30 цитат из книги «Анджей Сапковский. Владычица озера», которые стоит перечитать

Ниже 30 цитат из книги «Анджей Сапковский. Владычица озера»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   «Ах, — думал он, подпрыгивая, — если б это случилось… Если б озарило, если б напасть на след. Всего лишь одна, неповторимая оказия…» Внизу, под террасой, что-то сверкнуло, ночная тьма разорвалась, из блеска появилась лошадь. С седоком. Девушкой. — Добрый вечер, — вежливо поздоровалась девушка. — Простите, если не вовремя. Нельзя ли узнать, что это за место? И какое это время? Аарениус Кранц сглотнул, открыл рот и забормотал. — Место, — терпеливо и четко повторила девушка-наездница. — Время. — Эээ… Ну… Того… Беее… Лошадь фыркнула. Девушка вздохнула. — Ну что ж, вероятно, я снова не туда попала. Не то место. Не то время! Но ответь мне, человек! Хотя бы одним понятным словечком. Ведь не могла же я попасть в мир, в котором люди утратили способность к членораздельной речи? — Эээ… — Одно словечко. — Хэээ… — Да чтоб тебя удар хватил, болван, — сказала девушка. И исчезла. Вместе с лошадью. Аарениус Кранц закрыл рот. Немного постоял у балюстрады, вглядываясь в ночь, в озеро и отражающиеся в нем далекие огни Вызимы. Потом застегнул штаны и вернулся к телескопу. Комета быстро обегала небо. Ее следовало наблюдать, не упускать из поля зрения стекла и глаза. Следить, пока она не исчезнет в просторах космоса. Это был шанс, а ученому нельзя упускать шансы.

   «Ах, — думал он, подпрыгивая, — если б это случилось… Если б озарило, если б напасть на след. Всего лишь одна, неповторимая оказия…» Внизу, под террасой, что-то сверкнуло, ночная тьма разорвалась, из блеска появилась лошадь. С седоком. Девушкой. — Добрый вечер, — вежливо поздоровалась девушка. — Простите, если не вовремя. Нельзя ли узнать, что это за место? И какое это время? Аарениус Кранц сглотнул, открыл рот и забормотал. — Место, — терпеливо и четко повторила девушка-наездница. — Время. — Эээ… Ну… Того… Беее… Лошадь фыркнула. Девушка вздохнула. — Ну что ж, вероятно, я снова не туда попала. Не то место. Не то время! Но ответь мне, человек! Хотя бы одним понятным словечком. Ведь не могла же я попасть в мир, в котором люди утратили способность к членораздельной речи? — Эээ… — Одно словечко. — Хэээ… — Да чтоб тебя удар хватил, болван, — сказала девушка. И исчезла. Вместе с лошадью. Аарениус Кранц закрыл рот. Немного постоял у балюстрады, вглядываясь в ночь, в озеро и отражающиеся в нем далекие огни Вызимы. Потом застегнул штаны и вернулся к телескопу. Комета быстро обегала небо. Ее следовало наблюдать, не упускать из поля зрения стекла и глаза. Следить, пока она не исчезнет в просторах космоса. Это был шанс, а ученому нельзя упускать шансы.
2. «

   Любовь смеется над рассудком. И в этом её притягательная сила и прелесть.

   Любовь смеется над рассудком. И в этом её притягательная сила и прелесть.

   — Фрингилья Виго · книга
3. «

   — Поздравляю дам и себя с удачной резекцией тонкого и толстого кишечника, спленектомией и сшивкой печени. Обращаю внимание на время, понадобившееся нам, чтобы ликвидировать последствия того, что за доли секунды было сотворено нашему пациенту во время боя… Советую это воспринять как материал для философских размышлений. А теперь мазель Шани зашьет нам пациента. — Но я этого еще никогда не делала, господин Русти. — Когда–то надобно начинать. Шейте красное с красным, желтое с желтым, белое с белым. Так наверняка будет хорошо…

   — Поздравляю дам и себя с удачной резекцией тонкого и толстого кишечника, спленектомией и сшивкой печени. Обращаю внимание на время, понадобившееся нам, чтобы ликвидировать последствия того, что за доли секунды было сотворено нашему пациенту во время боя… Советую это воспринять как материал для философских размышлений. А теперь мазель Шани зашьет нам пациента. — Но я этого еще никогда не делала, господин Русти. — Когда–то надобно начинать. Шейте красное с красным, желтое с желтым, белое с белым. Так наверняка будет хорошо…
4. «

   Изменения политического режима не могут служить оправданием вандализма.

