67 афоризмов Юрого Полякова

Ниже 67 цитат Юрого Полякова — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   С ложью надо бороться с помощью правды, а не антилжи!

   С ложью надо бороться с помощью правды, а не антилжи!
2. «

   Как говорили древние, нельзя дважды войти в одну и ту же женщину, ибо женщина, ложащаяся с тобой, и женщина, встающая от тебя, – это две разные женщины...

   Как говорили древние, нельзя дважды войти в одну и ту же женщину, ибо женщина, ложащаяся с тобой, и женщина, встающая от тебя, – это две разные женщины...

   — Олег Сидоров · книга
3. «

   С возрастом я понял: мало знать истину, нужно еще иметь луженое горло, никогда не лопающееся терпение и крепкую, как нейлоновая удавка, нервную систему.

   С возрастом я понял: мало знать истину, нужно еще иметь луженое горло, никогда не лопающееся терпение и крепкую, как нейлоновая удавка, нервную систему.

   — Сто дней до приказа · книга
4. «

   Майор, что за кадетская наивность? Пресса — как дрессированная собака: приносит в зубах только то, что ей бросили.

   Майор, что за кадетская наивность? Пресса — как дрессированная собака: приносит в зубах только то, что ей бросили.

   — Строев · книга
5. «

   Кстати, о национальной идее. Казаки ее давным-давно придумали. Знаете какая? А вот: чтобы нашему роду не было переводу! И все. Больше ничего не надо.

   Кстати, о национальной идее. Казаки ее давным-давно придумали. Знаете какая? А вот: чтобы нашему роду не было переводу! И все. Больше ничего не надо.

   — Конец фильма, или Гипсовый трубач · книга
6. «

   К 1991-му сумасшедших вокруг стало столько, что, казалось, в Москве проходит Всемирный фестиваль буйно помешанных.

   К 1991-му сумасшедших вокруг стало столько, что, казалось, в Москве проходит Всемирный фестиваль буйно помешанных.

   — Любовь в эпоху перемен · книга
7. «

   – Я хочу знать о тебе всё! – Всё? Ну и забавный же ты, Зайчуган! Когда я читаю Библию, меня всегда смешит слово «познал». «И вошёл он к ней, и познал он её...» Ничего нельзя познать, познавая женщину. Запомни — ничего!

   – Я хочу знать о тебе всё! – Всё? Ну и забавный же ты, Зайчуган! Когда я читаю Библию, меня всегда смешит слово «познал». «И вошёл он к ней, и познал он её...» Ничего нельзя познать, познавая женщину. Запомни — ничего!

   — Павел Николаевич · книга
8. «

   Американцы — жертвы экспертов. Если по телевизору эксперт скажет, что клизма с патефонными иголками способствует пищеварению, назавтра вся Америка встанет в две очереди. Одна очередь — за клизмами, вторая — за патефонными иголками. И кто-нибудь озолотится на производстве клизм и патефонных иголок.

   Американцы — жертвы экспертов. Если по телевизору эксперт скажет, что клизма с патефонными иголками способствует пищеварению, назавтра вся Америка встанет в две очереди. Одна очередь — за клизмами, вторая — за патефонными иголками. И кто-нибудь озолотится на производстве клизм и патефонных иголок.

   — Борька Слабинзон · книга
9. «

   Смешно сказать, через дорогу жили. Я был труслив, она была горда. Что нынче для меня дворы чужие? Но есть пока чужие города...

   Смешно сказать, через дорогу жили. Я был труслив, она была горда. Что нынче для меня дворы чужие? Но есть пока чужие города...
10. «

    «Правда?» — спросила Тоня и так внимательно посмотрела мужу в глаза, словно на роговице от каждой измены остается след, наподобие годовых колец у деревьев.

    «Правда?» — спросила Тоня и так внимательно посмотрела мужу в глаза, словно на роговице от каждой измены остается след, наподобие годовых колец у деревьев.

    — Грибной царь · книга
11. «

    «А помнишь?..» Этот вопрос с годами мелькает все чаще, становясь все трогательнее и все грустнее.

