Что говорил Жорж Санд: 208 цитат

Подборка из 208 цитат Жоржа Санда: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Не доверяйтесь безраздельно тому или иному человеку, как если бы он был воплощением истины; ибо все люди изменчивы. Порой они отступают, думая, что стремятся к благородной цели.

   Не доверяйтесь безраздельно тому или иному человеку, как если бы он был воплощением истины; ибо все люди изменчивы. Порой они отступают, думая, что стремятся к благородной цели.

   — Теофиль · книга
2. «

   Нет ничего менее поэтичного, чем человеческое совершенство.

   Нет ничего менее поэтичного, чем человеческое совершенство.

   — Лелия · книга
3. «

   Художники — самые бедствующие, самые негодующие и самые терзаемые из всех людей, ибо они видят, как с каждым днем все более низким становится падение предмета их обожания, и они бессильны поднять его на прежнюю высоту.

   Художники — самые бедствующие, самые негодующие и самые терзаемые из всех людей, ибо они видят, как с каждым днем все более низким становится падение предмета их обожания, и они бессильны поднять его на прежнюю высоту.

   — Зима на Майорке · книга
4. «

   В жизни есть лишь одно счастье – любить и быть любимым.

   В жизни есть лишь одно счастье – любить и быть любимым.
5. «

   Кто любил хоть раз, хорошо знает, как много в жизни и скорби и радости.

   Кто любил хоть раз, хорошо знает, как много в жизни и скорби и радости.

   — Жак · книга
6. «

   В страстных мечтаниях все кажется возможным, но когда действительность вдруг предстаёт перед глазами, мы с ужасом возвращаемся к прежним взглядам.

   В страстных мечтаниях все кажется возможным, но когда действительность вдруг предстаёт перед глазами, мы с ужасом возвращаемся к прежним взглядам.

   — Консуэло · книга
7. «

   Люди, которые причиняют зло, попросту больные люди. Не думай о них, пусть этим занимаются врачи.

   Люди, которые причиняют зло, попросту больные люди. Не думай о них, пусть этим занимаются врачи.

   — Исповедь молодой девушки · книга
8. «

   Народ — это непризнанное право, отвергнутое страдание, попранная справедливость. Это идея, если угодно. Но единственная великая и истинная идея нашего времени. Она достаточно прекрасна, чтобы сражаться за нее.

   Народ — это непризнанное право, отвергнутое страдание, попранная справедливость. Это идея, если угодно. Но единственная великая и истинная идея нашего времени. Она достаточно прекрасна, чтобы сражаться за нее.

   — Ларавиньер · книга
9. «

   В народе можно встретить величайшие добродетели — и величайшие пороки.

   В народе можно встретить величайшие добродетели — и величайшие пороки.

   — Марта · книга
10. «

    Любовь эгоистична, она зовет себе на помощь дружбу лишь в дни страданий.

    Любовь эгоистична, она зовет себе на помощь дружбу лишь в дни страданий.

    — Фернанда · книга
11. «

    ... оставаясь победителем даже в своем поражении, так как все же был в состоянии скрыть от людских взоров свое несчастье.

    ... оставаясь победителем даже в своем поражении, так как все же был в состоянии скрыть от людских взоров свое несчастье.

    — Консуэло · книга
12. «

    Человеческая душа даже в заблуждении сохраняет нечто благостное и великое, к чему чувствуешь уважение и в чем находишь с радостью те священные следы, которые являются как бы печатью божьей десницы.

    Человеческая душа даже в заблуждении сохраняет нечто благостное и великое, к чему чувствуешь уважение и в чем находишь с радостью те священные следы, которые являются как бы печатью божьей десницы.