   Изменения политического режима не могут служить оправданием вандализма.

   — Фольтест · книга
5. «

   Мужчина окинул ее взглядом, в котором при желании можно было прочесть уйму малоприятных слов, фраз и даже целых абзацев.

   Мужчина окинул ее взглядом, в котором при желании можно было прочесть уйму малоприятных слов, фраз и даже целых абзацев.
6. «

   «Прости, Фрингилья», — повторила она, яростно кривя губы. — Как кратко, как экономно, как просто и без претензий, какая забота о чистоте стиля.

   «Прости, Фрингилья», — повторила она, яростно кривя губы. — Как кратко, как экономно, как просто и без претензий, какая забота о чистоте стиля.
7. «

   При виде твоей кислой физиономии придорожные грибы сами маринуются.

   При виде твоей кислой физиономии придорожные грибы сами маринуются.

   — Ангулема · книга
8. «

   — Но я не хочу! — заорала Цири так, что кобыла заплясала под нею. — Не хочу, понятно тебе? Не хочуууу!!! Мне отвратительна сама мысль о том, что мне присадят какого-то дерьмового паразита, меня тошнит при одной мысли, что этот паразит будет во мне расти, что… Она осеклась, видя лица эльфок. На двух рисовалось безбрежное изумление. На третьем — безбрежная ненависть.

   — Но я не хочу! — заорала Цири так, что кобыла заплясала под нею. — Не хочу, понятно тебе? Не хочуууу!!! Мне отвратительна сама мысль о том, что мне присадят какого-то дерьмового паразита, меня тошнит при одной мысли, что этот паразит будет во мне расти, что… Она осеклась, видя лица эльфок. На двух рисовалось безбрежное изумление. На третьем — безбрежная ненависть.

   — Цири · книга
9. «

   Любой сон, если он затягивается надолго, превращается в кошмар.

   Любой сон, если он затягивается надолго, превращается в кошмар.

   — Регис · книга
10. «

    — Геральт… — Слушаю, Йен. — Когда я… Когда мы не были вместе, ты бывал с другими женщинами? — Нет. — Ни разу? — Ни разу. — У тебя даже голос не дрогнул. Не понимаю, почему я тебе не верю. — Я всегда думал только о тебе, Йен. — Теперь верю.

    — Геральт… — Слушаю, Йен. — Когда я… Когда мы не были вместе, ты бывал с другими женщинами? — Нет. — Ни разу? — Ни разу. — У тебя даже голос не дрогнул. Не понимаю, почему я тебе не верю. — Я всегда думал только о тебе, Йен. — Теперь верю.
11. «

    Политическая власть не может творить историю с помощью актов или декретов. Не может она и давать истории оценку, выставлять баллы или раскладывать по полочкам, хотя в гордыне своей ни одна власть таковой истины не признает и не приемлет. Одним из ярчайших проявлений вашего человеческого зазнайства является так называемая историография, попытки судить и выносить приговоры, как вы говорите, «делам давно минувших дней». Для вас, людей, это типично и проистекает из того факта, что природа наделила вас эфемерной, муравьиной, мотыльковой, смешной жизнью однодневок, не дотягивающей и до сотни лет. Вы же к своему существованию насекомых пытаетесь подстраивать весь мир. А меж тем история — процесс непрерывный и бесконечный. Невозможно поделить историю на кусочки — отсюда и досюда — от даты до даты. Историю нельзя декретировать и тем более изменить королевскими указами. Даже выиграв войну.

