115 цитат-размышлений Виктора Кунина

Виктор Кунин — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 115 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Что можем наскоро стихами молвить ей? Мне истина всего дороже. Подумать не успев, скажу: ты всех милей; Подумав, я скажу всё тоже.

   Что можем наскоро стихами молвить ей? Мне истина всего дороже. Подумать не успев, скажу: ты всех милей; Подумав, я скажу всё тоже.

   — Александр Пушкин · книга
2. «

   Ныне нет во мне пристрастья - Без разбора за столом, Друг разумный сладострастья, Вина обхожу кругом. Все люблю я понемногу - Часто двигаю стакан, Часто пью — но, слава богу, Редко, редко лягу пьян.

   Ныне нет во мне пристрастья - Без разбора за столом, Друг разумный сладострастья, Вина обхожу кругом. Все люблю я понемногу - Часто двигаю стакан, Часто пью — но, слава богу, Редко, редко лягу пьян.

   — Пушкин · книга
3. «

   Никогда и ни на одну критику моих сочинений я не напечатаю возражения.

   Никогда и ни на одну критику моих сочинений я не напечатаю возражения.

   — Александр Пушкин · книга
4. «

   К поэту летал соловей по ночам, Как в небо луна выплывала, И вместе с поэтом он пел — и певцам Внимая, природа смолкала. Потом соловей — повествует народ - Летал сюда каждое лето: И свищет, и плачет, и словно зовет К забытому другу поэта! Но умер поэт — прилетать перестал Пернатый певец... Полный горя, С тех пор кипарис сиротою стоял, Внимая лишь рокоту моря.

   К поэту летал соловей по ночам, Как в небо луна выплывала, И вместе с поэтом он пел — и певцам Внимая, природа смолкала. Потом соловей — повествует народ - Летал сюда каждое лето: И свищет, и плачет, и словно зовет К забытому другу поэта! Но умер поэт — прилетать перестал Пернатый певец... Полный горя, С тех пор кипарис сиротою стоял, Внимая лишь рокоту моря.

   — Некрасов · книга
5. «

   В осенней наготе стояли дерева И неприветливо чернели; Хрустела под ногой морозная трава, И листья мертвые, волнуяся, шумели.

   В осенней наготе стояли дерева И неприветливо чернели; Хрустела под ногой морозная трава, И листья мертвые, волнуяся, шумели.

   — Баратынский Евгений Абрамович · книга
6. «

   Столичный шум меня тревожит; Всегда в нем грустно я живу.

   Столичный шум меня тревожит; Всегда в нем грустно я живу.

   — Александр Пушкин · книга
7. «

   В мои осенние досуги, В те дни, как любо мне писать, Вы мне советуете други, Рассказ забытый продолжать. Вы говорите справедливо, Что странно, даже неучтиво Роман не конча перервать, Отдав уже его в печать, Что должно своего героя Как бы то ни было женить, По крайней мере уморить.

   В мои осенние досуги, В те дни, как любо мне писать, Вы мне советуете други, Рассказ забытый продолжать. Вы говорите справедливо, Что странно, даже неучтиво Роман не конча перервать, Отдав уже его в печать, Что должно своего героя Как бы то ни было женить, По крайней мере уморить.

   — Александр Пушкин · книга
8. «

   ... Для развлеченья, оставя книг ученье, В досужий мне часок У добренькой старушки Душистый пью чаек; Не похожу я к ручке, Не шаркаю пред ней; Она не приседает, Но тотчас и вестей Мне пропасть наболтает.

   ... Для развлеченья, оставя книг ученье, В досужий мне часок У добренькой старушки Душистый пью чаек; Не похожу я к ручке, Не шаркаю пред ней; Она не приседает, Но тотчас и вестей Мне пропасть наболтает.

   — Пушкин · книга
9. «

   «Пошли мне долгу жизнь и многие года!» Зевеса вот о чем и всюду и всегда Привыкли мы молить — но сколькими бедами Исполнен долгий век!

   «Пошли мне долгу жизнь и многие года!» Зевеса вот о чем и всюду и всегда Привыкли мы молить — но сколькими бедами Исполнен долгий век!

   — Александр Пушкин · книга
10. «

    Мне 27 лет, дорогой друг. Пора жить, т. е. познать счастье. Ты говоришь мне, что оно не может быть вечным: хороша новость! Не личное мое счастье заботит меня, могу ли я возле нее не быть счастливейшим из людей, — но я содрогаюсь при мысли, что не смогу сделать ее столь счастливой, как мне хотелось бы.

