123 цитаты из книги «Эрих Мария Ремарк. Три товарища» с глубоким смыслом

Собрали 123 цитаты из книги «Эрих Мария Ремарк. Три товарища» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   ... ты теперь вступаешь в период, когда проявляется разница между буржуа и кавалером. Чем дольше буржуа живет с женщиной, тем он менее внимателен к ней. Кавалер, напротив, всё более внимателен.

   ... ты теперь вступаешь в период, когда проявляется разница между буржуа и кавалером. Чем дольше буржуа живет с женщиной, тем он менее внимателен к ней. Кавалер, напротив, всё более внимателен.

   — Готтфрид Ленц · книга
2. «

   В дождливую погоду не грех сделать что-нибудь для своего образования.

   В дождливую погоду не грех сделать что-нибудь для своего образования.

   — Роберт Локамп · книга
3. «

   В конце концов люди всегда возвращаются обратно.

   В конце концов люди всегда возвращаются обратно.
4. «

   Человек всегда велик в намерениях. Но не в их выполнении. В этом и состоит его очарование.

   Человек всегда велик в намерениях. Но не в их выполнении. В этом и состоит его очарование.

   — Роберт Локамп · книга
5. «

   Вы не успели заметить, что мы живём в эпоху полного саморастерзания? Многое, что можно было бы сделать, мы не делаем, сами не зная почему. Работа стала делом чудовищной важности: так много людей в наши дни лишены её, что мысли о ней заслоняют всё остальное.<...> У меня две машины, квартира в десять комнат и достаточно денег. А толку что? Разве все это сравнится с таким летним утром! Работа — мрачная одержимость. Мы предаёмся труду с вечной иллюзией, будто со временем все станет иным. Никогда ничто не изменится. И что только люди делают из своей жизни — просто смешно!

   Вы не успели заметить, что мы живём в эпоху полного саморастерзания? Многое, что можно было бы сделать, мы не делаем, сами не зная почему. Работа стала делом чудовищной важности: так много людей в наши дни лишены её, что мысли о ней заслоняют всё остальное.<...> У меня две машины, квартира в десять комнат и достаточно денег. А толку что? Разве все это сравнится с таким летним утром! Работа — мрачная одержимость. Мы предаёмся труду с вечной иллюзией, будто со временем все станет иным. Никогда ничто не изменится. И что только люди делают из своей жизни — просто смешно!

   — Жаффе · книга
6. «

   Хороший конец бывает только тогда, когда до него всё было плохо. Уж куда лучше плохой конец.

   Хороший конец бывает только тогда, когда до него всё было плохо. Уж куда лучше плохой конец.

   — Роберт Локамп · книга
7. «

   С женщинами я справляюсь, а вот с любовью — не могу. Безнадежность — вот что нагоняет на меня тоску.

   С женщинами я справляюсь, а вот с любовью — не могу. Безнадежность — вот что нагоняет на меня тоску.

   — Роберт Локамп · книга
8. «

   Чем меньше знаешь, тем проще жить. Знание делает человека свободным, но несчастным. Выпьем лучше за наивность, за глупость и за все, что с нею связано, — за любовь, за веру в будущее, за мечты о счастье; выпьем за дивную глупость, за утраченный рай!

   Чем меньше знаешь, тем проще жить. Знание делает человека свободным, но несчастным. Выпьем лучше за наивность, за глупость и за все, что с нею связано, — за любовь, за веру в будущее, за мечты о счастье; выпьем за дивную глупость, за утраченный рай!

   — Фердинанд Грау · книга
9. «

   Что-то у меня вроде ветер в голове. Но, возможно, это просто голод.

   Что-то у меня вроде ветер в голове. Но, возможно, это просто голод.

   — Роберт Локамп · книга
10. «

    Такт — неписаное соглашение не замечать чужих ошибок. И не заниматься их исправлением. То есть жалкий компромисс.

    Такт — неписаное соглашение не замечать чужих ошибок. И не заниматься их исправлением. То есть жалкий компромисс.

    — Готтфрид Ленц · книга
11. «

    Ты и без того знаешь слишком много, чтобы быть по-настоящему счастливым.

    Ты и без того знаешь слишком много, чтобы быть по-настоящему счастливым.

    — Патриция Хольман · книга
12. «

    Странное чувство испытываешь все-таки в день своего рождения, даже если никакого значения не придаешь ему. Тридцать лет… Было время, когда мне казалось, что я никак не доживу до двадцати, так хотелось поскорее стать взрослым. А потом…

    Странное чувство испытываешь все-таки в день своего рождения, даже если никакого значения не придаешь ему. Тридцать лет… Было время, когда мне казалось, что я никак не доживу до двадцати, так хотелось поскорее стать взрослым. А потом…

    — Роберт Локамп · книга
13. «

    Ах, дорогой мой, все, собственно, довольно легко – не надо только самим усложнять себе жизнь!

    Ах, дорогой мой, все, собственно, довольно легко – не надо только самим усложнять себе жизнь!

    — Патриция Хольман · книга
14. «

    Если хочется жить, это значит, что есть что-то, что любишь.

    Если хочется жить, это значит, что есть что-то, что любишь.

    — Патриция Хольман · книга
15. «

    Она была уже не просто красивой девушкой, которую нужно оберегать, было в ней что-то новое, и если раньше я часто не знал, любит ли она меня, то теперь я это ясно чувствовал. Она ничего больше не скрывала; полная жизни, близкая мне как никогда прежде, она была прекрасна, даря мне еще большее счастье...

    Она была уже не просто красивой девушкой, которую нужно оберегать, было в ней что-то новое, и если раньше я часто не знал, любит ли она меня, то теперь я это ясно чувствовал. Она ничего больше не скрывала; полная жизни, близкая мне как никогда прежде, она была прекрасна, даря мне еще большее счастье...
16. «

    Человек всего лишь человек.

    Человек всего лишь человек.

    — Матильда Штосс · книга
17. «

    Шальные деньги приносят счастье.

    Шальные деньги приносят счастье.

    — Роза · книга
18. «

    Человек вспоминает о своих скудных запасах доброты обычно когда уже слишком поздно. И тогда он бывает очень растроган тем, каким благородным, оказывается, мог бы он быть.

    Человек вспоминает о своих скудных запасах доброты обычно когда уже слишком поздно. И тогда он бывает очень растроган тем, каким благородным, оказывается, мог бы он быть.

    — Фердинанд Грау · книга
19. «

    — Я так счастлива, — сказала она. Я стоял и смотрел на неё. Она сказала только три слова. Но никогда еще я не слыхал, чтобы их так произносили. Я знал женщин, но встречи с ними всегда были мимолетными — какие-то приключения, иногда яркие часы, одинокий вечер, бегство от самого себя, от отчаяния, от пустоты. Да я и не искал ничего другого; ведь я знал, что нельзя полагаться ни на что, только на самого себя и в лучшем случае на товарища.

    — Я так счастлива, — сказала она. Я стоял и смотрел на неё. Она сказала только три слова. Но никогда еще я не слыхал, чтобы их так произносили. Я знал женщин, но встречи с ними всегда были мимолетными — какие-то приключения, иногда яркие часы, одинокий вечер, бегство от самого себя, от отчаяния, от пустоты. Да я и не искал ничего другого; ведь я знал, что нельзя полагаться ни на что, только на самого себя и в лучшем случае на товарища.

    — Патриция Хольман · книга
20. «

    — Вы здесь? — Трудно было бы отрицать.

    — Вы здесь? — Трудно было бы отрицать.