«Анатоль Франс. Таис»: 35 цитат

Собрали 35 цитат из книги «Анатоль Франс. Таис» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Тот, кто обладает истиной, должен благовестить о ней осторожно.

   Тот, кто обладает истиной, должен благовестить о ней осторожно.

   — Старик · книга
2. «

   Народ бывает более всего угнетен, когда правительство слабо. Народы благоденствовали только под властью умных деспотов.

   Народ бывает более всего угнетен, когда правительство слабо. Народы благоденствовали только под властью умных деспотов.

   — Котта · книга
3. «

   Я терплю лишения и живу отшельником, соблюдая воздержание. Но я делаю это для того, чтобы угодить богу и удостоиться вечного блаженства. А это разумная цель, ибо мудро терпеть муки в предвидении великих благ.

   Я терплю лишения и живу отшельником, соблюдая воздержание. Но я делаю это для того, чтобы угодить богу и удостоиться вечного блаженства. А это разумная цель, ибо мудро терпеть муки в предвидении великих благ.

   — Пафнутий · книга
4. «

   Демоны, хоть они на самом деле и безобразны, иной раз облекаются призрачной красотой, и это мешает разглядеть их подлинную сущность.

   Демоны, хоть они на самом деле и безобразны, иной раз облекаются призрачной красотой, и это мешает разглядеть их подлинную сущность.
5. «

   Стоит ли беспокоиться о женской любви? Безрассудно привязываться к тому, что мимолетно.

   Стоит ли беспокоиться о женской любви? Безрассудно привязываться к тому, что мимолетно.

   — Евкрит · книга
6. «

   Я совершенен, а тот, кто совершенен, — выше всяких законов.

   Я совершенен, а тот, кто совершенен, — выше всяких законов.

   — Зенофемид · книга
7. «

   Монахи презирали богатство, и благоухание их добродетели возносилось до самых небес.

   Монахи презирали богатство, и благоухание их добродетели возносилось до самых небес.
8. «

   Все в этом мире призрачно, все подобно сыпучим пескам. Один бог незыблем.

   Все в этом мире призрачно, все подобно сыпучим пескам. Один бог незыблем.

   — Пафнутий · книга
9. «

   В те времена в пустыне жило много отшельников. По обоим берегам Нила раскинулись бесчисленные хижины, сооруженные из ветвей и глины руками самих затворников. На самом берегу реки встречались обители, где жило по нескольку монахов. И отшельники и монахи жили в воздержании, вкушали пищу лишь после захода солнца, и единственным яством служил им хлеб со щепоткой соли да иссопа.

   В те времена в пустыне жило много отшельников. По обоим берегам Нила раскинулись бесчисленные хижины, сооруженные из ветвей и глины руками самих затворников. На самом берегу реки встречались обители, где жило по нескольку монахов. И отшельники и монахи жили в воздержании, вкушали пищу лишь после захода солнца, и единственным яством служил им хлеб со щепоткой соли да иссопа.
10. «

    Неумолимый голос кричал ей: «Ты состаришься, Таис! Состаришься!» От ужаса на лбу ее выступили капли ледяного пота. Затем она снова с бесконечной нежностью вгляделась в свое отражение и убедилась, что все еще хороша и достойна любви.

    Неумолимый голос кричал ей: «Ты состаришься, Таис! Состаришься!» От ужаса на лбу ее выступили капли ледяного пота. Затем она снова с бесконечной нежностью вгляделась в свое отражение и убедилась, что все еще хороша и достойна любви.
11. «

    Бог! Пусть отвернется, если мы его оскорбляем. Но чем мы его оскорбляем? Раз он нас сотворил, ему нечего ни гневаться, ни удивляться, что мы такие, какими он нас создал, и поступаем в соответствии с природой, какою он нас наделил.

    Бог! Пусть отвернется, если мы его оскорбляем. Но чем мы его оскорбляем? Раз он нас сотворил, ему нечего ни гневаться, ни удивляться, что мы такие, какими он нас создал, и поступаем в соответствии с природой, какою он нас наделил.

    — Таис · книга
12. «

    Наука и размышление — всего лишь первые ступени познания и только вдохновение ведет к вечным истинам.

    Наука и размышление — всего лишь первые ступени познания и только вдохновение ведет к вечным истинам.

    — Зенофемид · книга
13. «

    Отвращение и сочувствие одинаково недостойны мудреца.

    Отвращение и сочувствие одинаково недостойны мудреца.

    — Старик · книга
14. «

    Иной раз телесные немощи влекут за собою неожиданное обострение умственных способностей.

    Иной раз телесные немощи влекут за собою неожиданное обострение умственных способностей.

    — Аристей · книга
15. «

    Отчизна превыше всего, даже превыше богов, ибо она заключает в себе их всех.

    Отчизна превыше всего, даже превыше богов, ибо она заключает в себе их всех.

    — Никий · книга
16. «

    Равно безрассудно хулить и псов и философов. Нам неведомо, что такое собаки и что такое мы сами. Нам ничто неведомо.

    Равно безрассудно хулить и псов и философов. Нам неведомо, что такое собаки и что такое мы сами. Нам ничто неведомо.

    — Старик · книга
17. «

    Быть добрым в этом мире можно только ценою самых жестоких страданий.

    Быть добрым в этом мире можно только ценою самых жестоких страданий.

    — Таис · книга
18. «

    Тщетно действовать и тщетно воздерживаться от действий. Безразлично — жить или умереть.

    Тщетно действовать и тщетно воздерживаться от действий. Безразлично — жить или умереть.

    — Старик · книга
19. «

    Излишний пост вызывает слабость, а слабость порождает нерадение. Некоторые монахи изнуряют свое тело неумеренно долгим воздержанием. О них можно сказать, что они вонзают себе в грудь кинжал и бездыханными предаются в руки дьявола.

    Излишний пост вызывает слабость, а слабость порождает нерадение. Некоторые монахи изнуряют свое тело неумеренно долгим воздержанием. О них можно сказать, что они вонзают себе в грудь кинжал и бездыханными предаются в руки дьявола.

    — отец Антоний · книга
20. «

    Женщины внушают любовь, хотя и безрассудно любить их.

    Женщины внушают любовь, хотя и безрассудно любить их.

    — Дорион · книга