    Политическая власть не может творить историю с помощью актов или декретов. Не может она и давать истории оценку, выставлять баллы или раскладывать по полочкам, хотя в гордыне своей ни одна власть таковой истины не признает и не приемлет. Одним из ярчайших проявлений вашего человеческого зазнайства является так называемая историография, попытки судить и выносить приговоры, как вы говорите, «делам давно минувших дней». Для вас, людей, это типично и проистекает из того факта, что природа наделила вас эфемерной, муравьиной, мотыльковой, смешной жизнью однодневок, не дотягивающей и до сотни лет. Вы же к своему существованию насекомых пытаетесь подстраивать весь мир. А меж тем история — процесс непрерывный и бесконечный. Невозможно поделить историю на кусочки — отсюда и досюда — от даты до даты. Историю нельзя декретировать и тем более изменить королевскими указами. Даже выиграв войну.

    — Вольф Исенгрим · книга
12. «

    Всё уже когда-то было, всё уже когда-то случилось и всё уже когда-то было описано.

    Всё уже когда-то было, всё уже когда-то случилось и всё уже когда-то было описано.

    — Высогота из Корво · книга
13. «

    Месть — есть наслаждение для умов заурядных, слабых и мелочных.

    Месть — есть наслаждение для умов заурядных, слабых и мелочных.

    — Шеала де Танкарвилль · книга
14. «

    Сегодня Зло правит законами — ибо законы служат ему. Оно действует в соответствии с заключенными мирными договорами, поскольку о нем, Зле, подумали, заключая эти договоры.

    Сегодня Зло правит законами — ибо законы служат ему. Оно действует в соответствии с заключенными мирными договорами, поскольку о нем, Зле, подумали, заключая эти договоры.

    — Геральт из Ривии · книга
15. «

    Битва еще не окончена. Битву закончит смерть, все остальное лишь перерыв в битве. Передышка.

    Битва еще не окончена. Битву закончит смерть, все остальное лишь перерыв в битве. Передышка.

    — Весемир · книга
16. «

    Кости брошены. Позади останется мое прошлое, впереди раскинется мое будущее.

    Кости брошены. Позади останется мое прошлое, впереди раскинется мое будущее.

    — Геральт из Ривии · книга
17. «

    Политика — та же война, только малость по-иному ведущаяся. Должен понимать и то, что переговоры — тот же торг. У них одинаковый самодействующий приводной механизм. Достигнутые успехи обусловливаются уступками. Здесь выгадываешь — там теряешь. Иными словами, чтобы одних можно было купить, других необходимо продать.

    Политика — та же война, только малость по-иному ведущаяся. Должен понимать и то, что переговоры — тот же торг. У них одинаковый самодействующий приводной механизм. Достигнутые успехи обусловливаются уступками. Здесь выгадываешь — там теряешь. Иными словами, чтобы одних можно было купить, других необходимо продать.
18. «

    — Я хотела бы чаще… прогуливаться. И беседовать. Но я понимаю… Понимаю, что это невозможно. — Ты правильно понимаешь. — Он закусил губу. — Императоры владеют империями, но двумя вещами владеть не могут: своим сердцем и своим временем. И то, и другое принадлежит империи.

    — Я хотела бы чаще… прогуливаться. И беседовать. Но я понимаю… Понимаю, что это невозможно. — Ты правильно понимаешь. — Он закусил губу. — Императоры владеют империями, но двумя вещами владеть не могут: своим сердцем и своим временем. И то, и другое принадлежит империи.

    — Эмгыр вар Эмрейс · книга
19. «

    ... Такая точка зрения есть не что иное, как удобный фатализм, дифирамбы отупению и гнусности...

    ... Такая точка зрения есть не что иное, как удобный фатализм, дифирамбы отупению и гнусности...

    — Регис · книга
20. «

    Когда тебя собираются вешать, попроси стакан воды. Никогда не известно, что может произойти, пока его принесут.

    Когда тебя собираются вешать, попроси стакан воды. Никогда не известно, что может произойти, пока его принесут.