189 цитат Жана-Батиста Мольера — подборка на все случаи

Подборка из 189 цитат Жана-Батиста Мольера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Мы станем всех судить по нашим же законам. Все подчинятся нам: прозаик и поэт - Раз он не наш, то в нем ума, конечно, нет. Мы ко всему всегда найдем предлог придраться, Чтоб мы одни могли талантами считаться.

   Мы станем всех судить по нашим же законам. Все подчинятся нам: прозаик и поэт - Раз он не наш, то в нем ума, конечно, нет. Мы ко всему всегда найдем предлог придраться, Чтоб мы одни могли талантами считаться.

   — Арманда · книга
2. «

   Раз другого средства нет, виноват уже не тот, кто льстит, а тот, кто желает, чтобы ему льстили.

   Раз другого средства нет, виноват уже не тот, кто льстит, а тот, кто желает, чтобы ему льстили.

   — Валер · книга
3. «

   Я страстно желал иметь сына и неустанно воссылал к небу жаркие мольбы, и вот теперь этот сын, которого оно, уступая моей настойчивости, мне послало, этот сын, кроме горя и муки, ничего мне не принес.

   Я страстно желал иметь сына и неустанно воссылал к небу жаркие мольбы, и вот теперь этот сын, которого оно, уступая моей настойчивости, мне послало, этот сын, кроме горя и муки, ничего мне не принес.

   — Дон Луис · книга
4. «

   Есть люди, что к себе от первого мгновенья Внушают интерес и чувство уваженья.

   Есть люди, что к себе от первого мгновенья Внушают интерес и чувство уваженья.

   — Арсиноя · книга
5. «

   Поймите, что ее люблю я всей душою, Что я уже теперь не властен над собою.

   Поймите, что ее люблю я всей душою, Что я уже теперь не властен над собою.

   — Миртил · книга
6. «

   Ты хочешь, чтобы мы связывали себя с первым же предметом нашей страсти, чтобы ради него мы отреклись от света и больше ни на кого и не смотрели? Превосходная затея — поставить себе в какую-то мнимую заслугу верность, навсегда похоронить себя ради одного увлечения и с самой юности умереть для всех других красавиц.

   Ты хочешь, чтобы мы связывали себя с первым же предметом нашей страсти, чтобы ради него мы отреклись от света и больше ни на кого и не смотрели? Превосходная затея — поставить себе в какую-то мнимую заслугу верность, навсегда похоронить себя ради одного увлечения и с самой юности умереть для всех других красавиц.

   — Дон Жуан · книга
7. «

   Ваш грех, что чересчур вы были легковерны, Но подозрительность есть грех настолько скверный, Что, если к крайностям стремится так ваш дух, Впадайте сызнова уж в первую из двух.

   Ваш грех, что чересчур вы были легковерны, Но подозрительность есть грех настолько скверный, Что, если к крайностям стремится так ваш дух, Впадайте сызнова уж в первую из двух.

   — Клеант · книга
8. «

   Никому еще не удавалось превзойти меня в ловкости. Препятствия только раззадоривают меня. Я жажду проявить плутовские способности, которыми меня одарило небо.

   Никому еще не удавалось превзойти меня в ловкости. Препятствия только раззадоривают меня. Я жажду проявить плутовские способности, которыми меня одарило небо.

   — Али (Ali) · книга
9. «

   Вправе ли вы гордиться своим происхождением? И что сделали вы, чтобы оправдать своё звание дворянина? Вы думаете, что для этого достаточно носить громкое имя и иметь герб? И неужели благородство происхождения что-либо значит при таком бесчестном образе жизни? Нет, нет, происхождение — ничто без добродетели! Мы причастны к славе наших предков лишь тогда, когда стараемся походить на них. И лучи их славы, падающие на нас, обязывают нас блюсти свою честь, следовать по их стопам и не ронять их высоких доблестей, если мы хотим считать себя их достойными потомками. Ничего не значит, что вы происходите от своих предков; они отреклись бы от вас, и всё, чем они себя прославили, не даст вам никаких преимуществ. Напротив, в блеске их доблести ваше бесчестие ещё чернее. Слава их — это светоч, ярко озаряющий всю гнусность ваших поступков. И знайте, наконец, что дворянин, ведущий дурной образ жизни, — чудовище, что чистота нравов — первое условие истинного благородства и что я меньше обращаю внимания на имя, которым человек подписывается, чем на дела, которые он совершает, и выше ставлю сына какого-нибудь ключника, если он честный человек, чем сына монарха, если он живёт, как вы.

