87 лучших фраз Виктора Кунина

Виктор Кунин — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 87 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Мы живем в каком-то равнодушии ко всему, в самом тесном горизонте, без прошедшего и будущего.

   Мы живем в каком-то равнодушии ко всему, в самом тесном горизонте, без прошедшего и будущего.

   — Чаадаев · книга
2. «

   Раз я всю ночь напролет просидел в маленьком домике Пушкина, слушая чтение «Бориса Годунова». Не могу передать вам, какое высокое наслаждение испытал я в то время.

   Раз я всю ночь напролет просидел в маленьком домике Пушкина, слушая чтение «Бориса Годунова». Не могу передать вам, какое высокое наслаждение испытал я в то время.

   — Алексей Вульф · книга
3. «

   Я позабыл любви призывы И плен опасной красоты; Свободы друг миролюбивый, В толпе красавиц молодых, Я, равнодушный и ленивый, Своих богов не вижу в них.

   Я позабыл любви призывы И плен опасной красоты; Свободы друг миролюбивый, В толпе красавиц молодых, Я, равнодушный и ленивый, Своих богов не вижу в них.

   — Пушкин · книга
4. «

   Пушкина жестоко жмет цензура. Он просил себе другого цензора. Ему назначили Гаевского. Пушкин раскаивается, но поздно. Гаевский до того напуган гауптвахтой, на которой просидел восемь дней, что теперь сомневается, можно ли пропустить в печать известия вроде того, что такой-то король скончался.

   Пушкина жестоко жмет цензура. Он просил себе другого цензора. Ему назначили Гаевского. Пушкин раскаивается, но поздно. Гаевский до того напуган гауптвахтой, на которой просидел восемь дней, что теперь сомневается, можно ли пропустить в печать известия вроде того, что такой-то король скончался.

   — Никитенко · книга
5. «

   Сколько лет тобой страдал я, Сколько лет тебя искал я - От меня ты отперлась. Не искал он, не страдал он, Серебром лишь побряцал он, И ему ты отдалась.

   Сколько лет тобой страдал я, Сколько лет тебя искал я - От меня ты отперлась. Не искал он, не страдал он, Серебром лишь побряцал он, И ему ты отдалась.

   — Александр Пушкин · книга
6. «

   Простишь ли мне ревнивые мечты, Моей любви безумное волненье? Ты мне верна: зачем же любишь ты Всегда пугать мое воображенье?

   Простишь ли мне ревнивые мечты, Моей любви безумное волненье? Ты мне верна: зачем же любишь ты Всегда пугать мое воображенье?

   — Александр Пушкин · книга
7. «

   Не вызывай меня ты боле К навек оставленным трудам, Ни к поэтической неволе, Ни к обработанным стихам. Что нужды, если и с ошибкой И слабо иногда пою? Пускай Нинета лишь улыбкой Любовь беспечную мою Воспламенит и успокоит! А труд и холоден и пуст; Поэма никогда не стоит Улыбки сладострастных уст.

   Не вызывай меня ты боле К навек оставленным трудам, Ни к поэтической неволе, Ни к обработанным стихам. Что нужды, если и с ошибкой И слабо иногда пою? Пускай Нинета лишь улыбкой Любовь беспечную мою Воспламенит и успокоит! А труд и холоден и пуст; Поэма никогда не стоит Улыбки сладострастных уст.

   — Александр Пушкин · книга
8. «

   Утрачена в бесплодных испытаньях Была моя неопытная младость, И бурные кипели в сердце чувства И ненависть, и грезы мести бледной.

   Утрачена в бесплодных испытаньях Была моя неопытная младость, И бурные кипели в сердце чувства И ненависть, и грезы мести бледной.

   — Пушкин · книга
9. «

   Вспомните Шекспира, он никогда не боится скомпрометировать своего героя, он заставляет его говорить с полной непринужденностью, как в жизни.

   Вспомните Шекспира, он никогда не боится скомпрометировать своего героя, он заставляет его говорить с полной непринужденностью, как в жизни.

   — Пушкин · книга
10. «

    Когда-то (помню с умиленьем), Я смел вас нянчить с восхищеньем, Вы были дивное дитя. Вы расцвели — с благоговеньем Вам нынче поклоняюсь я. За вами сердцем и глазами С невольным трепетом ношусь И вашей славою и вами, Как нянька старая, горжусь.

