230 цитат Жана-Батиста Мольера — коротко и по делу

Подборка из 230 цитат Жана-Батиста Мольера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Повязка спала с глаз: я вас узнал вполне; В испорченных сердцах не нужно места мне.

   Повязка спала с глаз: я вас узнал вполне; В испорченных сердцах не нужно места мне.

   — Альцест · книга
2. «

   Красавица все может себе позволить, красавице все можно простить.

   Красавица все может себе позволить, красавице все можно простить.

   — Клеонт · книга
3. «

   Какие несбыточные мечты зародили в твоем сердце надежду? Чего можешь ты ждать впереди, кроме томительных дней, полных тоски и горя, кроме страданий?

   Какие несбыточные мечты зародили в твоем сердце надежду? Чего можешь ты ждать впереди, кроме томительных дней, полных тоски и горя, кроме страданий?

   — Сострат · книга
4. «

   Печаль, которую ношу в душе моей, От своего таить я не хотел бы века: Пусть будет явлено пред взором всех людей, Что сердце короля — все ж сердце человека.

   Печаль, которую ношу в душе моей, От своего таить я не хотел бы века: Пусть будет явлено пред взором всех людей, Что сердце короля — все ж сердце человека.

   — Король · книга
5. «

   Ужели ж разницы для вас нет никакой Меж верой истинной и верой показной?

   Ужели ж разницы для вас нет никакой Меж верой истинной и верой показной?

   — Клеант · книга
6. «

   Нет ничего отраднее, принцесса, великих посулов этих блистательных наук. Все превращать в золото; продлевать жизнь до бесконечности; исцелить словами, заставить кого угодно полюбить вас, знать все тайны будущего — все это без сомнения прекрасно, и есть люди, для которых не составляет никакого труда все это уразуметь. Но, признаюсь, моему грубому уму трудновато понять это и в это поверить. Мне всегда казалось, что это неосуществимо именно потому, что уж очень все это заманчиво.

   Нет ничего отраднее, принцесса, великих посулов этих блистательных наук. Все превращать в золото; продлевать жизнь до бесконечности; исцелить словами, заставить кого угодно полюбить вас, знать все тайны будущего — все это без сомнения прекрасно, и есть люди, для которых не составляет никакого труда все это уразуметь. Но, признаюсь, моему грубому уму трудновато понять это и в это поверить. Мне всегда казалось, что это неосуществимо именно потому, что уж очень все это заманчиво.

   — Сострат · книга
7. «

   Как эти темные несносны нам умы! Ведь о себе сказать должны вы"я", не «мы» Трудна грамматика для грубого сознанья...

   Как эти темные несносны нам умы! Ведь о себе сказать должны вы"я", не «мы» Трудна грамматика для грубого сознанья...

   — Белиза · книга
8. «

   И думаете вы, что важно непременно Число поклонников? Оно для вас так ценно! Но верьте: знают все, какая им цена И чем легко привлечь их в наши времена.

   И думаете вы, что важно непременно Число поклонников? Оно для вас так ценно! Но верьте: знают все, какая им цена И чем легко привлечь их в наши времена.

   — Арсинон · книга
9. «

   Плохой художник тот, кто рвется пополам Меж мастерской своей и барскою прихожей.

   Плохой художник тот, кто рвется пополам Меж мастерской своей и барскою прихожей.
10. «

    Так, если в любящем порывы чувств глубоки, В любимом существе он любит и пороки.

    Так, если в любящем порывы чувств глубоки, В любимом существе он любит и пороки.

    — Элианта · книга
11. «

    Ваш грех, что чересчур вы были легковерны, Но подозрительность есть грех настолько скверный, Что, если к крайностям стремится так ваш дух, Впадайте сызнова уж в первую из двух.

    Ваш грех, что чересчур вы были легковерны, Но подозрительность есть грех настолько скверный, Что, если к крайностям стремится так ваш дух, Впадайте сызнова уж в первую из двух.

    — Клеант · книга
12. «

    Вправе ли вы гордиться своим происхождением? И что сделали вы, чтобы оправдать своё звание дворянина? Вы думаете, что для этого достаточно носить громкое имя и иметь герб? И неужели благородство происхождения что-либо значит при таком бесчестном образе жизни? Нет, нет, происхождение — ничто без добродетели! Мы причастны к славе наших предков лишь тогда, когда стараемся походить на них. И лучи их славы, падающие на нас, обязывают нас блюсти свою честь, следовать по их стопам и не ронять их высоких доблестей, если мы хотим считать себя их достойными потомками. Ничего не значит, что вы происходите от своих предков; они отреклись бы от вас, и всё, чем они себя прославили, не даст вам никаких преимуществ. Напротив, в блеске их доблести ваше бесчестие ещё чернее. Слава их — это светоч, ярко озаряющий всю гнусность ваших поступков. И знайте, наконец, что дворянин, ведущий дурной образ жизни, — чудовище, что чистота нравов — первое условие истинного благородства и что я меньше обращаю внимания на имя, которым человек подписывается, чем на дела, которые он совершает, и выше ставлю сына какого-нибудь ключника, если он честный человек, чем сына монарха, если он живёт, как вы.

