30 июля 2026, четверг
Подборка · 602 цитаты из подборки

602 цитаты — Грустные цитаты — коротко и по делу

602 цитаты в разделе «Грустные цитаты» — для статуса, поста или собственной коллекции.

  1. Одиноких видно по глазам. По больному, воспалённому взгляду, ищущему что-то, на миг замирающему и соскальзывающему с чужих лиц, как вода, как талый снег... Одиноких видно в сети, отчаянно впечатывающими своё тепло в затёртые клавиши, когда другие, счастливые, любят друг друга, смеются в тёплых обьятиях, разукрашивают поцелуями кожу, сверкают бокалами под бой курантов... Одиноких видно по рукам. Нервно дрожащим пальцам, меняющим сигарету за сигаретой, чертящим по поверхности пустоты чьи-то имена... Одиноких видно по словам. Горьким, надрывным, спрятанным за напускными улыбками и наигранным равнодушием... Одиноких видно... И глядя в них, в эту холодную печаль, в эту звенящую пустоту, в эту неуспокоенность сердец, так не хочется вдруг оказаться одним из...
  2. Твои привычки, возраст, личность, богатство или красота — всё это имеет значение только когда ты жив. Смерть обесценивает твое существование — именно это делает её такой беспощадной.
  3. Мама была очень доброй. Она была замечательной: ходила на работу, следила за домом, ни с кем не ругалась, никому не причиняла неприятностей и была одинакова добра ко всем. Мама была моей гордостью. «Кен, испытывать горечь — это нормально. Добрым людям для счастья хватает и этого». Лучше страдать самому, чем причинять боль другим. Добрым людям для счастья хватает и этого — так она меня учила.
  4. Когда ты попадаешь в отделение скорой помощи, первое, что они просят сделать, это оценить твою боль по шкале от одного до десяти, и так они решают, какое лекарство ввести и как быстро. Мне задавали этот вопрос сотню раз за все эти годы, и я помню, как однажды, когда я не могла дышать, и грудь моя была будто в огне, будто языки пламени лизали мои ребра изнутри, пытаясь пробраться наружу, чтобы сжечь всё моё тело, родители отвезли меня в скорую помощь. Медсестра спросила меня о боли, а я не могла даже говорить, так что я подняла девять пальцев. Позже, когда они мне что-то ввели, медсестра вошла, и она вроде как гладила меня по руке, пока измеряла давление, и она сказала: «Знаешь, как я поняла, что ты боец? Ты назвала десятку девяткой». Но дело было не совсем в этом. Я назвала ту боль девяткой, потому что сохраняла себе десятку. И вот они, великие и ужасные десять, ударяющие меня ещё и ещё, пока я не двигаясь лежу на кровати, уставившись в потолок, и волны швыряют меня на скалы, а затем уносят обратно в море, чтобы потом снова запустить меня в зубристые выступы утёса и оставить лежать на воде неутонувшей.
    Джон Грин · книга
  5. — Снова дралась во дворе? — Ага. Мама, но я не плакала. Вырасту - выучусь на моряка, Я уже в ванне плавала! — Боже! Не девочка, а беда! Сил моих больше нету. — Мама, а вырасту я когда? — Вырастешь! Ешь котлету. — Мама, купим живого коня? — Коня?! Да что ж это делается? — Мама, а в летчики примут меня? — Примут. Куда они денутся?! Ты же из каждого, сатана, душу сумеешь вытрясти! — Мама, а правда, что будет война, и я не успею вырасти?..
20 из 602
Смотрите также