26 цитат из книги «Андрей Битов. Пушкинский дом» — читать онлайн

Собрали 26 цитат из книги «Андрей Битов. Пушкинский дом» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   О какой свободе вы говорите? Где это слово? Вы сами не свободны, — а это навсегда. Вы хотите сказать от себя — вы ничего не можете сказать от себя. Вы только от лица той же власти сказать можете.

   О какой свободе вы говорите? Где это слово? Вы сами не свободны, — а это навсегда. Вы хотите сказать от себя — вы ничего не можете сказать от себя. Вы только от лица той же власти сказать можете.

   — Дед Одоевцев · книга
2. «

   Какие сейчас могут быть славянофилы и западники?... И те и другие сейчас — просто необразованные люди. Признавать прошлое у нас, а настоящее — на Западе, отменяя настоящее у нас, а там — прошлое.

   Какие сейчас могут быть славянофилы и западники?... И те и другие сейчас — просто необразованные люди. Признавать прошлое у нас, а настоящее — на Западе, отменяя настоящее у нас, а там — прошлое.

   — Дед Одоевцев · книга
3. «

   Ах, самые сильные чувства пробуждаются в нас, когда нам говорят в лицо то, что мы сами-то прекрасно знаем.

   Ах, самые сильные чувства пробуждаются в нас, когда нам говорят в лицо то, что мы сами-то прекрасно знаем.
4. «

   А вот то будет, что и нас не будет.

   А вот то будет, что и нас не будет.

   — Александр Сергеевич Пушкин · книга
5. «

   Никак ему не достичь, как бы ни хотел он сохранить свою жизнь, вернее существование, — той жизненности, которая притягивала его в других. Никто не виноват, что жизненность воплощается в наше время в самых отвратительных и прежде всего подлых формах. Убегание, измена, предательство — три последовательные ступени, три формы (нельзя сказать, жизни, но сохранения ее), три способа высидеть на коне, выиграть, остаться победителем. Такой ход приняло жизнеизъявление. Ну а нежизненные — должны вымирать.

   Никак ему не достичь, как бы ни хотел он сохранить свою жизнь, вернее существование, — той жизненности, которая притягивала его в других. Никто не виноват, что жизненность воплощается в наше время в самых отвратительных и прежде всего подлых формах. Убегание, измена, предательство — три последовательные ступени, три формы (нельзя сказать, жизни, но сохранения ее), три способа высидеть на коне, выиграть, остаться победителем. Такой ход приняло жизнеизъявление. Ну а нежизненные — должны вымирать.

   — Лева Одоевцев · книга
6. «

   Необходимо было ему не нуждаться ни в ком, потому что от малейшей зависимости, от малейших обязательств любви он бы сразу пошел на дно, как тяжелое, почти уже мореное бревно.

   Необходимо было ему не нуждаться ни в ком, потому что от малейшей зависимости, от малейших обязательств любви он бы сразу пошел на дно, как тяжелое, почти уже мореное бревно.
7. «

   Правда — это хирургия, операция: ты лишаешься чего-то, но и выздоравливаешь.

   Правда — это хирургия, операция: ты лишаешься чего-то, но и выздоравливаешь.
8. «

   Нет ничего некрасивей женщины, если вы ее не любите, если уже на то пошло. Только временный обман, оптический фокус, а потом — одно уродство и неудобство.

   Нет ничего некрасивей женщины, если вы ее не любите, если уже на то пошло. Только временный обман, оптический фокус, а потом — одно уродство и неудобство.
9. «

   Все проходит и мы со временем все-таки выходим из-под вещей и людей, нас тяготивших (точнее изживаем их в себе).

   Все проходит и мы со временем все-таки выходим из-под вещей и людей, нас тяготивших (точнее изживаем их в себе).
10. «

    Как бы вам ни хотелось чего-нибудь поидеальней — все подчиниться логике прогресса, логике потребления и изживания...

    Как бы вам ни хотелось чего-нибудь поидеальней — все подчиниться логике прогресса, логике потребления и изживания...

    — Дед Одоевцев · книга
11. «

    Кaкое же должно быть Слово, чтобы не истереть своё звучaние в непрaвом употреблении? Чтобы все снaряды ложных знaчений ложились рядом с заколдованным истинным смыслом!... Но дaже если слово точно произнесено и может пережить собственную немоту вплоть до возрождения фениксa-смыслa, то значит ли это, что его отыщут в бумaжной пыли, что его вообще стaнут искaть в его прежнем, хотя бы и истинном, знaчении, a не просто произнесут зaново?..