    Вправе ли вы гордиться своим происхождением? И что сделали вы, чтобы оправдать своё звание дворянина? Вы думаете, что для этого достаточно носить громкое имя и иметь герб? И неужели благородство происхождения что-либо значит при таком бесчестном образе жизни? Нет, нет, происхождение — ничто без добродетели! Мы причастны к славе наших предков лишь тогда, когда стараемся походить на них. И лучи их славы, падающие на нас, обязывают нас блюсти свою честь, следовать по их стопам и не ронять их высоких доблестей, если мы хотим считать себя их достойными потомками. Ничего не значит, что вы происходите от своих предков; они отреклись бы от вас, и всё, чем они себя прославили, не даст вам никаких преимуществ. Напротив, в блеске их доблести ваше бесчестие ещё чернее. Слава их — это светоч, ярко озаряющий всю гнусность ваших поступков. И знайте, наконец, что дворянин, ведущий дурной образ жизни, — чудовище, что чистота нравов — первое условие истинного благородства и что я меньше обращаю внимания на имя, которым человек подписывается, чем на дела, которые он совершает, и выше ставлю сына какого-нибудь ключника, если он честный человек, чем сына монарха, если он живёт, как вы.

    — Дон Жуан, или Каменный гость · книга
13. «

    Всё то, что вижу я, глаза мне раздражает; Впадаю в мрачность я и ощущаю гнет, Лишь посмотрю кругом, как род людской живёт! Везде — предательство, измена, плутни, льстивость, Повсюду гнусная царит несправедливость; Я в бешенстве, нет сил мне справиться с собой, И вызвать я б хотел весь род людской на бой!

    Всё то, что вижу я, глаза мне раздражает; Впадаю в мрачность я и ощущаю гнет, Лишь посмотрю кругом, как род людской живёт! Везде — предательство, измена, плутни, льстивость, Повсюду гнусная царит несправедливость; Я в бешенстве, нет сил мне справиться с собой, И вызвать я б хотел весь род людской на бой!

    — Альцест · книга
14. «

    Знаю, как ведут себя господа, когда они позволяют нам, простым людям, войти в свою семью. Я взял жену, которая смотрит на меня свысока, стыдится носить мое имя. Теперь я собственного дома боюсь. Как ни придешь — вечно одни огорчения.

    Знаю, как ведут себя господа, когда они позволяют нам, простым людям, войти в свою семью. Я взял жену, которая смотрит на меня свысока, стыдится носить мое имя. Теперь я собственного дома боюсь. Как ни придешь — вечно одни огорчения.

    — Жорж Данден · книга
15. «

    Как! Вы не можете, хотя бы раз единый, Решиться до конца назвать себя мужчиной, Набраться храбрости, достоинства и сил. Чтоб твердо женщине сказать: «Я так решил!»?

    Как! Вы не можете, хотя бы раз единый, Решиться до конца назвать себя мужчиной, Набраться храбрости, достоинства и сил. Чтоб твердо женщине сказать: «Я так решил!»?

    — Арист · книга
16. «

    Ты хочешь, чтобы мы связывали себя с первым же предметом нашей страсти, чтобы ради него мы отреклись от света и больше ни на кого и не смотрели? Превосходная затея — поставить себе в какую-то мнимую заслугу верность, навсегда похоронить себя ради одного увлечения и с самой юности умереть для всех других красавиц.

    Ты хочешь, чтобы мы связывали себя с первым же предметом нашей страсти, чтобы ради него мы отреклись от света и больше ни на кого и не смотрели? Превосходная затея — поставить себе в какую-то мнимую заслугу верность, навсегда похоронить себя ради одного увлечения и с самой юности умереть для всех других красавиц.

    — Дон Жуан · книга
17. «

    Кой чёрт понёс его на эту галеру?

    Кой чёрт понёс его на эту галеру?

    — Жеронт · книга
18. «

    Не в силах выносить царящего разврата, От общества людей уйду — и без возврата.

    Не в силах выносить царящего разврата, От общества людей уйду — и без возврата.

    — Альцест · книга
19. «

    Любовь ревнивца более походит на ненависть.

    Любовь ревнивца более походит на ненависть.
20. «

    Молчание, сестра, всегда со злом дружит. Пусть ваша и моя найдет язык досада, - Друг другу высказать нам надо Все то, что сердце говорит.

    Молчание, сестра, всегда со злом дружит. Пусть ваша и моя найдет язык досада, - Друг другу высказать нам надо Все то, что сердце говорит.

    — Аглавра · книга