга людей, участвующих в нём. Здоровье короля может улучшиться, впереди еще целая неделя! если же она пройдёт, всё кончится и мы потерпим поражение — ты сможешь вернуться в свои корнуольские владения, и я целый год не стану претендовать на твою дружескую помощь! Согласен? — Я скучаю не по корнуольским владениям, а по корнуольской жене, — улыбнулся Росс. — Что ж, ты сможешь вернуться к ней в середине февраля — всего через три недели.

    — Этот кризис, Росс, выходит за пределы небольшого круга людей, участвующих в нём. Здоровье короля может улучшиться, впереди еще целая неделя! если же она пройдёт, всё кончится и мы потерпим поражение — ты сможешь вернуться в свои корнуольские владения, и я целый год не стану претендовать на твою дружескую помощь! Согласен? — Я скучаю не по корнуольским владениям, а по корнуольской жене, — улыбнулся Росс. — Что ж, ты сможешь вернуться к ней в середине февраля — всего через три недели.

    — Росс Полдарк · книга
16. «

    — Росс, ты же знаешь, что я не нуждаюсь и не ожидаю таких подарков... — Я знаю. Но если ты полагаешь или подозреваешь, что подарками я надеялся снова купить твоё расположение, то ты права. Признаю. Так и есть, дорогая моя, любимая, обожаемая Демельза. Прекрасная, верная, чудесная Демельза.

    — Росс, ты же знаешь, что я не нуждаюсь и не ожидаю таких подарков... — Я знаю. Но если ты полагаешь или подозреваешь, что подарками я надеялся снова купить твоё расположение, то ты права. Признаю. Так и есть, дорогая моя, любимая, обожаемая Демельза. Прекрасная, верная, чудесная Демельза.

    — Демельза Полдарк · книга
17. «

    Ты считаешь чудовищным то, что тебя просят изменить Россу. И в узком смысле так оно и есть. Но могу я попытаться выразиться точнее? Отдавая любовь, ты не уменьшаешь её. Любя меня, ты не разрушишь свою любовь к Россу. Любовь лишь создает и приумножает, но никогда не разрушает. Ты не предашь свою любовь к Россу, отдав частичку любви мне. Ты лишь умножишь любовь. Нежность не сродни деньгам — чем больше ты даешь, тем больше получаешь от других.

    Ты считаешь чудовищным то, что тебя просят изменить Россу. И в узком смысле так оно и есть. Но могу я попытаться выразиться точнее? Отдавая любовь, ты не уменьшаешь её. Любя меня, ты не разрушишь свою любовь к Россу. Любовь лишь создает и приумножает, но никогда не разрушает. Ты не предашь свою любовь к Россу, отдав частичку любви мне. Ты лишь умножишь любовь. Нежность не сродни деньгам — чем больше ты даешь, тем больше получаешь от других.

    — Хью Армитадж · книга
18. «

    Сильный духом человек невольно влияет на всех окружающих.

    Сильный духом человек невольно влияет на всех окружающих.

    — Демельза Полдарк · книга
19. «

    Жизнь – азартная игра, и даже самый осторожный и крепко стоящий на ногах человек ходит по канату обстоятельств, и даже самая легкая вибрация может его сбросить. Мы живем себе, чувствуем себя в безопасности, думаем, будто мы кое-что значим в мире, и вдруг — фьють, и мы ничто.

    Жизнь – азартная игра, и даже самый осторожный и крепко стоящий на ногах человек ходит по канату обстоятельств, и даже самая легкая вибрация может его сбросить. Мы живем себе, чувствуем себя в безопасности, думаем, будто мы кое-что значим в мире, и вдруг — фьють, и мы ничто.

    — Росс Полдарк · книга
20. «

    Любимой моей розу белую сорвать А к ней в придачу бутон алый, Любовь, что в моем сердце, пытаюсь доказать, Что твоё сердце и так уже знает. Поранит палец острый шип, Кровь алой каплею прольётся Сердце отчаянно кровит И к твоему сердечку рвётся. Прижму я палец к языку, На время боль прервется. А сердца боль я извлеку, Когда в песне с твоим сольется.

    Любимой моей розу белую сорвать А к ней в придачу бутон алый, Любовь, что в моем сердце, пытаюсь доказать, Что твоё сердце и так уже знает. Поранит палец острый шип, Кровь алой каплею прольётся Сердце отчаянно кровит И к твоему сердечку рвётся. Прижму я палец к языку, На время боль прервется. А сердца боль я извлеку, Когда в песне с твоим сольется.

    — Незнакомец из-за моря · книга