Янн Мартел: 24 фразы, которые разошлись на цитаты

Подборка из 24 цитаты Янна Мартела: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Вера в Бога есть открытие, освобождение, глубочайшее доверие, свободное изъявление любви — но как же порой трудно любить! Иной раз сердце так быстро наполняется гневом, отчаянием и усталостью...

   Вера в Бога есть открытие, освобождение, глубочайшее доверие, свободное изъявление любви — но как же порой трудно любить! Иной раз сердце так быстро наполняется гневом, отчаянием и усталостью...

   — Жизнь Пи · книга
2. «

   — Можем. — Пошутить. — Почудить. — Только без пустопорожней радости. — Конечно. — Хотя пустопорожняя радость лучше безрадостности. — Не думаю. Контраст между отчаянием и пустопорожней радостью лишь усилит отчаяние. — Но если пустопорожняя радость будет безудержной, то, возможно, ее нелепость одолеет отчаяние и вызовет подлинное веселье. В сей критический момент пустопорожняя радость может стать первой ступенью на философской лестнице к полному пониманию вселенной, не так ли? — Маловероятно. — Почему бы не попробовать? Раз уж мы в неподдельном отчаянии, почему бы не впасть в пустопорожнюю радость, используя это как последнее средство? — Давай попробуем.

   — Можем. — Пошутить. — Почудить. — Только без пустопорожней радости. — Конечно. — Хотя пустопорожняя радость лучше безрадостности. — Не думаю. Контраст между отчаянием и пустопорожней радостью лишь усилит отчаяние. — Но если пустопорожняя радость будет безудержной, то, возможно, ее нелепость одолеет отчаяние и вызовет подлинное веселье. В сей критический момент пустопорожняя радость может стать первой ступенью на философской лестнице к полному пониманию вселенной, не так ли? — Маловероятно. — Почему бы не попробовать? Раз уж мы в неподдельном отчаянии, почему бы не впасть в пустопорожнюю радость, используя это как последнее средство? — Давай попробуем.

   — Беатриче и Вергилий · книга
3. «

   Люди переезжают в чужие края в надежде на лучшую жизнь.

   Люди переезжают в чужие края в надежде на лучшую жизнь.

   — Жизнь Пи · книга
4. «

   Как бы мне хотелось отвечать: «Я доктор» – всем, кто спрашивал, чем я занимаюсь, ведь доктора нынче в почёте – вот кто творит настоящие чудеса. Но тут и к гадалке не ходи: случись нашему автобусу перевернуться на крутом вираже, все сразу же кинутся ко мне, и поди докажи – среди воплей да стонов, – что хоть ты и доктор, но юрист; а после, взбреди им в голову судиться из-за увечий с правительством и нанять меня в консультанты, придётся сознаться, что на самом деле я бакалавр, притом философии; затем, в ответ на крики, и за что им это наказание, придётся покаяться, что я с трудом одолел Кьеркегора, и всё такое прочее. Словом, как оно ни прискорбно, как ни унизительно, решил я всё-таки не грешить против истины.

   Как бы мне хотелось отвечать: «Я доктор» – всем, кто спрашивал, чем я занимаюсь, ведь доктора нынче в почёте – вот кто творит настоящие чудеса. Но тут и к гадалке не ходи: случись нашему автобусу перевернуться на крутом вираже, все сразу же кинутся ко мне, и поди докажи – среди воплей да стонов, – что хоть ты и доктор, но юрист; а после, взбреди им в голову судиться из-за увечий с правительством и нанять меня в консультанты, придётся сознаться, что на самом деле я бакалавр, притом философии; затем, в ответ на крики, и за что им это наказание, придётся покаяться, что я с трудом одолел Кьеркегора, и всё такое прочее. Словом, как оно ни прискорбно, как ни унизительно, решил я всё-таки не грешить против истины.

   — Жизнь Пи · книга
5. «

   Защищать Бога надо не снаружи, а внутри себя.

   Защищать Бога надо не снаружи, а внутри себя.

   — Жизнь Пи · книга
6. «

   Ощущение близкой смерти ужасно, но куда хуже ощущение смерти, отложенной на время, чтобы успеть понять, что ты был и еще мог бы быть счастливым.

   Ощущение близкой смерти ужасно, но куда хуже ощущение смерти, отложенной на время, чтобы успеть понять, что ты был и еще мог бы быть счастливым.

   — Жизнь Пи · книга
7. «

   Научись радоваться и тому, что имеешь. И тогда ты дойдешь до такого состояния, что даже на самом краю преисподней будешь стоять, скрестив руки, и улыбаться, ощущая себя счастливейшим человеком. Почему? Хотя бы потому, что у твоих ног валяется жалкая мертвая рыбешка.

   Научись радоваться и тому, что имеешь. И тогда ты дойдешь до такого состояния, что даже на самом краю преисподней будешь стоять, скрестив руки, и улыбаться, ощущая себя счастливейшим человеком. Почему? Хотя бы потому, что у твоих ног валяется жалкая мертвая рыбешка.

   — Жизнь Пи · книга
8. «

   В здоровом организме сломанная, но правильно вылеченная кость в месте перелома становится крепче. Все живы, говорил себе Генри, в запасе осталось прилично лет. Однако жизнь его изменилась. Раз столкнувшись с жестокостью, навеки обретаешь спутников, чьи имена Подозрительность, Страх, Тревога, Отчаяние, Безрадостность. С твоего лица исчезает естественная улыбка, а прежние естественные радости теряют свой вкус.