    Когда-то (помню с умиленьем), Я смел вас нянчить с восхищеньем, Вы были дивное дитя. Вы расцвели — с благоговеньем Вам нынче поклоняюсь я. За вами сердцем и глазами С невольным трепетом ношусь И вашей славою и вами, Как нянька старая, горжусь.

    — Александр Пушкин · книга
11. «

    Взять жену без состояния — я в состоянии, но входить в долги для ее тряпок — я не в состоянии.

    Взять жену без состояния — я в состоянии, но входить в долги для ее тряпок — я не в состоянии.

    — Александр Пушкин · книга
12. «

    Понятна мне времен превратность, Не прекословлю, право, ей: У нас нова рожденьем знатность, И чем новее, тем знатней.

    Понятна мне времен превратность, Не прекословлю, право, ей: У нас нова рожденьем знатность, И чем новее, тем знатней.

    — Александр Пушкин · книга
13. «

    Но злобно мной играет счастье: Давно без крова я ношусь. Куда подует самовластье; Уснув, не знаю, где проснусь.

    Но злобно мной играет счастье: Давно без крова я ношусь. Куда подует самовластье; Уснув, не знаю, где проснусь.

    — Александр Пушкин · книга
14. «

    Государственный человек, будучи возвышен над прочими, обращает на себя взоры своих сограждан; его слова и поступки служат для них правилом. Если нравы его беспорочны, то он может образовать народную нравственность более собственным примером, нежели властию. Но если порочные склонности овладели его сердцем, то он ослабит гражданские добродетели и без умысла сделается врагом общества.

    Государственный человек, будучи возвышен над прочими, обращает на себя взоры своих сограждан; его слова и поступки служат для них правилом. Если нравы его беспорочны, то он может образовать народную нравственность более собственным примером, нежели властию. Но если порочные склонности овладели его сердцем, то он ослабит гражданские добродетели и без умысла сделается врагом общества.

    — Куницын А. П. · книга
15. «

    Свобода! он одной тебя Еще искал в подлунном мире. Страстями сердце погубя, Охолодев к мечтам и лире.

    Свобода! он одной тебя Еще искал в подлунном мире. Страстями сердце погубя, Охолодев к мечтам и лире.

    — Пушкин · книга
16. «

    Душещипательные переводные романы, составлявшие главную часть пухлых томов «Библиотеки для чтения», привлекали умы и сердца многих «любителей почитать» в обеих столицах и провинции.

    Душещипательные переводные романы, составлявшие главную часть пухлых томов «Библиотеки для чтения», привлекали умы и сердца многих «любителей почитать» в обеих столицах и провинции.

    — Последний год жизни Пушкина · книга
17. «

    Как эта глупая луна На этом глупом небосклоне... Человек, в лихорадочном бреду находящийся, едва ли скажет что нелепее. Мы уже ничего не говорим о глупой луне: ей и действительно не мудрено поглупеть от разных нелепостей, обращаемых к ней нашими стихотворцами. Но глупый небосклон!!! Едва веришь глазам своим, что видишь это в печатной книге.

    Как эта глупая луна На этом глупом небосклоне... Человек, в лихорадочном бреду находящийся, едва ли скажет что нелепее. Мы уже ничего не говорим о глупой луне: ей и действительно не мудрено поглупеть от разных нелепостей, обращаемых к ней нашими стихотворцами. Но глупый небосклон!!! Едва веришь глазам своим, что видишь это в печатной книге.

    — Неизвестный · книга
18. «

    Так и мне узнать случилось, Что за птица Купидон; Сердце страстное пленилось; Признаюсь — и я влюблен! Пролетело счастья время, Как, любви не зная бремя, Я живал да попевал.

    Так и мне узнать случилось, Что за птица Купидон; Сердце страстное пленилось; Признаюсь — и я влюблен! Пролетело счастья время, Как, любви не зная бремя, Я живал да попевал.

    — Александр Пушкин · книга
19. «

    Как часто бывает в литературных отношениях, те, против кого журнал мог быть направлен, нанесли упреждающие удары.

    Как часто бывает в литературных отношениях, те, против кого журнал мог быть направлен, нанесли упреждающие удары.

    — Жизнь Пушкина, рассказанная им самим и его современниками · книга
20. «

    Не всем быть можно в ровной доле, И жребий с жребием не схож.

    Не всем быть можно в ровной доле, И жребий с жребием не схож.

    — Пушкин · книга