620 фраз из категории «Мрачные цитаты»

620 цитат в разделе «Мрачные цитаты» — для статуса, поста или собственной коллекции.

1. «

   The price of your greed Is your son and your daughter What you gon' do When there's blood in the water?

   The price of your greed Is your son and your daughter What you gon' do When there's blood in the water?
2. «

   — Все исчезли, не только малыши, но и дети постарше тоже. — Вы уверены? Я ищу своего брата. — Я слышала, врачи говорили, это не только здесь, во всем мире.

   — Все исчезли, не только малыши, но и дети постарше тоже. — Вы уверены? Я ищу своего брата. — Я слышала, врачи говорили, это не только здесь, во всем мире.

   — Хлоя Стил · фильм
3. «

   … через несколько недель я стал слишком болен, чтобы есть… Тиф! У меня была сильная лихорадка, и я не мог спать. Тиф! Каждую ночь люди умирали из-за этого. Ночью мне надо было ходить в туалет через коридор. Он всегда был полон мертвецами, которые лежали там. Ты не мог пройти… Надо было идти по их головам, и это было так ужасно, кожа была скользкая, ты думал, что упадёшь. И так каждую ночь. Так что теперь у меня был тиф, и мне приходилось ходить далеко в туалет, и я сказал: «Вот и моё время пришло. Теперь я уйду, как эти, и кто-нибудь наступит на меня».

   … через несколько недель я стал слишком болен, чтобы есть… Тиф! У меня была сильная лихорадка, и я не мог спать. Тиф! Каждую ночь люди умирали из-за этого. Ночью мне надо было ходить в туалет через коридор. Он всегда был полон мертвецами, которые лежали там. Ты не мог пройти… Надо было идти по их головам, и это было так ужасно, кожа была скользкая, ты думал, что упадёшь. И так каждую ночь. Так что теперь у меня был тиф, и мне приходилось ходить далеко в туалет, и я сказал: «Вот и моё время пришло. Теперь я уйду, как эти, и кто-нибудь наступит на меня».

   — Владек
4. «

   — Пятнадцать лет прошло, как ты ушла из дома. И вы ни разу не говорили о том, что у тебя было с твоим отчимом? — Это бы ничего не изменило. — Откуда ты знаешь? — Оттуда. Она прекрасно знала о домогательствах Алехандро, но предпочитала их не замечать. — Надо было поставить её перед фактом, а не сбегать из дома. — Потому что иначе она бы... А вдруг, она мне просто не поверила бы, и это было бы куда страшнее того, что он сделал со мной.

   — Пятнадцать лет прошло, как ты ушла из дома. И вы ни разу не говорили о том, что у тебя было с твоим отчимом? — Это бы ничего не изменило. — Откуда ты знаешь? — Оттуда. Она прекрасно знала о домогательствах Алехандро, но предпочитала их не замечать. — Надо было поставить её перед фактом, а не сбегать из дома. — Потому что иначе она бы... А вдруг, она мне просто не поверила бы, и это было бы куда страшнее того, что он сделал со мной.

   — Габриэль Солис · сериал
5. «

   А время между тем идет и идет, я старею, слабею; гляди, не сегодня завтра заболею инфлуэнцией и умру, и потащат меня на Ваганьково; будут вспоминать обо мне приятели дня три, а потом забудут, и имя мое перестанет быть даже звуком.

   А время между тем идет и идет, я старею, слабею; гляди, не сегодня завтра заболею инфлуэнцией и умру, и потащат меня на Ваганьково; будут вспоминать обо мне приятели дня три, а потом забудут, и имя мое перестанет быть даже звуком.

   — Антон Павлович Чехов · книга
6. «

   В 2024 году Россия катится в ад, а ад — многоуровневая структура, и за пробитым дном следует другое дно… Бесконечное вставание с колен на четвереньки.

   В 2024 году Россия катится в ад, а ад — многоуровневая структура, и за пробитым дном следует другое дно… Бесконечное вставание с колен на четвереньки.

   — Андрей Ангелов · книга
7. «

   Пусть теперь твой герб родовой На знамёнах траурных шьют...

   Пусть теперь твой герб родовой На знамёнах траурных шьют...
8. «

   Если думаешь, что её смерть меня ослабила, ты мало что понимаешь. Если ты как-то причастен к её убийству и не боишься, тогда ты ничего не понимаешь. Так пойми это ради своего же блага. Я Доктор. И я пришёл, чтобы найти тебя. И никогда не прекращу поиски.