   Вправе ли вы гордиться своим происхождением? И что сделали вы, чтобы оправдать своё звание дворянина? Вы думаете, что для этого достаточно носить громкое имя и иметь герб? И неужели благородство происхождения что-либо значит при таком бесчестном образе жизни? Нет, нет, происхождение — ничто без добродетели! Мы причастны к славе наших предков лишь тогда, когда стараемся походить на них. И лучи их славы, падающие на нас, обязывают нас блюсти свою честь, следовать по их стопам и не ронять их высоких доблестей, если мы хотим считать себя их достойными потомками. Ничего не значит, что вы происходите от своих предков; они отреклись бы от вас, и всё, чем они себя прославили, не даст вам никаких преимуществ. Напротив, в блеске их доблести ваше бесчестие ещё чернее. Слава их — это светоч, ярко озаряющий всю гнусность ваших поступков. И знайте, наконец, что дворянин, ведущий дурной образ жизни, — чудовище, что чистота нравов — первое условие истинного благородства и что я меньше обращаю внимания на имя, которым человек подписывается, чем на дела, которые он совершает, и выше ставлю сына какого-нибудь ключника, если он честный человек, чем сына монарха, если он живёт, как вы.

   — Дон Жуан, или Каменный гость · книга
10. «

    На словах все люди одинаковы, и только поступки выявляют различия.

    На словах все люди одинаковы, и только поступки выявляют различия.
11. «

    Считаться с большинством необходимо всем. К себе внимание приковывать зачем? Все крайности претят; разумному не надо Ни пышности в словах, ни пышного наряда: Следить спокойно он, чуждаясь пустяков, За переменами в обычаях готов.

    Считаться с большинством необходимо всем. К себе внимание приковывать зачем? Все крайности претят; разумному не надо Ни пышности в словах, ни пышного наряда: Следить спокойно он, чуждаясь пустяков, За переменами в обычаях готов.

    — Арист · книга
12. «

    Плохой художник тот, кто рвется пополам Меж мастерской своей и барскою прихожей.

    Плохой художник тот, кто рвется пополам Меж мастерской своей и барскою прихожей.
13. «

    Жалко всех влюбленных, право, Что сердцами льнут к бездушным. Кто способен мыслить здраво, Остается равнодушным.

    Жалко всех влюбленных, право, Что сердцами льнут к бездушным. Кто способен мыслить здраво, Остается равнодушным.

    — Третий певец · книга
14. «

    Молчание, сестра, всегда со злом дружит. Пусть ваша и моя найдет язык досада, - Друг другу высказать нам надо Все то, что сердце говорит.

    Молчание, сестра, всегда со злом дружит. Пусть ваша и моя найдет язык досада, - Друг другу высказать нам надо Все то, что сердце говорит.

    — Аглавра · книга
15. «

    Решенья любящих нередко очень хрупки: Кто мил нам, в тех легко все извинить проступки; Обида тает вмиг под взглядом дорогим. И гнев влюбленного непрочен, точно дым.

    Решенья любящих нередко очень хрупки: Кто мил нам, в тех легко все извинить проступки; Обида тает вмиг под взглядом дорогим. И гнев влюбленного непрочен, точно дым.

    — Элианта · книга
16. «

    Я вижу множество, как вы, вещей и дел, Которых видеть бы иными я хотел, Но что бы ни было, не разражаюсь бранью И волю не даю, как вы, негодованью.

    Я вижу множество, как вы, вещей и дел, Которых видеть бы иными я хотел, Но что бы ни было, не разражаюсь бранью И волю не даю, как вы, негодованью.

    — Филинт · книга
17. «

    Любовь приносит нам и счастье и томленье.

    Любовь приносит нам и счастье и томленье.

    — певица · книга
18. «

    Сказал я, что нужны усердные старанья, Чтоб сдерживать в себе ненужный зуд писанья, Что надобно себя покрепче в руки взяв, Не выносить на свет плоды своих забав.

    Сказал я, что нужны усердные старанья, Чтоб сдерживать в себе ненужный зуд писанья, Что надобно себя покрепче в руки взяв, Не выносить на свет плоды своих забав.

    — Альцест · книга
19. «

    Тот, кто всегда уныл, ревнив и мрачен, Того дебют в любви Частенько неудачен...

    Тот, кто всегда уныл, ревнив и мрачен, Того дебют в любви Частенько неудачен...
20. «

    Жене, что по закону, честно На ложе мужнее идет, Должно быть хорошо известно, Каков бы ни был обиход, Что муж, беря ее, лишь для себя берет.

    Жене, что по закону, честно На ложе мужнее идет, Должно быть хорошо известно, Каков бы ни был обиход, Что муж, беря ее, лишь для себя берет.

    — Агнеса · книга