183 сильных цитаты Юрого Полякова

Ниже 183 цитаты Юрого Полякова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   ...все чиновники делятся на две неравные категории: берущие гниды и неберущие гниды.

   ...все чиновники делятся на две неравные категории: берущие гниды и неберущие гниды.

   — Павел Николаевич · книга
2. «

   Где-то написано, что в русской армии был такой обычай: если полк шёл в последний бой, в тылу оставляли от каждой роты одного офицера, двух унтеров и десять рядовых — на развод, чтобы из новобранцев, деревенских увальней, вырастить новый полк с прежними традициями и геройством. Похоже, в 1991-м на развод или совсем не оставили, или очень уж мало...

   Где-то написано, что в русской армии был такой обычай: если полк шёл в последний бой, в тылу оставляли от каждой роты одного офицера, двух унтеров и десять рядовых — на развод, чтобы из новобранцев, деревенских увальней, вырастить новый полк с прежними традициями и геройством. Похоже, в 1991-м на развод или совсем не оставили, или очень уж мало...

   — Геннадий Павлович Скорятин · книга
3. «

   ...женщина верна, пока не призналась!

   ...женщина верна, пока не призналась!

   — Александр Борисович Ласский · книга
4. «

   О любом народе надо судить по его вершинам, а не провалам, в противном случае вся мировая история и все народы без исключения будут напоминать заспиртованных монстров из кунсткамеры. Даже из тёмных вод своей истории нужно черпать не ненависть, а мудрость…

   О любом народе надо судить по его вершинам, а не провалам, в противном случае вся мировая история и все народы без исключения будут напоминать заспиртованных монстров из кунсткамеры. Даже из тёмных вод своей истории нужно черпать не ненависть, а мудрость…

   — Бахрома жизни · книга
5. «

   Непонятно, но убедительно.

   Непонятно, но убедительно.

   — Михаил · книга
6. «

   Профессия мужчины — быть мужчиной. Остальное — хобби...

   Профессия мужчины — быть мужчиной. Остальное — хобби...

   — Соня · книга
7. «

   Бизнес как настоящая любовь, захватывает целиком.

   Бизнес как настоящая любовь, захватывает целиком.

   — Небо падших · книга
8. «

   — А кто был твой муж? — Не знаю... — В каком смысле? — В прямом. Я выходила замуж за чудесного парня… Однокурсника. Умного, веселого, сильного. Любого перепьёт, любого перешутит, любому в морду даст, если нужно... И он не имел ничего общего с тем существом, которое поселилось потом у меня на диване перед телевизором... Костя, может быть, мужчины в браке окукливаются, как насекомые?

   — А кто был твой муж? — Не знаю... — В каком смысле? — В прямом. Я выходила замуж за чудесного парня… Однокурсника. Умного, веселого, сильного. Любого перепьёт, любого перешутит, любому в морду даст, если нужно... И он не имел ничего общего с тем существом, которое поселилось потом у меня на диване перед телевизором... Костя, может быть, мужчины в браке окукливаются, как насекомые?

   — Константин Григорьевич Гуманков · книга
9. «

   Легко вам в Москве. Переспал с девушкой и затерялся среди восьми миллионов. А у нас каждый день потом по дороге домой встречать будешь и глаза отводить.

   Легко вам в Москве. Переспал с девушкой и затерялся среди восьми миллионов. А у нас каждый день потом по дороге домой встречать будешь и глаза отводить.

   — Илья Сергеевич Колобков · книга
10. «

    День Валентинов проклят будь! Нет у мужчин стыда. Сначала девушку сгребут, А после как всегда: — Ты мне жениться обещал, Меня лишая чести! — Клянусь, я слово бы сдержал. Но мы уж спали вместе...

    День Валентинов проклят будь! Нет у мужчин стыда. Сначала девушку сгребут, А после как всегда: — Ты мне жениться обещал, Меня лишая чести! — Клянусь, я слово бы сдержал. Но мы уж спали вместе...

    — Соня · книга
11. «

    После «закурганной», которую казак пьёт с полюбовницей за холмом, чтобы законная половина не увидела, Исидор сознался: его ошеломила встреча с Мариной в Большом театре. А когда он узнал, что она замужем за Геной… <...> — Но Марина Александровна сказала: «Ни-ког-да!» Теперь просто друзья. «Мы только знакомы. Как странно…» Что пьют после «закурганной»? - «Шапошную». - Не слышал. Как это? - А это когда казак бросает оземь шапку и говорит: «Да ну вас всех на хрен, никуда не поскачу!»

    После «закурганной», которую казак пьёт с полюбовницей за холмом, чтобы законная половина не увидела, Исидор сознался: его ошеломила встреча с Мариной в Большом театре. А когда он узнал, что она замужем за Геной… <...> — Но Марина Александровна сказала: «Ни-ког-да!» Теперь просто друзья. «Мы только знакомы. Как странно…» Что пьют после «закурганной»? - «Шапошную». - Не слышал. Как это? - А это когда казак бросает оземь шапку и говорит: «Да ну вас всех на хрен, никуда не поскачу!»

    — Геннадий Павлович Скорятин · книга
12. «

    Власть напоминала тяжелого и подозрительного больного. Чтобы убедить его в необходимости укола, приходилось хитрить, заходить с разных сторон, даже порой соглашаться, будто он совершенно здоров, а потом, улучив момент, — воткнуть шприц. Обманутый хроник вопит, но уже поздно, поздно: струйка правды расточилась по гнилой крови.