    — Консуэлло · книга
13. «

    Настоящие, только перепутье, где, остановившись, ты не перестанешь работать. Не думай, что непременно должен быть выбор между долгом и благородным человеколюбием. То и другое должны идти вместе, помогая друг-другу

    Настоящие, только перепутье, где, остановившись, ты не перестанешь работать. Не думай, что непременно должен быть выбор между долгом и благородным человеколюбием. То и другое должны идти вместе, помогая друг-другу

    — Замок Пиктордю · книга
14. «

    Не унижайся никогда до лести даже перед высшими, а тем более перед человеком, мнением которого ты, в сущности, пренебрегаешь.

    Не унижайся никогда до лести даже перед высшими, а тем более перед человеком, мнением которого ты, в сущности, пренебрегаешь.

    — Порпора · книга
15. «

    Все женщины... настолько спешат любить, что внезапно их любовь исчезает, а они так и не знают почему.

    Все женщины... настолько спешат любить, что внезапно их любовь исчезает, а они так и не знают почему.

    — Леоне Леони · книга
16. «

    Малейшее проявление симпатии сладостно, а к выражению величайшего восхищения примешивается горечь.

    Малейшее проявление симпатии сладостно, а к выражению величайшего восхищения примешивается горечь.

    — Консуэлло · книга
17. «

    В жизни каждого из нас есть незначительные на первый взгляд события, которые навсегда остаются связанными с воспоминанием о каком-либо кризисе в духовном нашем развитии, с преображением всего нашего нравственного существа; и как бы ни было подчинено наше существование самым трезвым житейским интересам, нет человека, который не пережил бы такого часа восторга и просветления, когда душа достигает самого высокого своего горения и грядущее словно по анитию открывается нашим духовным очам. Внутренний мир, который мы носим в себе, сокрыт от нас самих, он полон неразгаданных пророчеств, и мы лишь смутно читаем в нем. Но наступает время, бьет час, иногда это всего мгновение, когда — идет ли речь о вере в Бога, о проблемах общества или о любви — божественный свет, словно молния, прорезающая тьму, ярко озаряет наш разум. У натур возвышенных и склонных к самосозерцанию такие душевные переломы совершаются торжественно и знаменуют собой всякий раз новую фазу их жизненного пути, проводя решительную грань между горестным «вчера» и победным «завтра». Философам и геометрам, погруженным в мир абстракций, эти минуты внезапного озарения знакомы так же, как фанатикам веры, как поэтам или влюбленным.

    В жизни каждого из нас есть незначительные на первый взгляд события, которые навсегда остаются связанными с воспоминанием о каком-либо кризисе в духовном нашем развитии, с преображением всего нашего нравственного существа; и как бы ни было подчинено наше существование самым трезвым житейским интересам, нет человека, который не пережил бы такого часа восторга и просветления, когда душа достигает самого высокого своего горения и грядущее словно по анитию открывается нашим духовным очам. Внутренний мир, который мы носим в себе, сокрыт от нас самих, он полон неразгаданных пророчеств, и мы лишь смутно читаем в нем. Но наступает время, бьет час, иногда это всего мгновение, когда — идет ли речь о вере в Бога, о проблемах общества или о любви — божественный свет, словно молния, прорезающая тьму, ярко озаряет наш разум. У натур возвышенных и склонных к самосозерцанию такие душевные переломы совершаются торжественно и знаменуют собой всякий раз новую фазу их жизненного пути, проводя решительную грань между горестным «вчера» и победным «завтра». Философам и геометрам, погруженным в мир абстракций, эти минуты внезапного озарения знакомы так же, как фанатикам веры, как поэтам или влюбленным.

    — Странствующий подмастерье · книга
18. «

    Несчастье способно развратить только слабые души; сильные, проходя через него, очищаются.

    Несчастье способно развратить только слабые души; сильные, проходя через него, очищаются.

    — Лелия · книга
19. «

    Мужчина, который умно говорит о любви, не очень влюблён.

    Мужчина, который умно говорит о любви, не очень влюблён.
20. «

    Вы не хотите меня понять из боязни понять слишком хорошо.

    Вы не хотите меня понять из боязни понять слишком хорошо.

    — Консуэло · книга