   Если думаешь, что её смерть меня ослабила, ты мало что понимаешь. Если ты как-то причастен к её убийству и не боишься, тогда ты ничего не понимаешь. Так пойми это ради своего же блага. Я Доктор. И я пришёл, чтобы найти тебя. И никогда не прекращу поиски.

   — 12 Доктор · сериал
9. «

   Когда ты убил четырех человек, уже не проблема убить пятого.

   Когда ты убил четырех человек, уже не проблема убить пятого.

   — Гармоника · фильм
10. «

    Всем, кто мозгами бедней и меньше, Кто под ветром судьбы не был нищ и наг, Оставляю прославлять города и женщин, А сам буду славить Преступников и бродяг.

    Всем, кто мозгами бедней и меньше, Кто под ветром судьбы не был нищ и наг, Оставляю прославлять города и женщин, А сам буду славить Преступников и бродяг.

    — Сергей Александрович Есенин · книга
11. «

    А когда-то, когда-то... Веселым парнем, До костей весь пропахший Степной травой, Я пришел в этот город с пустыми руками, Но зато с полным сердцем И не пустой головой. Я верил... я горел... Я шел с революцией, Я думал, что братство не мечта и не сон, Что все во единое море сольются — Все сонмы народов, И рас, и племен.

    А когда-то, когда-то... Веселым парнем, До костей весь пропахший Степной травой, Я пришел в этот город с пустыми руками, Но зато с полным сердцем И не пустой головой. Я верил... я горел... Я шел с революцией, Я думал, что братство не мечта и не сон, Что все во единое море сольются — Все сонмы народов, И рас, и племен.

    — Сергей Александрович Есенин · книга
12. «

    Да, это был – что бы там ни говорили – настоящий траур, и скорбь была неподдельной, ибо его [диктатора] смерть, которой мы так долго и так вожделенно ждали, многое открыла нам в нас самих, и прежде всего то, что, ожидая в полной безнадежности, когда он издохнет от любой из своих королевских болезней, когда вести о его кончине, – столько раз передававшиеся шепотом из уст в уста и столько раз опровергавшиеся, – станут наконец правдой, мы кончились сами, выгорели дотла, и теперь мы не поверили в его окончательный уход не потому, что в действительности не были убеждены в этом, а потому, что в глубине души этого уже не хотели; мы не могли себе представить, как будем жить дальше, как вообще может продолжаться жизнь без него – наша жизнь, в которой он, как оказалось, занимал такое непомерно большое место…

    Да, это был – что бы там ни говорили – настоящий траур, и скорбь была неподдельной, ибо его [диктатора] смерть, которой мы так долго и так вожделенно ждали, многое открыла нам в нас самих, и прежде всего то, что, ожидая в полной безнадежности, когда он издохнет от любой из своих королевских болезней, когда вести о его кончине, – столько раз передававшиеся шепотом из уст в уста и столько раз опровергавшиеся, – станут наконец правдой, мы кончились сами, выгорели дотла, и теперь мы не поверили в его окончательный уход не потому, что в действительности не были убеждены в этом, а потому, что в глубине души этого уже не хотели; мы не могли себе представить, как будем жить дальше, как вообще может продолжаться жизнь без него – наша жизнь, в которой он, как оказалось, занимал такое непомерно большое место…

    — Габриэль Гарсиа Маркес · книга
13. «

    Наслаждайся своей музыкой, поджариваясь в адском пламени!

    Наслаждайся своей музыкой, поджариваясь в адском пламени!

    — М.Байзон(M.Bison) · игра
14. «

    Я был спасен от ненависти ко всем человеческим существам, свойственной Галану, только потому, что мог над ними смеяться. В этом всегда была главная разница между нами.

    Я был спасен от ненависти ко всем человеческим существам, свойственной Галану, только потому, что мог над ними смеяться. В этом всегда была главная разница между нами.

    — Джон Диксон Карр · книга
15. «

    — Оно набрасывается на всех, кто ему попадается. Оно не останавливается ни перед чем. Оно охотится на сельских дорогах, поджидая одинокие машины. 23-ей весной, 23 дня, оно ест. — Что ест? Что ест? — Ест нас.

    — Оно набрасывается на всех, кто ему попадается. Оно не останавливается ни перед чем. Оно охотится на сельских дорогах, поджидая одинокие машины. 23-ей весной, 23 дня, оно ест. — Что ест? Что ест? — Ест нас.