    Власть напоминала тяжелого и подозрительного больного. Чтобы убедить его в необходимости укола, приходилось хитрить, заходить с разных сторон, даже порой соглашаться, будто он совершенно здоров, а потом, улучив момент, — воткнуть шприц. Обманутый хроник вопит, но уже поздно, поздно: струйка правды расточилась по гнилой крови.

    — Любовь в эпоху перемен · книга
13. «

    Человек помнит, к сожалению, гораздо больше, чем это необходимо для счастья...

    Человек помнит, к сожалению, гораздо больше, чем это необходимо для счастья...

    — Конец фильма, или Гипсовый трубач · книга
14. «

    Я всегда считал главным историческую правду. И кажется, ошибался. Главное — миф, который создает себе каждый народ. Русские, например, считают себя освободителями. Евреи — мстителями. Неважно, насколько это соответствует действительности. Так они себя ощущают. Таковы их главные мифы. Русские при каждом удобном случае будут всех освобождать, проливая кровь и не спрашивая, хотят этого другие народы или не хотят. А евреи будут мстить. Если есть реальный повод для мщения — хорошо; если нет — его придумают. Революция — самое лучшее для мщения время. Вот почему так много евреев в любой революции. Вот почему Россия, когда ощущала себя освободительницей, так стремительно росла. Вот почему Германия всегда проигрывала. Нельзя победить, сознаваясь себе в том, что ты захватчик. Но сейчас всё меняется... Сейчас у России вообще нет мифа. И в этом катастрофа...

    Я всегда считал главным историческую правду. И кажется, ошибался. Главное — миф, который создает себе каждый народ. Русские, например, считают себя освободителями. Евреи — мстителями. Неважно, насколько это соответствует действительности. Так они себя ощущают. Таковы их главные мифы. Русские при каждом удобном случае будут всех освобождать, проливая кровь и не спрашивая, хотят этого другие народы или не хотят. А евреи будут мстить. Если есть реальный повод для мщения — хорошо; если нет — его придумают. Революция — самое лучшее для мщения время. Вот почему так много евреев в любой революции. Вот почему Россия, когда ощущала себя освободительницей, так стремительно росла. Вот почему Германия всегда проигрывала. Нельзя победить, сознаваясь себе в том, что ты захватчик. Но сейчас всё меняется... Сейчас у России вообще нет мифа. И в этом катастрофа...

    — Борис Исаакович · книга
15. «

    Мстить Марине расхотелось — Гена просто её разлюбил. Любовь кончилась внезапно, как бензин в баке «жигулёнка». А от безразличной женщины незачем сбегать. От таких уходят тихо, спокойно, по плану отступая на заранее подготовленный плацдарм, иногда ведут долгие арьергардные бои, доругиваясь, язвя прощальными упрёками, признаваясь в былых и небывалых изменах, деля детей и совместно нажитое имущество.

    Мстить Марине расхотелось — Гена просто её разлюбил. Любовь кончилась внезапно, как бензин в баке «жигулёнка». А от безразличной женщины незачем сбегать. От таких уходят тихо, спокойно, по плану отступая на заранее подготовленный плацдарм, иногда ведут долгие арьергардные бои, доругиваясь, язвя прощальными упрёками, признаваясь в былых и небывалых изменах, деля детей и совместно нажитое имущество.

    — Любовь в эпоху перемен · книга
16. «

    «Правда?» — спросила Тоня и так внимательно посмотрела мужу в глаза, словно на роговице от каждой измены остается след, наподобие годовых колец у деревьев.

    «Правда?» — спросила Тоня и так внимательно посмотрела мужу в глаза, словно на роговице от каждой измены остается след, наподобие годовых колец у деревьев.

    — Грибной царь · книга
17. «

    – Я хочу знать о тебе всё! – Всё? Ну и забавный же ты, Зайчуган! Когда я читаю Библию, меня всегда смешит слово «познал». «И вошёл он к ней, и познал он её...» Ничего нельзя познать, познавая женщину. Запомни — ничего!

    – Я хочу знать о тебе всё! – Всё? Ну и забавный же ты, Зайчуган! Когда я читаю Библию, меня всегда смешит слово «познал». «И вошёл он к ней, и познал он её...» Ничего нельзя познать, познавая женщину. Запомни — ничего!

    — Павел Николаевич · книга
18. «

    Как говорили древние, нельзя дважды войти в одну и ту же женщину, ибо женщина, ложащаяся с тобой, и женщина, встающая от тебя, – это две разные женщины...

    Как говорили древние, нельзя дважды войти в одну и ту же женщину, ибо женщина, ложащаяся с тобой, и женщина, встающая от тебя, – это две разные женщины...

    — Олег Сидоров · книга
19. «

    Ревность, как икота, состояние непроизвольное и разуму неподвластное.

    Ревность, как икота, состояние непроизвольное и разуму неподвластное.

    — Конец фильма, или Гипсовый трубач · книга
20. «

    Американцы — жертвы экспертов. Если по телевизору эксперт скажет, что клизма с патефонными иголками способствует пищеварению, назавтра вся Америка встанет в две очереди. Одна очередь — за клизмами, вторая — за патефонными иголками. И кто-нибудь озолотится на производстве клизм и патефонных иголок.

    Американцы — жертвы экспертов. Если по телевизору эксперт скажет, что клизма с патефонными иголками способствует пищеварению, назавтра вся Америка встанет в две очереди. Одна очередь — за клизмами, вторая — за патефонными иголками. И кто-нибудь озолотится на производстве клизм и патефонных иголок.

    — Борька Слабинзон · книга