Топ-60 цитат Умберто Эко

Ниже 60 цитат Умберто Эко — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Поэтическое качество я определяю как способность текста порождать различие прочтения, не исчерпываясь до дна.

   Поэтическое качество я определяю как способность текста порождать различие прочтения, не исчерпываясь до дна.

   — Заметки на полях "Имени Розы" · книга
2. «

   Исходный порядок — это как сеть, или как лестница, которую используют, чтоб куда-нибудь подняться.

   Исходный порядок — это как сеть, или как лестница, которую используют, чтоб куда-нибудь подняться.

   — Имя розы · книга
3. «

   – Мы захотели слишком многого, – подвел итог Рабби Соломон. – Но теперь уже не можем перестать хотеть.

   – Мы захотели слишком многого, – подвел итог Рабби Соломон. – Но теперь уже не можем перестать хотеть.

   — Рабби Соломон · книга
4. «

   Библиотека содержит свидетельства истины и свидетельства лжи.

   Библиотека содержит свидетельства истины и свидетельства лжи.

   — Имя розы · книга
5. «

   ... время — это вечность, у которой икота.

   ... время — это вечность, у которой икота.

   — Баудолино · книга
6. «

   Чем интеллектуализировать пролетариат, легче опролетарить интеллигенцию...

   Чем интеллектуализировать пролетариат, легче опролетарить интеллигенцию...

   — Маятник Фуко · книга
7. «

   Что добро для одних — зло для других. Но и в волшебных сказках тоже разница между феей и ведьмой — это вопрос возраста и внешности.

   Что добро для одних — зло для других. Но и в волшебных сказках тоже разница между феей и ведьмой — это вопрос возраста и внешности.

   — Пражское кладбище · книга
8. «

   Нас окружает невежество, зачастую чванливое и отстаивающее свое право быть таким. Оно все время приобретает новых сторонников. Оно самоуверенно и заявляет о своем превосходстве устами наших ограниченных политиков. А знание, хрупкое и переменчивое, которому угрожают разные опасности, которое сомневается в самом себе, является, возможно, одним из последних прибежищ утопии.

   Нас окружает невежество, зачастую чванливое и отстаивающее свое право быть таким. Оно все время приобретает новых сторонников. Оно самоуверенно и заявляет о своем превосходстве устами наших ограниченных политиков. А знание, хрупкое и переменчивое, которому угрожают разные опасности, которое сомневается в самом себе, является, возможно, одним из последних прибежищ утопии.

   — Жан-Клод Каррьер · книга
9. «

   Утверждать обман — грех! Но обманно свидетельствовать о том, во что ты сам веришь, это достойное занятие!

   Утверждать обман — грех! Но обманно свидетельствовать о том, во что ты сам веришь, это достойное занятие!

   — Баудолино · книга
10. «

    «Кстати, не очень обольщайся по поводу этих реликвий. Обломков креста я перевидал очень много и в самых разных церквах. Если все они подлинные, значит, нашего Господа терзали не на двух скрещенных бревнах, а на целом заборе…» «Учитель!» — вскричал я, потрясённый. «Но это так, Адсон. А бывают ещё более роскошные реликвии. Когда-то в Кельнском соборе я видел череп Иоанна Крестителя в возрасте двенадцати лет…» «Какое диво! — отозвался я с восхищением. И сразу же, усомнившись, воскликнул: — Но ведь Креститель погиб в более зрелом возрасте!» «Другой череп, должно быть, в другой сокровищнице», — невозмутимо отвечал Вильгельм.

    «Кстати, не очень обольщайся по поводу этих реликвий. Обломков креста я перевидал очень много и в самых разных церквах. Если все они подлинные, значит, нашего Господа терзали не на двух скрещенных бревнах, а на целом заборе…» «Учитель!» — вскричал я, потрясённый. «Но это так, Адсон. А бывают ещё более роскошные реликвии. Когда-то в Кельнском соборе я видел череп Иоанна Крестителя в возрасте двенадцати лет…» «Какое диво! — отозвался я с восхищением. И сразу же, усомнившись, воскликнул: — Но ведь Креститель погиб в более зрелом возрасте!» «Другой череп, должно быть, в другой сокровищнице», — невозмутимо отвечал Вильгельм.

    — Уильям Баскервильский · книга
11. «

    Единственное веское доказательство работы дьявола: это упорство, с которым люди, причастные к процессам, обычно твердят, будто знают нечистого по его делам.

    Единственное веское доказательство работы дьявола: это упорство, с которым люди, причастные к процессам, обычно твердят, будто знают нечистого по его делам.

    — Имя розы · книга
12. «

    Ничто так не подбадривает струсившего, как трусость другого человека.

    Ничто так не подбадривает струсившего, как трусость другого человека.

    — Имя розы · книга
13. «

    ... история — это не то, что было, а то, что рассказывается и тем самым создает для развития человеческого общества опору и прецедент.

    ... история — это не то, что было, а то, что рассказывается и тем самым создает для развития человеческого общества опору и прецедент.

    — Баудолино · книга
14. «

    Риторика — искусство хорошего выражения, а истина ли выражена или ложь, это уже не так существенно.

    Риторика — искусство хорошего выражения, а истина ли выражена или ложь, это уже не так существенно.

    — Баудолино · книга
15. «

    Однако в сознании всё было перепутано, поскольку отдых среди дня никогда не идёт на пользу телу, и покой мы обретаем, только если спим в ночные часы.

    Однако в сознании всё было перепутано, поскольку отдых среди дня никогда не идёт на пользу телу, и покой мы обретаем, только если спим в ночные часы.

    — Адсон Мелькский · книга
16. «

    Умение лгать — одна из немногих вещей, которая отличает человека от животных.

    Умение лгать — одна из немногих вещей, которая отличает человека от животных.
17. «

    Сумасшедшие и дети всегда глаголют истину.

    Сумасшедшие и дети всегда глаголют истину.

    — Имя розы · книга
18. «

    Меня с рождения окружали люди, страшившиеся козней какого-то скрытого врага. Мой дед подозревал евреев, иезуиты — масонов, мой революционный папаша — иезуитов, монархи всея Европы — карбонариев. Мои товарищи по школе, мадзинианцы, подозревали, что король — пешка в руках священников. Полиция всего мира подозревала баварских иллюминатов. И так далее. Нет счёта всем людям, кто опасается, что против них плетутся заговоры. Вот нам готовая форма. Можно заполнять её по усмотрению, кому чего, по заговору на каждый вкус.

    Меня с рождения окружали люди, страшившиеся козней какого-то скрытого врага. Мой дед подозревал евреев, иезуиты — масонов, мой революционный папаша — иезуитов, монархи всея Европы — карбонариев. Мои товарищи по школе, мадзинианцы, подозревали, что король — пешка в руках священников. Полиция всего мира подозревала баварских иллюминатов. И так далее. Нет счёта всем людям, кто опасается, что против них плетутся заговоры. Вот нам готовая форма. Можно заполнять её по усмотрению, кому чего, по заговору на каждый вкус.

    — Пражское кладбище · книга
19. «

    Читая литературный текст, мы бежим от тревоги, одолевающей нас, когда мы пытаемся сказать нечто истинное об окружающем мире.

    Читая литературный текст, мы бежим от тревоги, одолевающей нас, когда мы пытаемся сказать нечто истинное об окружающем мире.

    — Шесть прогулок в литературных лесах · книга
20. «

    Не хватало духу преследовать слабости грешников, коль скоро у них те же слабости, что у святых.

    Не хватало духу преследовать слабости грешников, коль скоро у них те же слабости, что у святых.

    — Вильгельм Барскельвийский · книга