Юрий Поляков — 105 цитат с глубоким смыслом

Ниже 105 цитат Юрого Полякова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   В ту пору стало окончательно ясно: в России мечтательная демократия, ради которой раскурочили страну в 1991-м и добили в 1993-м, невозможна в принципе. Это что-то вроде бабской грёзы об идеальном муже, красивом, умном, любвемобильном, богатом и в то же время верном и моющем за собой посуду. Таких нет в природе, а державу после самопогрома надо восстанавливать. Ракетный крейсер не может долго служить плавучим борделем: или утонет, проржавев, или снова наладится пострелять. А как, как восстановишь, если «западнюги» отпраздновали победу в холодной войне и бдительно ждут, когда это географическое недоразумение от Бреста до Курил рассосётся в борьбе за общечеловеческие ценности?

   В ту пору стало окончательно ясно: в России мечтательная демократия, ради которой раскурочили страну в 1991-м и добили в 1993-м, невозможна в принципе. Это что-то вроде бабской грёзы об идеальном муже, красивом, умном, любвемобильном, богатом и в то же время верном и моющем за собой посуду. Таких нет в природе, а державу после самопогрома надо восстанавливать. Ракетный крейсер не может долго служить плавучим борделем: или утонет, проржавев, или снова наладится пострелять. А как, как восстановишь, если «западнюги» отпраздновали победу в холодной войне и бдительно ждут, когда это географическое недоразумение от Бреста до Курил рассосётся в борьбе за общечеловеческие ценности?

   — Любовь в эпоху перемен · книга
2. «

   Умный человек, кроме переднего стекла, еще зеркало заднего обзора имеет.

   Умный человек, кроме переднего стекла, еще зеркало заднего обзора имеет.

   — ЧП районного масштаба · книга
3. «

   Врачи и власть у нас никогда ни в чем не виноваты.

   Врачи и власть у нас никогда ни в чем не виноваты.

   — Михаил · книга
4. «

   России же – это я так считаю – ни одна дружба ещё не принесла ничего, кроме неприятностей.

   России же – это я так считаю – ни одна дружба ещё не принесла ничего, кроме неприятностей.

   — Павел Николаевич Шарманов · книга
5. «

   В глазах его засветилась тоскливая ненависть, какая бывает только у поэтов, когда ругают их стихи.

   В глазах его засветилась тоскливая ненависть, какая бывает только у поэтов, когда ругают их стихи.

   — Козлёнок в молоке · книга
6. «

   Жены чуют другую женщину, даже прошлую, даже позапрошлую, лучше, чем таможенный сеттер – наркотики…

   Жены чуют другую женщину, даже прошлую, даже позапрошлую, лучше, чем таможенный сеттер – наркотики…

   — Гипсовый трубач, или Конец фильма · книга
7. «

   Народ, не уважающий прошлых побед, обречен на будущие поражения.

   Народ, не уважающий прошлых побед, обречен на будущие поражения.

   — Бахрома жизни · книга
8. «

   Гуляют двое, обнявшись, по скверу. И все глядят на них, разинув рты: Он Квазимодо, а она Венера... За что ж такому столько красоты? Но кто судья душе, её глубинам?! И понимают, паре глядя вслед: Когда влюблён, весь белый свет в любимом. А разве не прекрасен белый свет?

   Гуляют двое, обнявшись, по скверу. И все глядят на них, разинув рты: Он Квазимодо, а она Венера... За что ж такому столько красоты? Но кто судья душе, её глубинам?! И понимают, паре глядя вслед: Когда влюблён, весь белый свет в любимом. А разве не прекрасен белый свет?
9. «

   Суд – это такое место, где у закона можно купить столько справедливости, на сколько тебе хватит денег!

   Суд – это такое место, где у закона можно купить столько справедливости, на сколько тебе хватит денег!

   — Гипсовый трубач, или Конец фильма · книга
10. «

    Странно, но именно «пять лет» примирили его со случившимся. В молодости пять лет кажутся необозримым, космическим сроком. <...> Гена подумал: смешно ревновать, беситься, если это случилось целых пять лет назад, в прошлой жизни. Как же глупа молодость! Потом понимаешь: большинство людей живет в прошлом, а в настоящем только едят, спят и сидят на унитазах. После Зои прошло двадцать пять лет, а он ничего не забыл. Ничего!

