43 цитаты из книги «Анджей Сапковский. Меч Предназначения», которые захочется сохранить

Собрали 43 цитаты из книги «Анджей Сапковский. Меч Предназначения» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — Расскажи мне сказку. <…> — Жил-был… кот, – начал он. – Такой обычный, полосатый мышелов. И однажды этот кот пошёл один-одинёшенек на дальнюю прогулку в страшенный тёмный лес. Ну шёл он, шёл… шёл… шёл… — Ты не думай, – проворчала Цири, прижимаясь к нему, – что я усну, прежде чем он дойдёт.

   — Расскажи мне сказку. <…> — Жил-был… кот, – начал он. – Такой обычный, полосатый мышелов. И однажды этот кот пошёл один-одинёшенек на дальнюю прогулку в страшенный тёмный лес. Ну шёл он, шёл… шёл… шёл… — Ты не думай, – проворчала Цири, прижимаясь к нему, – что я усну, прежде чем он дойдёт.
2. «

   Нет Предназначения… Оно не существует. Единственное, что предназначено всем, — это смерть.

   Нет Предназначения… Оно не существует. Единственное, что предназначено всем, — это смерть.

   — Геральт из Ривии · книга
3. «

   Оставь сказителей в покое. Если им не хватит материала, они сами что-нибудь придумают. А имея в руках истинный материал, они его исказят.

   Оставь сказителей в покое. Если им не хватит материала, они сами что-нибудь придумают. А имея в руках истинный материал, они его исказят.

   — Геральт из Ривии · книга
4. «

   Ты смеешься над Предназначением, насмехаешься над ним, играешь с ним. У Меча Предназначения два острия. Одно из них – ты. Другое – смерть? Но это мы умираем, умираем из-за тебя. Тебя смерть не может достать, поэтому довольствуется нами. Смерть следует за тобой по пятам, Белый Волк. Но умирают другие. Из-за тебя.

   Ты смеешься над Предназначением, насмехаешься над ним, играешь с ним. У Меча Предназначения два острия. Одно из них – ты. Другое – смерть? Но это мы умираем, умираем из-за тебя. Тебя смерть не может достать, поэтому довольствуется нами. Смерть следует за тобой по пятам, Белый Волк. Но умирают другие. Из-за тебя.

   — Цири · книга
5. «

   Мне тоже известны такие, которые приятней отказывают, чем она даёт...

   Мне тоже известны такие, которые приятней отказывают, чем она даёт...

   — Лютик · книга
6. «

   — Не могу. Не могу тебе этого сказать. Это скажет птица, рожденная прикосновением твоей руки к моей. Птица? Что такое правда? — Правда, — сказала пустельга, — это осколок льда.

   — Не могу. Не могу тебе этого сказать. Это скажет птица, рожденная прикосновением твоей руки к моей. Птица? Что такое правда? — Правда, — сказала пустельга, — это осколок льда.

   — Йеннифэр из Венгерберга · книга
7. «

   – Цель есть в конце любого пути. Она есть у каждого. Даже у тебя, хоть тебе и кажется, будто ты не такой, как все. – Теперь я тебя спрошу. – Спрашивай. – А в конце твоего пути есть цель? – Есть. – Счастливец. – Дело не в счастье, Геральт. Дело в том, во что ты веришь и чему отдаёшь себя. В чём твоё призвание.

   – Цель есть в конце любого пути. Она есть у каждого. Даже у тебя, хоть тебе и кажется, будто ты не такой, как все. – Теперь я тебя спрошу. – Спрашивай. – А в конце твоего пути есть цель? – Есть. – Счастливец. – Дело не в счастье, Геральт. Дело в том, во что ты веришь и чему отдаёшь себя. В чём твоё призвание.

   — Геральт из Ривии · книга
8. «

   Любить — значит не только брать, но и уметь отказываться от чего-то, жертвовать собою.

   Любить — значит не только брать, но и уметь отказываться от чего-то, жертвовать собою.

   — Сирена Шъееназ · книга
9. «

   Когда захочешь покончить жизнь самоубийством, не впутывай в свои дела других. Просто повесься на вожжах в конюшне.

   Когда захочешь покончить жизнь самоубийством, не впутывай в свои дела других. Просто повесься на вожжах в конюшне.
10. «

    Что это за любовь, когда любящий не может иногда хоть чем-то пожертвовать?

    Что это за любовь, когда любящий не может иногда хоть чем-то пожертвовать?

    — Сирена Шъееназ · книга
11. «

    Войны ведут по двум причинам. Одна из них — власть, другая — деньги.

    Войны ведут по двум причинам. Одна из них — власть, другая — деньги.

    — Геральт из Ривии · книга
12. «

    Принципы можно нарушить, страх — преодолеть.