    Мне 27 лет, дорогой друг. Пора жить, т. е. познать счастье. Ты говоришь мне, что оно не может быть вечным: хороша новость! Не личное мое счастье заботит меня, могу ли я возле нее не быть счастливейшим из людей, — но я содрогаюсь при мысли, что не смогу сделать ее столь счастливой, как мне хотелось бы.

    — Александр Пушкин · книга
11. «

    Что пирует царь великий В Петербурге-городке? Отчего пальба и клики И эскадра на реке? Озарен ли честью новой Русский штык иль русский флаг? Побежден ли швед суровый? Мира ль просит грозный враг?

    Что пирует царь великий В Петербурге-городке? Отчего пальба и клики И эскадра на реке? Озарен ли честью новой Русский штык иль русский флаг? Побежден ли швед суровый? Мира ль просит грозный враг?

    — Александр Пушкин · книга
12. «

    Не блеск пустых речей, Не славы шаткой сила, Не милости царей, Не злато богачей - Нет, к счастию ведет Путь чести благородной, Где ум души свободной, Где совести покой Упрекам неподвластен.

    Не блеск пустых речей, Не славы шаткой сила, Не милости царей, Не злато богачей - Нет, к счастию ведет Путь чести благородной, Где ум души свободной, Где совести покой Упрекам неподвластен.

    — Раевский Владимир Федосеевич · книга
13. «

    Пусть нежный баловень полуденной природы, Где тень душистее, красноречивей воды, Улыбку первую приветствует весны! Сын пасмурных небес полуночной страны, Обвыкший к свисту вьюг и реву непогоды, Приветствую душой и песней первый снег...

    Пусть нежный баловень полуденной природы, Где тень душистее, красноречивей воды, Улыбку первую приветствует весны! Сын пасмурных небес полуночной страны, Обвыкший к свисту вьюг и реву непогоды, Приветствую душой и песней первый снег...

    — Вяземский Петр Андреевич · книга
14. «

    Я позабыл любви призывы И плен опасной красоты; Свободы друг миролюбивый, В толпе красавиц молодых, Я, равнодушный и ленивый, Своих богов не вижу в них.

    Я позабыл любви призывы И плен опасной красоты; Свободы друг миролюбивый, В толпе красавиц молодых, Я, равнодушный и ленивый, Своих богов не вижу в них.

    — Пушкин · книга
15. «

    Не только русская, но, вероятно, и мировая литература не знали ничего подобного болдинской осени Пушкина, если измерять не по количеству, конечно, а по глубине и значимости написанного на единицу творческого времени.

    Не только русская, но, вероятно, и мировая литература не знали ничего подобного болдинской осени Пушкина, если измерять не по количеству, конечно, а по глубине и значимости написанного на единицу творческого времени.

    — Жизнь Пушкина, рассказанная им самим и его современниками · книга
16. «

    Вы избалованы природой; Она пристрастна к вам была, И наша вечная хвала Вам кажется докучной одой.

    Вы избалованы природой; Она пристрастна к вам была, И наша вечная хвала Вам кажется докучной одой.

    — Пушкин · книга
17. «

    Цели нет передо мною: Сердце пусто, празден ум, И томит меня тоскою Однозвучный жизни шум.

    Цели нет передо мною: Сердце пусто, празден ум, И томит меня тоскою Однозвучный жизни шум.

    — Александр Пушкин · книга
18. «

    Первая любовь всегда является делом чувствительности: чем она глупее, тем больше оставляет по себе чудесных воспоминаний.

    Первая любовь всегда является делом чувствительности: чем она глупее, тем больше оставляет по себе чудесных воспоминаний.

    — Александр Пушкин · книга
19. «

    Я твой по-прежнему, тебя люблю я вновь И без надежд и без желаний. Как пламень жертвенный, чиста моя любовь И нежность девственных мечтаний.

    Я твой по-прежнему, тебя люблю я вновь И без надежд и без желаний. Как пламень жертвенный, чиста моя любовь И нежность девственных мечтаний.

    — Александр Пушкин · книга
20. «

    Еще люблю подчас жизнь старую свою С ее ущербами и грустным поворотом.

    Еще люблю подчас жизнь старую свою С ее ущербами и грустным поворотом.

    — Вяземский Петр Андреевич · книга