35 фраз Юрого Полякова для статуса

Ниже 35 цитат Юрого Полякова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Мы всегда влюбляемся в самую лучшую на свете женщину, а бросаем всегда самую худшую.

   Мы всегда влюбляемся в самую лучшую на свете женщину, а бросаем всегда самую худшую.

   — Конец фильма, или Гипсовый трубач · книга
2. «

   ... Есть такие роскошные женщины, на которых смотришь и не веришь, что кто-то их раздевает.

   ... Есть такие роскошные женщины, на которых смотришь и не веришь, что кто-то их раздевает.

   — Козлёнок в молоке · книга
3. «

   Время — это какой-то сумасшедший косметический хирург, который злорадно лепит из молодого прекрасного лица обрюзгшую ряху.

   Время — это какой-то сумасшедший косметический хирург, который злорадно лепит из молодого прекрасного лица обрюзгшую ряху.

   — Геннадий Павлович Скорятин · книга
4. «

   Не нужно объяснений никаких. Моя любовь - как терпкий день весенний, Как звездный свет, как прозвеневший стих, Как нелюбовь - не знает объяснений. А станут внятны сердцу и уму Весна, стихи, мерцанье звездной пыли, Пусть остается тайной, почему Мы, полюбив, однажды разлюбили...

   Не нужно объяснений никаких. Моя любовь - как терпкий день весенний, Как звездный свет, как прозвеневший стих, Как нелюбовь - не знает объяснений. А станут внятны сердцу и уму Весна, стихи, мерцанье звездной пыли, Пусть остается тайной, почему Мы, полюбив, однажды разлюбили...
5. «

   И вот однажды, проснувшись утром, я почувствовал, что ненавижу все: сюжет, героев, пишущую машинку, себя... Я ненавижу эту мерзкую, задышливую жизненную борьбу, не оставляющую ни сил, ни желаний для борьбы за мечту. В этом, кстати, и заключается главное базисное свинство бытия: осуществить мечту можно только за счет тех сил, какие обычно тратятся на борьбу за жизнь. Замкнутый круг. И разорвать его невозможно. Почти... <...> Единственный раз в жизни у меня был шанс разорвать этот проклятый круг, но я воспользовался им, как дуралей, который по счастливой случайности выпустил джинна из бутылки (именно из бутылки!), а на громовой призыв: «Спрашивай чего хочешь!» — спросил: «Который час?»

   И вот однажды, проснувшись утром, я почувствовал, что ненавижу все: сюжет, героев, пишущую машинку, себя... Я ненавижу эту мерзкую, задышливую жизненную борьбу, не оставляющую ни сил, ни желаний для борьбы за мечту. В этом, кстати, и заключается главное базисное свинство бытия: осуществить мечту можно только за счет тех сил, какие обычно тратятся на борьбу за жизнь. Замкнутый круг. И разорвать его невозможно. Почти... <...> Единственный раз в жизни у меня был шанс разорвать этот проклятый круг, но я воспользовался им, как дуралей, который по счастливой случайности выпустил джинна из бутылки (именно из бутылки!), а на громовой призыв: «Спрашивай чего хочешь!» — спросил: «Который час?»

   — Козлёнок в молоке · книга
6. «

   Женщина — это не постельная принадлежность и не кухонный комбайн с накрашенными глазами. Это — образ, стиль и уровень жизни.

   Женщина — это не постельная принадлежность и не кухонный комбайн с накрашенными глазами. Это — образ, стиль и уровень жизни.

   — Козлёнок в молоке · книга
7. «

   Бизнес как настоящая любовь, захватывает целиком.

   Бизнес как настоящая любовь, захватывает целиком.

   — Небо падших · книга
8. «

   Кто платит, тот и заказывает слова.

   Кто платит, тот и заказывает слова.

   — Небо падших · книга
9. «

   Кстати, о национальной идее. Казаки ее давным-давно придумали. Знаете какая? А вот: чтобы нашему роду не было переводу! И все. Больше ничего не надо.

   Кстати, о национальной идее. Казаки ее давным-давно придумали. Знаете какая? А вот: чтобы нашему роду не было переводу! И все. Больше ничего не надо.

   — Конец фильма, или Гипсовый трубач · книга
10. «

    Банальность – это пульсирующая матка новизны.

    Банальность – это пульсирующая матка новизны.

    — Гипсовый трубач. Дубль два · книга
11. «

    Лучше завещать, чтобы тебе соорудили надгробье из дерьма, нежели оставить потомкам свои дневники!

    Лучше завещать, чтобы тебе соорудили надгробье из дерьма, нежели оставить потомкам свои дневники!

    — Гипсовый трубач, или Конец фильма · книга
12. «

    Дружба не покупается, но она продается.

    Дружба не покупается, но она продается.

    — Гипсовый трубач. Дубль два · книга
13. «

    В этом был ее настоящий оргазм, ради которого она могла подолгу таить в своей умной головке самые изощренные многоходовки, могла идти, ползти, красться к своей счастливой женской судороге месяцами и однажды добиться своего: — Стерва-а-а!

    В этом был ее настоящий оргазм, ради которого она могла подолгу таить в своей умной головке самые изощренные многоходовки, могла идти, ползти, красться к своей счастливой женской судороге месяцами и однажды добиться своего: — Стерва-а-а!

    — Небо падших · книга
14. «

    Безоблачное повечерье вступило в ту золотую пору, когда вся природа от утомленного солнца до букашки, роющейся в свежей сирени, кажется великодушным даром усталого Бога суетливым и неблагодарным людям.

    Безоблачное повечерье вступило в ту золотую пору, когда вся природа от утомленного солнца до букашки, роющейся в свежей сирени, кажется великодушным даром усталого Бога суетливым и неблагодарным людям.

    — Любовь в эпоху перемен · книга
15. «

    Все недуги от унынья и безлюбья.

    Все недуги от унынья и безлюбья.

    — Гипсовый трубач, или Конец фильма · книга
16. «

    Приличная женщина предпочтет ночное одиночество утреннему стыду.

    Приличная женщина предпочтет ночное одиночество утреннему стыду.

    — Конец фильма, или Гипсовый трубач · книга
17. «

    В мужчине, возвращающемся от любовницы, всегда есть добродушие сытого хищника.

    В мужчине, возвращающемся от любовницы, всегда есть добродушие сытого хищника.

    — Конец фильма, или Гипсовый трубач · книга
18. «

    Ведь с повестью — как с женщиной: если ты, обнимая ее, думаешь о другой, разрыв — просто вопрос свободного времени.

    Ведь с повестью — как с женщиной: если ты, обнимая ее, думаешь о другой, разрыв — просто вопрос свободного времени.

    — Козлёнок в молоке · книга
19. «

    Гуляют двое, обнявшись, по скверу. И все глядят на них, разинув рты: Он Квазимодо, а она Венера... За что ж такому столько красоты? Но кто судья душе, её глубинам?! И понимают, паре глядя вслед: Когда влюблён, весь белый свет в любимом. А разве не прекрасен белый свет?

    Гуляют двое, обнявшись, по скверу. И все глядят на них, разинув рты: Он Квазимодо, а она Венера... За что ж такому столько красоты? Но кто судья душе, её глубинам?! И понимают, паре глядя вслед: Когда влюблён, весь белый свет в любимом. А разве не прекрасен белый свет?
20. «

    Одним словом, ничто так не отдаляет мужчину и женщину, как физическая близость, не оплаченная подлинной любовью.

    Одним словом, ничто так не отдаляет мужчину и женщину, как физическая близость, не оплаченная подлинной любовью.

    — Работа над ошибками · книга