    «А помнишь?..» Этот вопрос с годами мелькает все чаще, становясь все трогательнее и все грустнее.

    — Замыслил я побег... · книга
12. «

    Ее брак зашел в тупик, и она, как настоящая русская женщина, ищет выход не в чужих постелях, а в умных книгах.

    Ее брак зашел в тупик, и она, как настоящая русская женщина, ищет выход не в чужих постелях, а в умных книгах.

    — Конец фильма, или Гипсовый трубач · книга
13. «

    Банальность – это пульсирующая матка новизны.

    Банальность – это пульсирующая матка новизны.

    — Гипсовый трубач. Дубль два · книга
14. «

    ... бывают дни сердечной отваги, когда жизнь подвластна желаниям, а судьба кажется пластилином, из которого можно вылепить всё, что захочешь. В молодости такие дни не редкость, с возрастом их становится всё меньше, а старость — это когда понимаешь: жизнь уже не может измениться, она может только закончиться.

    ... бывают дни сердечной отваги, когда жизнь подвластна желаниям, а судьба кажется пластилином, из которого можно вылепить всё, что захочешь. В молодости такие дни не редкость, с возрастом их становится всё меньше, а старость — это когда понимаешь: жизнь уже не может измениться, она может только закончиться.

    — Любовь в эпоху перемен · книга
15. «

    Женщина — это не постельная принадлежность и не кухонный комбайн с накрашенными глазами. Это — образ, стиль и уровень жизни.

    Женщина — это не постельная принадлежность и не кухонный комбайн с накрашенными глазами. Это — образ, стиль и уровень жизни.

    — Козлёнок в молоке · книга
16. «

    Это невероятно, на какую вулканическую страсть способна обиженная в браке женщина!

    Это невероятно, на какую вулканическую страсть способна обиженная в браке женщина!

    — Жарынин · книга
17. «

    Народ, не уважающий прошлых побед, обречен на будущие поражения.

    Народ, не уважающий прошлых побед, обречен на будущие поражения.

    — Бахрома жизни · книга
18. «

    Лучше завещать, чтобы тебе соорудили надгробье из дерьма, нежели оставить потомкам свои дневники!

    Лучше завещать, чтобы тебе соорудили надгробье из дерьма, нежели оставить потомкам свои дневники!

    — Гипсовый трубач, или Конец фильма · книга
19. «

    Стремление нагадить в любом плохо освещаемом замкнутом пространстве — видовая особенность человека разумного.

    Стремление нагадить в любом плохо освещаемом замкнутом пространстве — видовая особенность человека разумного.

    — Небо падших · книга
20. «

    И вот однажды, проснувшись утром, я почувствовал, что ненавижу все: сюжет, героев, пишущую машинку, себя... Я ненавижу эту мерзкую, задышливую жизненную борьбу, не оставляющую ни сил, ни желаний для борьбы за мечту. В этом, кстати, и заключается главное базисное свинство бытия: осуществить мечту можно только за счет тех сил, какие обычно тратятся на борьбу за жизнь. Замкнутый круг. И разорвать его невозможно. Почти... <...> Единственный раз в жизни у меня был шанс разорвать этот проклятый круг, но я воспользовался им, как дуралей, который по счастливой случайности выпустил джинна из бутылки (именно из бутылки!), а на громовой призыв: «Спрашивай чего хочешь!» — спросил: «Который час?»

    И вот однажды, проснувшись утром, я почувствовал, что ненавижу все: сюжет, героев, пишущую машинку, себя... Я ненавижу эту мерзкую, задышливую жизненную борьбу, не оставляющую ни сил, ни желаний для борьбы за мечту. В этом, кстати, и заключается главное базисное свинство бытия: осуществить мечту можно только за счет тех сил, какие обычно тратятся на борьбу за жизнь. Замкнутый круг. И разорвать его невозможно. Почти... <...> Единственный раз в жизни у меня был шанс разорвать этот проклятый круг, но я воспользовался им, как дуралей, который по счастливой случайности выпустил джинна из бутылки (именно из бутылки!), а на громовой призыв: «Спрашивай чего хочешь!» — спросил: «Который час?»

    — Козлёнок в молоке · книга