    Кaкое же должно быть Слово, чтобы не истереть своё звучaние в непрaвом употреблении? Чтобы все снaряды ложных знaчений ложились рядом с заколдованным истинным смыслом!... Но дaже если слово точно произнесено и может пережить собственную немоту вплоть до возрождения фениксa-смыслa, то значит ли это, что его отыщут в бумaжной пыли, что его вообще стaнут искaть в его прежнем, хотя бы и истинном, знaчении, a не просто произнесут зaново?..
12. «

    Этот твой Ботанический институт банка с пауками: чем тише и эстетичней на верхний взгляд, тем, можешь быть уверен, внутри, в тишинке да в глубинке, такая грызня, такая паучья возня...

    Этот твой Ботанический институт банка с пауками: чем тише и эстетичней на верхний взгляд, тем, можешь быть уверен, внутри, в тишинке да в глубинке, такая грызня, такая паучья возня...

    — дядя Митя · книга
13. «

    Нереальность — условие жизни. Все сдвинуто и существует рядом по иному поводу, чем названо. На уровне реальности жив только Бог. Он и есть реальность.

    Нереальность — условие жизни. Все сдвинуто и существует рядом по иному поводу, чем названо. На уровне реальности жив только Бог. Он и есть реальность.
14. «

    Одни получают уверенность как бы в награду за предыдущую неуверенность, другие получают неуверенность в наказание за предыдущую уверенность.

    Одни получают уверенность как бы в награду за предыдущую неуверенность, другие получают неуверенность в наказание за предыдущую уверенность.
15. «

    Люди, действующие на нас, — это одно, а их действие на нас — нечто совершенно другое, сплошь и рядом одно к одному и никакого отношения не имеет, потому что действие их на нас — это уже мы сами.

    Люди, действующие на нас, — это одно, а их действие на нас — нечто совершенно другое, сплошь и рядом одно к одному и никакого отношения не имеет, потому что действие их на нас — это уже мы сами.
16. «

    По молодости, он гораздо более предполагал за собою разных чувств, нежели знал их.

    По молодости, он гораздо более предполагал за собою разных чувств, нежели знал их.
17. «

    Почему вас непременно должно перекашивать в некое чувство? Без «чувств» вы никак себе поверить не можете... Оттого и надо вам, чтобы вас любили, и все страдания ваши — какие страдания! переживания — об этом... Что за надобность?

    Почему вас непременно должно перекашивать в некое чувство? Без «чувств» вы никак себе поверить не можете... Оттого и надо вам, чтобы вас любили, и все страдания ваши — какие страдания! переживания — об этом... Что за надобность?

    — Дед Одоевцев · книга
18. «

    Время столь решительно и бурно проехалось по каждому, отдельно взятому из общей массы человеку, что каждый человек, с мало-мальски намеченными природой чертами личности, стал тип, в котором, как в капле воды, отразился весь мир и, как в капле моря, выразилось все море.

    Время столь решительно и бурно проехалось по каждому, отдельно взятому из общей массы человеку, что каждый человек, с мало-мальски намеченными природой чертами личности, стал тип, в котором, как в капле воды, отразился весь мир и, как в капле моря, выразилось все море.
19. «

    И единичные явления жизни могут стать предметом типического изображения, если писатель просматривает за ними явления, лишь сейчас единичные, но которым суждено будущее.

    И единичные явления жизни могут стать предметом типического изображения, если писатель просматривает за ними явления, лишь сейчас единичные, но которым суждено будущее.
20. «

    У старика был вкус. Не в том, теперь распространившемся смысле, что лучше, чем у других, или не хуже, чем «у людей», или чтобы не быть смешным или отсталым, не тот современный прослоечный вкус, который стремится выбиться в вышестоящую социальную группу, у него был свой его вкус. Вещи, окружавшие его, нравились ему — это и было основным условием его вкуса.

    У старика был вкус. Не в том, теперь распространившемся смысле, что лучше, чем у других, или не хуже, чем «у людей», или чтобы не быть смешным или отсталым, не тот современный прослоечный вкус, который стремится выбиться в вышестоящую социальную группу, у него был свой его вкус. Вещи, окружавшие его, нравились ему — это и было основным условием его вкуса.