217 цитат Виктории Килеевы, которые цепляют

Подборка из 217 цитат Виктории Килеевы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Что такое ревность? Обычный страх. Ты просто боишься, что я могу оказаться лучше тебя.

   Что такое ревность? Обычный страх. Ты просто боишься, что я могу оказаться лучше тебя.

   — Жаклин Люмьер · книга
2. «

   — Крестьянский танец в бальном зале. Ты не находишь, что это кощунство? — Это сошло бы за кощунство, будь мы трезвыми.

   — Крестьянский танец в бальном зале. Ты не находишь, что это кощунство? — Это сошло бы за кощунство, будь мы трезвыми.

   — Скажи мяу, ведьма, или Дом проклятых кошек · книга
3. «

   Но ты слишком хороша для него. Ты слишком хороша для каждого, кто не любит тебя.

   Но ты слишком хороша для него. Ты слишком хороша для каждого, кто не любит тебя.

   — Ирэн Ледуайен · книга
4. «

   Как и многие девушки, Лара боялась не столько смерти, сколько насилия. Смерть, в конце концов, могла быть лёгкой и быстрой. А насилие — никогда. Именно звериный страх перед этими пытками и гнал её вперёд, принуждая забыть об усталости.

   Как и многие девушки, Лара боялась не столько смерти, сколько насилия. Смерть, в конце концов, могла быть лёгкой и быстрой. А насилие — никогда. Именно звериный страх перед этими пытками и гнал её вперёд, принуждая забыть об усталости.

   — Скажи мяу, ведьма 2, или Дорога проклятых кошек · книга
5. «

   — ЧТО ЭТО БЫЛО? — Пропаганда чистоты русского языка. — ЗАЧЕМ? — Потому что я филолог, и мне больно.

   — ЧТО ЭТО БЫЛО? — Пропаганда чистоты русского языка. — ЗАЧЕМ? — Потому что я филолог, и мне больно.

   — Хулиганка и бунтарь · книга
6. «

   Ты мне очень нравишься. Но я так не люблю с тобой разговаривать!

   Ты мне очень нравишься. Но я так не люблю с тобой разговаривать!

   — Марк Демарти · книга
7. «

   — Вы уж меня извините, мадемуазель, но ваш кот — девочка! — Вы хотите сказать, что он пассивный гей?

   — Вы уж меня извините, мадемуазель, но ваш кот — девочка! — Вы хотите сказать, что он пассивный гей?

   — ветеринар · книга
8. «

   Сегодня утром ты пытался убедить меня в том, что я ничего не стою. Но предугадать мои действия ты не смог, хотя прожил со мной шесть лет. Следовательно, ты совсем меня не знаешь и не имеешь права меня судить!

   Сегодня утром ты пытался убедить меня в том, что я ничего не стою. Но предугадать мои действия ты не смог, хотя прожил со мной шесть лет. Следовательно, ты совсем меня не знаешь и не имеешь права меня судить!

   — Скажи мяу, ведьма, или Дом проклятых кошек · книга
9. «

   От любви до ненависти один шаг. И обратно — тоже.

   От любви до ненависти один шаг. И обратно — тоже.

   — Ирэн Ледуайен · книга
10. «

    — Андреас, ты охраняешь книгу. Полагаюсь на твою совесть. — Ты полагаешься на то, чего нет.

    — Андреас, ты охраняешь книгу. Полагаюсь на твою совесть. — Ты полагаешься на то, чего нет.

    — Скажи мяу, ведьма, или Дом проклятых кошек · книга
11. «

    — Господа, — со страстью вмешался дознаватель, — смею напомнить, что под влиянием гуманистических идей правила дознания существенно смягчились. Мы же всё-таки не в средневековье живём! Во-первых, нельзя применять различные виды пыток в один день, а во-вторых, нельзя пытать человека дольше получаса. — Безобразие какое, — скорчил лицо общественный обвинитель. — В прежние времена пытали часами, и это шло следствию только на пользу. Никакие душегубы не могут сравниться с ведьмами по тяжести преступления, а посему христианская милость для них недопустима! Вина ведьм превосходит всякий грех! — Пытать людей часами — негуманно! Получаса вполне достаточно.

    — Господа, — со страстью вмешался дознаватель, — смею напомнить, что под влиянием гуманистических идей правила дознания существенно смягчились. Мы же всё-таки не в средневековье живём! Во-первых, нельзя применять различные виды пыток в один день, а во-вторых, нельзя пытать человека дольше получаса. — Безобразие какое, — скорчил лицо общественный обвинитель. — В прежние времена пытали часами, и это шло следствию только на пользу. Никакие душегубы не могут сравниться с ведьмами по тяжести преступления, а посему христианская милость для них недопустима! Вина ведьм превосходит всякий грех! — Пытать людей часами — негуманно! Получаса вполне достаточно.

