309 цитат Веры Полозковы, ставших крылатыми

Подборка из 309 цитат Веры Полозковы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Как славно, что ты сидишь сейчас у экрана И думаешь, Что читаешь Не про себя.

   Как славно, что ты сидишь сейчас у экрана И думаешь, Что читаешь Не про себя.
2. «

   Это как проснуться в пустой палате, Повыдирать из себя все трубки, иголки, датчики, Выбежать во двор, в чьих-нибудь бахилах на босу ногу; Что они сделают, эти чёртовы неудачники, С обреченным тобой, подыхающим понемногу; И стоять, и дышать, и думать – вот, я живой ещё, Утро пахнет морозом, и пар изо рта, и мне бы Хоть бы день; а уже тишина начинает сигналить воюще, Уже сердце растёт, как сказочное чудовище, Небо едет вниз по дуге, и ты падаешь возле неба. Твою душу легонько сталкивают корабликом Вдоль по вечной реке, и весь мир обретает краски И рельеф; а ты сам навсегда лежишь почерневшим яблоком, Поздним августом, на ступенечке У терраски.

   Это как проснуться в пустой палате, Повыдирать из себя все трубки, иголки, датчики, Выбежать во двор, в чьих-нибудь бахилах на босу ногу; Что они сделают, эти чёртовы неудачники, С обреченным тобой, подыхающим понемногу; И стоять, и дышать, и думать – вот, я живой ещё, Утро пахнет морозом, и пар изо рта, и мне бы Хоть бы день; а уже тишина начинает сигналить воюще, Уже сердце растёт, как сказочное чудовище, Небо едет вниз по дуге, и ты падаешь возле неба. Твою душу легонько сталкивают корабликом Вдоль по вечной реке, и весь мир обретает краски И рельеф; а ты сам навсегда лежишь почерневшим яблоком, Поздним августом, на ступенечке У терраски.
3. «

   Ты просишь: — Можно я поживу у него пока? Надеясь: — Можно я поживу с ним? Глотая: — Можно я поживу в нём?...

   Ты просишь: — Можно я поживу у него пока? Надеясь: — Можно я поживу с ним? Глотая: — Можно я поживу в нём?...
4. «

   Обезболивающее превращает в овощ, Сам живой вроде бы, а мозг из тебя весь вытек. Час катаешься по кровати от боли, воешь, Доползаешь до кухни, ищешь свой спазмолитик – Впополам гнет, как будто снизили потолок – Вот нашел его, быстро в ложечке растолок И водой запил. А оно все не утихает, Все корежит тебя, пульсирует, муку длит, Будто это душа, или карма твоя плохая Или черт знает что еще внутри у тебя болит.

   Обезболивающее превращает в овощ, Сам живой вроде бы, а мозг из тебя весь вытек. Час катаешься по кровати от боли, воешь, Доползаешь до кухни, ищешь свой спазмолитик – Впополам гнет, как будто снизили потолок – Вот нашел его, быстро в ложечке растолок И водой запил. А оно все не утихает, Все корежит тебя, пульсирует, муку длит, Будто это душа, или карма твоя плохая Или черт знает что еще внутри у тебя болит.
5. «

   И хохотать про себя от злобы, В прихожей сидя до темноты. Со мной немыслимо повезло бы Кому-то, пахнущему, как ты.

   И хохотать про себя от злобы, В прихожей сидя до темноты. Со мной немыслимо повезло бы Кому-то, пахнущему, как ты.
6. «

   Я какое-то время жду тишины, а затем объявляю свою монаршую Волю: «Воины, знаю, вам это по плечу. Бог оставил меня, Оставил меня за старшую, Вам придется сделать, как я хочу». Вместо двух бутиков на большой никитской — «чертёжник» — там продают тетради и Нотные партитуры, «сластёна» — с теми же запахами внутри. Аня больше не держит свой ум во аде и Нe выводит вдоль кисти бритвой «умри, умри». Рак становится излечим в терминальной стадии, Игорь жив, и ему исполнилось двадцать три. Автоматы за спинами у ребят становятся бас-гитарами, Из каждой глубокой раны течёт шираз, И все сбитые кошки оказываются под фарами Просто тряпками, брошенными вдоль трасс. Да, и мы с тобой просыпаемся завтра старыми И в одной постели На этот раз.

   Я какое-то время жду тишины, а затем объявляю свою монаршую Волю: «Воины, знаю, вам это по плечу. Бог оставил меня, Оставил меня за старшую, Вам придется сделать, как я хочу». Вместо двух бутиков на большой никитской — «чертёжник» — там продают тетради и Нотные партитуры, «сластёна» — с теми же запахами внутри. Аня больше не держит свой ум во аде и Нe выводит вдоль кисти бритвой «умри, умри». Рак становится излечим в терминальной стадии, Игорь жив, и ему исполнилось двадцать три. Автоматы за спинами у ребят становятся бас-гитарами, Из каждой глубокой раны течёт шираз, И все сбитые кошки оказываются под фарами Просто тряпками, брошенными вдоль трасс. Да, и мы с тобой просыпаемся завтра старыми И в одной постели На этот раз.
7. «

   Все, что не убивает нас, Просто делает Нас Большими.