    Принципы можно нарушить, страх — преодолеть.

    — Йеннифэр из Венгерберга · книга
13. «

    Мужчины любят встречаться с бывшими любовницами, любят освежать воспоминания. Любят думать, будто давние любовные игры дают им что-то вроде пожизненного права собственности на партнершу. Это хорошо влияет на их самочувствие.

    Мужчины любят встречаться с бывшими любовницами, любят освежать воспоминания. Любят думать, будто давние любовные игры дают им что-то вроде пожизненного права собственности на партнершу. Это хорошо влияет на их самочувствие.

    — Йеннифэр из Венгерберга · книга
14. «

    – Рассказывай, Лютик, – нетерпеливо бросил ведьмак. – Не торчать же тут до вечера. Бард ухватил пальцами гриф лютни, резко ударил по струнам. – Как предпочитаете, стихотворной речью или нормальной? – Нормальной. – Извольте. – Лютик тем не менее не отложил лютни. – Послушайте же, благородные господа, что случилось неделю тому непоодаль города вольного, Голопольем наречённого. Так вот, ранним утром, едва поднимающееся солнышко зарумянило висящие над полями и лугами покровы туманов… – Ведь решили – нормальной! – напомнил Геральт. – А разве нет? Ну ладно, ладно. Понимаю. Кратко, без метафор.

    – Рассказывай, Лютик, – нетерпеливо бросил ведьмак. – Не торчать же тут до вечера. Бард ухватил пальцами гриф лютни, резко ударил по струнам. – Как предпочитаете, стихотворной речью или нормальной? – Нормальной. – Извольте. – Лютик тем не менее не отложил лютни. – Послушайте же, благородные господа, что случилось неделю тому непоодаль города вольного, Голопольем наречённого. Так вот, ранним утром, едва поднимающееся солнышко зарумянило висящие над полями и лугами покровы туманов… – Ведь решили – нормальной! – напомнил Геральт. – А разве нет? Ну ладно, ладно. Понимаю. Кратко, без метафор.

    — Геральт из Ривии · книга
15. «

    – Однако, я думаю, у каждого мифа, у каждой легенды должны быть какие-то корни. И у этих корней что-то лежит. – Лежит, – согласился Геральт. – Чаще всего мечта, желание, тоска. Уверенность, что нет предела возможному. А иногда – случай.

    – Однако, я думаю, у каждого мифа, у каждой легенды должны быть какие-то корни. И у этих корней что-то лежит. – Лежит, – согласился Геральт. – Чаще всего мечта, желание, тоска. Уверенность, что нет предела возможному. А иногда – случай.

    — Геральт из Ривии · книга
16. «

    Гулянья, доказывал он, удовлетворяют глубокие и естественные потребности людей. Время от времени, утверждал бард, человеку надобно встречаться с себе подобными там, где можно посмеяться и попеть, набить пузо шашлыками и пирогами, набраться пива, послушать музыку и потискать в танце потные округлости девушек. Если б каждый человек пожелал удовлетворять эти потребности, так сказать, в розницу, доказывал Лютик, спорадически и неорганизованно, возник бы неописуемый хаос. Поэтому придумали праздники и гулянья.

    Гулянья, доказывал он, удовлетворяют глубокие и естественные потребности людей. Время от времени, утверждал бард, человеку надобно встречаться с себе подобными там, где можно посмеяться и попеть, набить пузо шашлыками и пирогами, набраться пива, послушать музыку и потискать в танце потные округлости девушек. Если б каждый человек пожелал удовлетворять эти потребности, так сказать, в розницу, доказывал Лютик, спорадически и неорганизованно, возник бы неописуемый хаос. Поэтому придумали праздники и гулянья.

    — Лютик · книга
17. «

    Недостаточно быть друг другу предназначенными. Надобно нечто большее…

    Недостаточно быть друг другу предназначенными. Надобно нечто большее…

    — Геральт из Ривии · книга
18. «

    Круг замыкается, змея погружает зубы в собственный хвост. Так должно быть.

    Круг замыкается, змея погружает зубы в собственный хвост. Так должно быть.

    — Геральт из Ривии · книга
19. «

    Это не сказка, а жизнь, которую мы сами должны заполнять моментами счастья, ибо на улыбки судьбы рассчитывать, как ты знаешь, не приходится.

    Это не сказка, а жизнь, которую мы сами должны заполнять моментами счастья, ибо на улыбки судьбы рассчитывать, как ты знаешь, не приходится.

    — Калантэ · книга
20. «

    Спорит либо дурак, либо подлец... Первый не знает, но спорит, второй же знает, но спорит.

    Спорит либо дурак, либо подлец... Первый не знает, но спорит, второй же знает, но спорит.