    — Дэрри Дженнер · фильм
16. «

    В разговорах военнослужащие хвастаются и своими крайне жестокими действиями: изнасилованиями, расстрелами, потоплениями торговых судов. Иногда мы можем доказать, что сказанное не соответствует действительности, но затем сразу изумляет то, чем солдаты хотят произвести впечатление, например, потоплением транспорта с детьми. Объем того, что могло быть высказано и что было высказано, таким об-разом, здесь не такой, как сегодня. И вместе с тем совершенно очевидно, что быть творящим насилие тоже относилось к качествам, с помощью которых сыскивалось признание или, по крайней мере, надежда на него. Большинство рассказов, на первый взгляд, кажутся слишком противоречивыми. Но это только если исходить из того, что люди действуют в соответствии со своими «установками» и что такие установки сильно связаны с идеологией, теориями и большими убеждениями. На самом деле люди поступают в соответствии, — и это книга покажет, — со своей верой в то, что от них эти поступки ожидаются. И это имеет гораздо меньше общего с абстрактными «мировоззрениями», чем с конкретными местами, целями и функциями действия, и прежде всего с группами, частью которых люди являются.

    В разговорах военнослужащие хвастаются и своими крайне жестокими действиями: изнасилованиями, расстрелами, потоплениями торговых судов. Иногда мы можем доказать, что сказанное не соответствует действительности, но затем сразу изумляет то, чем солдаты хотят произвести впечатление, например, потоплением транспорта с детьми. Объем того, что могло быть высказано и что было высказано, таким об-разом, здесь не такой, как сегодня. И вместе с тем совершенно очевидно, что быть творящим насилие тоже относилось к качествам, с помощью которых сыскивалось признание или, по крайней мере, надежда на него. Большинство рассказов, на первый взгляд, кажутся слишком противоречивыми. Но это только если исходить из того, что люди действуют в соответствии со своими «установками» и что такие установки сильно связаны с идеологией, теориями и большими убеждениями. На самом деле люди поступают в соответствии, — и это книга покажет, — со своей верой в то, что от них эти поступки ожидаются. И это имеет гораздо меньше общего с абстрактными «мировоззрениями», чем с конкретными местами, целями и функциями действия, и прежде всего с группами, частью которых люди являются.

    — Найтцель Зёнке · книга
17. «

    Город пропах. Вонь стояла повсюду, вонь от оставшихся в домах тел, от сгнившей еды на столах, от выгребных ям. Катафалки ехали по улицам один за другим, и каждый вез куда больше, чем один гроб. Когда умер гробовщик, в ход пошли шторы и одеяла. Мы заворачивали тела, что бы ни видеть их лица, и выбрасывали в ямы, которые никто не торопился закапывать.

    Город пропах. Вонь стояла повсюду, вонь от оставшихся в домах тел, от сгнившей еды на столах, от выгребных ям. Катафалки ехали по улицам один за другим, и каждый вез куда больше, чем один гроб. Когда умер гробовщик, в ход пошли шторы и одеяла. Мы заворачивали тела, что бы ни видеть их лица, и выбрасывали в ямы, которые никто не торопился закапывать.

    — Алексей Игнатов · книга
18. «

    Гроб с моим телом медленно опускается в яму. Каждый стук земли о крышку звучит как последний удар сердца. Меня больше нет, только холод и тишина. Моё тело растворится в этой земле, сгниёт и станет пищей для червей. Мама будет стоять у могилы с опухшими от слёз глазами: ей не верится, что её единственный сын теперь в этой деревянной коробке. Будет ли она думать, что это какая-то ошибка, что я вот-вот встану и обниму её? Что я оставлю после себя? Всё, что казалось важным, превратится в труху и сгниёт вместе со мной. Меня забудут. Всё, что я сделал – хорошее и плохое – всё это поглотит земля.

    Гроб с моим телом медленно опускается в яму. Каждый стук земли о крышку звучит как последний удар сердца. Меня больше нет, только холод и тишина. Моё тело растворится в этой земле, сгниёт и станет пищей для червей. Мама будет стоять у могилы с опухшими от слёз глазами: ей не верится, что её единственный сын теперь в этой деревянной коробке. Будет ли она думать, что это какая-то ошибка, что я вот-вот встану и обниму её? Что я оставлю после себя? Всё, что казалось важным, превратится в труху и сгниёт вместе со мной. Меня забудут. Всё, что я сделал – хорошее и плохое – всё это поглотит земля.

    — Алексей · игра
19. «

    Я не люблю людей, я презираю их. Главный их плюс — что они биоразлагаемы.

    Я не люблю людей, я презираю их. Главный их плюс — что они биоразлагаемы.
20. «

    I felt a funeral in my brain, And mourners, to and fro, Kept treading, treading, till it seemed That sense was breaking through.

    I felt a funeral in my brain, And mourners, to and fro, Kept treading, treading, till it seemed That sense was breaking through.

    — Эмили Дикинсон