    Странно, но именно «пять лет» примирили его со случившимся. В молодости пять лет кажутся необозримым, космическим сроком. <...> Гена подумал: смешно ревновать, беситься, если это случилось целых пять лет назад, в прошлой жизни. Как же глупа молодость! Потом понимаешь: большинство людей живет в прошлом, а в настоящем только едят, спят и сидят на унитазах. После Зои прошло двадцать пять лет, а он ничего не забыл. Ничего!

    — Геннадий Павлович Скорятин · книга
11. «

    Они накрылись вязаной кофтой и сидели, вжавшись друг в друга, как сиамские близнецы, сросшиеся сердцами.

    Они накрылись вязаной кофтой и сидели, вжавшись друг в друга, как сиамские близнецы, сросшиеся сердцами.

    — Любовь в эпоху перемен · книга
12. «

    Полный апофегей!

    Полный апофегей!

    — Надя Печерникова · книга
13. «

    Не нужно объяснений никаких. Моя любовь - как терпкий день весенний, Как звездный свет, как прозвеневший стих, Как нелюбовь - не знает объяснений. А станут внятны сердцу и уму Весна, стихи, мерцанье звездной пыли, Пусть остается тайной, почему Мы, полюбив, однажды разлюбили...

    Не нужно объяснений никаких. Моя любовь - как терпкий день весенний, Как звездный свет, как прозвеневший стих, Как нелюбовь - не знает объяснений. А станут внятны сердцу и уму Весна, стихи, мерцанье звездной пыли, Пусть остается тайной, почему Мы, полюбив, однажды разлюбили...
14. «

    Сам ненавижу, когда лезут в личную жизнь. Ах, она совсем ещё девочка! Ах, как вам не стыдно! Стыд — часть удовольствия.

    Сам ненавижу, когда лезут в личную жизнь. Ах, она совсем ещё девочка! Ах, как вам не стыдно! Стыд — часть удовольствия.

    — Вехов · книга
15. «

    Влюблённые, как два химических вещества, по отдельности безобидны, но, оказавшись рядом, взрывоопасны. Они жаждали друг друга всегда и везде, даже сидя рядом на лекции, незаметно (им так казалось) трогали, дразнили друг друга, изнемогая. Весь мир, громоздко суетящийся вокруг, казался лишь хитроумным препятствием к тому, чтобы уединиться, насытиться, извлекая из слияния тел космическое счастье.

    Влюблённые, как два химических вещества, по отдельности безобидны, но, оказавшись рядом, взрывоопасны. Они жаждали друг друга всегда и везде, даже сидя рядом на лекции, незаметно (им так казалось) трогали, дразнили друг друга, изнемогая. Весь мир, громоздко суетящийся вокруг, казался лишь хитроумным препятствием к тому, чтобы уединиться, насытиться, извлекая из слияния тел космическое счастье.

    — Любовь в эпоху перемен · книга
16. «

    Без диплома чувствуешь себя как порядочная женщина, отправившаяся в театр без трусиков под юбкой.

    Без диплома чувствуешь себя как порядочная женщина, отправившаяся в театр без трусиков под юбкой.

    — Небо падших · книга
17. «

    Сегодня живем в стране, где свободы слова больше, чем здравого смысла.

    Сегодня живем в стране, где свободы слова больше, чем здравого смысла.

    — Бахрома жизни · книга
18. «

    Смешно сказать, через дорогу жили. Я был труслив, она была горда. Что нынче для меня дворы чужие? Но есть пока чужие города...

    Смешно сказать, через дорогу жили. Я был труслив, она была горда. Что нынче для меня дворы чужие? Но есть пока чужие города...
19. «

    «А помнишь?..» Этот вопрос с годами мелькает все чаще, становясь все трогательнее и все грустнее.

    «А помнишь?..» Этот вопрос с годами мелькает все чаще, становясь все трогательнее и все грустнее.

    — Замыслил я побег... · книга
20. «

    Скорятину захотелось обнять Зою, поцеловать, опрокинуть на траву... Желание было неодолимое и невыполнимое одновременно, что-то вроде влечения с балкона — вниз...

    Скорятину захотелось обнять Зою, поцеловать, опрокинуть на траву... Желание было неодолимое и невыполнимое одновременно, что-то вроде влечения с балкона — вниз...

    — Любовь в эпоху перемен · книга