   Все, что не убивает нас, Просто делает Нас Большими.
8. «

   Мне всего вдоволь, и сколько же приобретает настоящее, если ничего не ждать и никого не селить близко к сердцу: как будто тебя прибрали, вынесли из тебя семь пакетов барахла, и в тебе оказалось так много места для солнца и воздуха, и такой вид прекрасный из тебя открывается, что тебе впервые никуда не хочется из себя переезжать.

   Мне всего вдоволь, и сколько же приобретает настоящее, если ничего не ждать и никого не селить близко к сердцу: как будто тебя прибрали, вынесли из тебя семь пакетов барахла, и в тебе оказалось так много места для солнца и воздуха, и такой вид прекрасный из тебя открывается, что тебе впервые никуда не хочется из себя переезжать.
9. «

   Свиться струйкой водопроводной – Двинуть к морю до холодов. Я хочу быть такой свободной, Чтобы не оставлять следов.

   Свиться струйкой водопроводной – Двинуть к морю до холодов. Я хочу быть такой свободной, Чтобы не оставлять следов.
10. «

    Засахарить это все, положить на полку, В минуты тоски отламывать по куску.

    Засахарить это все, положить на полку, В минуты тоски отламывать по куску.
11. «

    Не сходи с горизонта, Тим, но гряди, веди Путеводным созвездием, выстраданной наградой, Ты один способен меня обрадовать — значит, радуй, Пламенем посмеивайся в груди

    Не сходи с горизонта, Тим, но гряди, веди Путеводным созвездием, выстраданной наградой, Ты один способен меня обрадовать — значит, радуй, Пламенем посмеивайся в груди
12. «

    Дети приходят за нами туда, куда больше никто не рискует. Это только кажется, что мы их питаем и защищаем. Это они защищают нас — от окончательного отчаяния. Это они возвращают нас в «здесь и сейчас» — ежедневно. Это они придают сил, когда их больше неоткуда взять.

    Дети приходят за нами туда, куда больше никто не рискует. Это только кажется, что мы их питаем и защищаем. Это они защищают нас — от окончательного отчаяния. Это они возвращают нас в «здесь и сейчас» — ежедневно. Это они придают сил, когда их больше неоткуда взять.
13. «

    От того, что ты, Отче, любишь нас больше прочих, почему-то ещё ни разу не стало легче.

    От того, что ты, Отче, любишь нас больше прочих, почему-то ещё ни разу не стало легче.
14. «

    Здесь мы расстанемся. Лишнего не люблю. Навестишь каким-нибудь теплым антициклоном. Мы ели сыр, запивали его крепленым, Скидывались на новое по рублю. Больше мы не увидимся. Я запомню тебя влюбленным, Восемнадцатилетним, тощим и во хмелю.

    Здесь мы расстанемся. Лишнего не люблю. Навестишь каким-нибудь теплым антициклоном. Мы ели сыр, запивали его крепленым, Скидывались на новое по рублю. Больше мы не увидимся. Я запомню тебя влюбленным, Восемнадцатилетним, тощим и во хмелю.
15. «

    Никого не люблю — тех немногих только, На которых обречена.

    Никого не люблю — тех немногих только, На которых обречена.
16. «

    Чтоб в мишуре, цветной бумаге, скотче И чтоб переливалось всё подряд – До тошноты. Прости им это, Отче. Не ведают, похоже, что творят.

    Чтоб в мишуре, цветной бумаге, скотче И чтоб переливалось всё подряд – До тошноты. Прости им это, Отче. Не ведают, похоже, что творят.
17. «

    Мальчики не должны длиться дольше месяца – а то ещё жить с ними, ждать, пока перебесятся, растить внутри их неточных клонов, рожать их в муках; печься об этих, потом о новых, потом о внуках. Да, это, пожалуй, правильно и естественно, разве только все ошибаются павильоном – какие внуки могут быть у героев плохого вестерна? Дайте просто служанку – сменить белье нам.

    Мальчики не должны длиться дольше месяца – а то ещё жить с ними, ждать, пока перебесятся, растить внутри их неточных клонов, рожать их в муках; печься об этих, потом о новых, потом о внуках. Да, это, пожалуй, правильно и естественно, разве только все ошибаются павильоном – какие внуки могут быть у героев плохого вестерна? Дайте просто служанку – сменить белье нам.
18. «

    Если тебя спросят, зачем ожог приходил за льдом, не опасна его игра ли, говори, что так собран мир, что не мы его собирали.

    Если тебя спросят, зачем ожог приходил за льдом, не опасна его игра ли, говори, что так собран мир, что не мы его собирали.
19. «

    Выйдет к микрофону, буркнет Что-нибудь — и зал в огне.

    Выйдет к микрофону, буркнет Что-нибудь — и зал в огне.
20. «

    Через год вы случайно столкнетесь в городе где-то и обнаружите себя вчетверо более чужими, чем в самую первую встречу.

    Через год вы случайно столкнетесь в городе где-то и обнаружите себя вчетверо более чужими, чем в самую первую встречу.