    — Скажи мяу, ведьма, или Дом проклятых кошек · книга
12. «

    Разве война не показала тебе, как ужасен этот мир?

    Разве война не показала тебе, как ужасен этот мир?

    — Скажи мяу, ведьма, или Дом проклятых кошек · книга
13. «

    — Вы так меня боитесь, что окружили себя четырнадцатью охранниками? Никогда не чувствовала себя такой опасной…

    — Вы так меня боитесь, что окружили себя четырнадцатью охранниками? Никогда не чувствовала себя такой опасной…

    — Лара Лихт · книга
14. «

    У меня есть одна хорошая идея. Но она никому не понравится.

    У меня есть одна хорошая идея. Но она никому не понравится.

    — Скажи мяу, ведьма, или Дом проклятых кошек · книга
15. «

    Мне не нужен ни гений, ни красавец, ни звезда, мне просто нужен «тот самый человек».

    Мне не нужен ни гений, ни красавец, ни звезда, мне просто нужен «тот самый человек».

    — Ирэн Ледуайен · книга
16. «

    Когда мы въехали в Париж, Марк свернул на Ледрю-Роллен. — А может, через «золотого мальчика» поедем? Так быстрее будет. — Какого ещё «мальчика»? — не понял он. — Ну я так колонну на площади Бастилии называю. Марк чуть руль не выпустил от смеха. — Чего непонятного? — рассердилась я. — Там же наверху мальчик золотой стоит! — Во-первых, мальчик — бронзовый, а во-вторых, это Люцифер с факелом.

    Когда мы въехали в Париж, Марк свернул на Ледрю-Роллен. — А может, через «золотого мальчика» поедем? Так быстрее будет. — Какого ещё «мальчика»? — не понял он. — Ну я так колонну на площади Бастилии называю. Марк чуть руль не выпустил от смеха. — Чего непонятного? — рассердилась я. — Там же наверху мальчик золотой стоит! — Во-первых, мальчик — бронзовый, а во-вторых, это Люцифер с факелом.

    — Ирэн Ледуайен · книга
17. «

    — Подсудимая, твоим любовником был чёрный кот, который умел превращаться в человека?! — Нет, не умел. Я ведь сказала, он был заколдован... — Ты прелюбодействовала с котом-оборотнем? — с неодобрением переспросил епископ. — Почему прелюбодействовала? — запаниковала Лара. — Кому я могла изменять, если я не замужем? Судебные заседатели переглянулись. — Она точно ведьма. — Вне всяких сомнений. — Но почему? — в отчаянии требовала ответа Лара. — Потому что хозяйка чёрного кота почти всегда оказывается ведьмой, — объяснил судья. — А твой, к тому же, ещё и оборотень.

    — Подсудимая, твоим любовником был чёрный кот, который умел превращаться в человека?! — Нет, не умел. Я ведь сказала, он был заколдован... — Ты прелюбодействовала с котом-оборотнем? — с неодобрением переспросил епископ. — Почему прелюбодействовала? — запаниковала Лара. — Кому я могла изменять, если я не замужем? Судебные заседатели переглянулись. — Она точно ведьма. — Вне всяких сомнений. — Но почему? — в отчаянии требовала ответа Лара. — Потому что хозяйка чёрного кота почти всегда оказывается ведьмой, — объяснил судья. — А твой, к тому же, ещё и оборотень.

    — Скажи мяу, ведьма, или Дом проклятых кошек · книга
18. «

    Смерть — лучшая реклама, она эффективнее самой мощной PR-кампании…

    Смерть — лучшая реклама, она эффективнее самой мощной PR-кампании…

    — Ирэн Ледуайен · книга
19. «

    Работая в колл-центре, Люся не переставала удивляться масштабам человеческой глупости. Посиди Эразм Роттердамский на её месте хотя бы с неделю, он нашёл бы, что добавить в своё сатирическое произведение.

    Работая в колл-центре, Люся не переставала удивляться масштабам человеческой глупости. Посиди Эразм Роттердамский на её месте хотя бы с неделю, он нашёл бы, что добавить в своё сатирическое произведение.

    — Хулиганка и бунтарь · книга
20. «

    Я добрый — и в том моя беда. А ещё я дурак. Добрый наивный дурак. А это очень страшно. Злой дурак — тоже страшно, но для других. А быть добрым дураком значит вредить самому себе и оставаться неудачником.

    Я добрый — и в том моя беда. А ещё я дурак. Добрый наивный дурак. А это очень страшно. Злой дурак — тоже страшно, но для других. А быть добрым дураком значит вредить самому себе и оставаться неудачником.

    — Хулиганка и бунтарь · книга