   В здоровом организме сломанная, но правильно вылеченная кость в месте перелома становится крепче. Все живы, говорил себе Генри, в запасе осталось прилично лет. Однако жизнь его изменилась. Раз столкнувшись с жестокостью, навеки обретаешь спутников, чьи имена Подозрительность, Страх, Тревога, Отчаяние, Безрадостность. С твоего лица исчезает естественная улыбка, а прежние естественные радости теряют свой вкус.

   — Генри · книга
9. «

   Произведение искусства воздействует тем, что оно правдиво, а не реально.

   Произведение искусства воздействует тем, что оно правдиво, а не реально.

   — Беатриче и Вергилий · книга
10. «

    Страшное дело: хорошее настроение порой зависит от того, насколько плотно у тебя набит живот.

    Страшное дело: хорошее настроение порой зависит от того, насколько плотно у тебя набит живот.

    — Жизнь Пи · книга
11. «

    Время — иллюзия, от которой у человека появляется одышка.

    Время — иллюзия, от которой у человека появляется одышка.

    — Жизнь Пи · книга
12. «

    Все звери — консерваторы, а то и реакционеры. На малейшие перемены в жизни они реагируют крайне болезненно. Они любят, чтобы все было так, как есть, — день за днем, месяц за месяцем. Они терпеть не могут всяких неожиданностей.

    Все звери — консерваторы, а то и реакционеры. На малейшие перемены в жизни они реагируют крайне болезненно. Они любят, чтобы все было так, как есть, — день за днем, месяц за месяцем. Они терпеть не могут всяких неожиданностей.

    — Жизнь Пи · книга
13. «

    Но ведь когда о чём-то рассказываешь в словах — по-английски, по-японски, неважно, — всё равно без вымысла не обойтись! Даже когда просто глядишь на этот мир — всё равно уже что-то выдумываешь! Мир же не просто такой, как есть. Он таков, как мы его понимаем, да? А когда что-то понимаешь, то привносишь в него что-то своё, да? И разве сама жизнь, таким образом, не превращается в рассказ?

    Но ведь когда о чём-то рассказываешь в словах — по-английски, по-японски, неважно, — всё равно без вымысла не обойтись! Даже когда просто глядишь на этот мир — всё равно уже что-то выдумываешь! Мир же не просто такой, как есть. Он таков, как мы его понимаем, да? А когда что-то понимаешь, то привносишь в него что-то своё, да? И разве сама жизнь, таким образом, не превращается в рассказ?

    — Жизнь Пи · книга
14. «

    Вовсе не на арене общественных дебатов вершится истинная битва добра и зла, а на крошечной площадке сердца.

    Вовсе не на арене общественных дебатов вершится истинная битва добра и зла, а на крошечной площадке сердца.

    — Жизнь Пи · книга
15. «

    Скажу честно. Не атеисты противны мне, а агностики. Сомнения – штука полезная, помогают, хоть и не всегда. Раз уж Христос сомневался, нам пристало и подавно. Но идти вперёд необходимо. А исповедовать сомнения как философию жизни – всё равно что мечтать о движении, стоя на месте.

    Скажу честно. Не атеисты противны мне, а агностики. Сомнения – штука полезная, помогают, хоть и не всегда. Раз уж Христос сомневался, нам пристало и подавно. Но идти вперёд необходимо. А исповедовать сомнения как философию жизни – всё равно что мечтать о движении, стоя на месте.

    — Жизнь Пи · книга
16. «

    Творческий тупик покажется смехотворной мелочью лишь тем вялым душам, кто никогда не пытался что-нибудь создать. Это не просто бесплодная попытка, забракованная работа, но ты весь, когда в тебе умирает маленький бог, некая твоя часть, казавшаяся бессмертной.

    Творческий тупик покажется смехотворной мелочью лишь тем вялым душам, кто никогда не пытался что-нибудь создать. Это не просто бесплодная попытка, забракованная работа, но ты весь, когда в тебе умирает маленький бог, некая твоя часть, казавшаяся бессмертной.

    — Беатриче и Вергилий · книга
17. «

    Реальность неуловима. Ничто не поддается сравнению, даже простая груша. Время все сжирает.

    Реальность неуловима. Ничто не поддается сравнению, даже простая груша. Время все сжирает.

    — Беатриче и Вергилий · книга
18. «

    Слава — нечто абсолютно внешнее, исходящее от чужих умов. Она существует в том, как на тебя смотрят и держатся с тобой. В этом смысле быть известным все равно, что быть геем, евреем или представителем явного меньшинства: ты — это ты, а люди проецируют на тебя свое представление о тебе.

    Слава — нечто абсолютно внешнее, исходящее от чужих умов. Она существует в том, как на тебя смотрят и держатся с тобой. В этом смысле быть известным все равно, что быть геем, евреем или представителем явного меньшинства: ты — это ты, а люди проецируют на тебя свое представление о тебе.

    — Беатриче и Вергилий · книга
19. «

    Жизнь надо принимать такой, какой она тебе достается, — но уж от этого стараться взять все самое лучшее.

    Жизнь надо принимать такой, какой она тебе достается, — но уж от этого стараться взять все самое лучшее.

    — Жизнь Пи · книга
20. «

    Врач говорит: «Вот таблетка, что сотрет вашу память. Вы забудете все страдания и утраты. Но также все свое прошлое». Примете таблетку?

    Врач говорит: «Вот таблетка, что сотрет вашу память. Вы забудете все страдания и утраты. Но также все свое прошлое». Примете таблетку?

    — Беатриче и Вергилий · книга