269 цитат из книги «Эрих Мария Ремарк. Три товарища» — читать онлайн

Собрали 269 цитат из книги «Эрих Мария Ремарк. Три товарища» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   В моей жизни так много переменилось, что мне казалось, будто везде всё должно стать иным.

   В моей жизни так много переменилось, что мне казалось, будто везде всё должно стать иным.

   — Роберт Локамп · книга
2. «

   До чего же теперешние молодые люди все странные. Прошлое вы ненавидите, настоящее презираете, а будущее вам безразлично. Вряд ли это приведет к хорошему концу.

   До чего же теперешние молодые люди все странные. Прошлое вы ненавидите, настоящее презираете, а будущее вам безразлично. Вряд ли это приведет к хорошему концу.

   — Фрау Залевски · книга
3. «

   ... одиночество делает людей бестактными.

   ... одиночество делает людей бестактными.

   — Роберт Локамп · книга
4. «

   Проклятье! Пусть всё это тысячу раз только передышка, а не гавань, пусть это тысячу раз невероятно. Но именно поэтому счастье было снова и снова таким ошеломляющим, непостижимым, бьющим через край...

   Проклятье! Пусть всё это тысячу раз только передышка, а не гавань, пусть это тысячу раз невероятно. Но именно поэтому счастье было снова и снова таким ошеломляющим, непостижимым, бьющим через край...

   — Роберт Локамп · книга
5. «

   Настоящая любовь не терпит посторонних.

   Настоящая любовь не терпит посторонних.

   — Роберт Локамп · книга
6. «

   ...кто одинок, тот не будет покинут.

   ...кто одинок, тот не будет покинут.

   — Роберт Локамп · книга
7. «

   Нельзя говорить о деньгах с презренном. Многие женщины даже влюбляются из-за денег. А любовь делает многих мужчин корыстолюбивыми. Таким образом, деньги стимулируют идеалы, — любовь же, напротив, материализм.

   Нельзя говорить о деньгах с презренном. Многие женщины даже влюбляются из-за денег. А любовь делает многих мужчин корыстолюбивыми. Таким образом, деньги стимулируют идеалы, — любовь же, напротив, материализм.

   — Роберт Локамп · книга
8. «

   — Ну-ка, дыхни, — сказал Готтфрид. Я повиновался. — Ром, вишневая настойка и абсент, — сказал он. — Пил абсент, свинья!

   — Ну-ка, дыхни, — сказал Готтфрид. Я повиновался. — Ром, вишневая настойка и абсент, — сказал он. — Пил абсент, свинья!

   — Готтфрид Ленц · книга
9. «

   Одиночество легче, когда не любишь.

   Одиночество легче, когда не любишь.

   — Патриция Хольман · книга
10. «

    Я не мог больше оставаться в доме и вышел. Стало туманно. Вдали шумело море. С деревьев падали капли. Я осмотрелся. Я уже не был один. Теперь где-то там на юге, за горизонтом, ревел мотор. За туманом по бледносерым дорогам летела помощь, фары разбрызгивали яркий свет, свистели покрышки, и две руки сжимали рулевое колесо, два глаза холодным уверенным взглядом сверлили темноту: глаза моего друга…

    Я не мог больше оставаться в доме и вышел. Стало туманно. Вдали шумело море. С деревьев падали капли. Я осмотрелся. Я уже не был один. Теперь где-то там на юге, за горизонтом, ревел мотор. За туманом по бледносерым дорогам летела помощь, фары разбрызгивали яркий свет, свистели покрышки, и две руки сжимали рулевое колесо, два глаза холодным уверенным взглядом сверлили темноту: глаза моего друга…

    — Роберт Локамп · книга
11. «

    ... Ты от выпивки становишься злее, а я — человечнее. В этом разница поколений.

    ... Ты от выпивки становишься злее, а я — человечнее. В этом разница поколений.

    — Фердинанд Грау · книга
12. «

    Если уж не смеяться над двадцатым веком, то надо всем застрелиться. Но и долго над ним не посмеёшься. Он таков, что впору бы выть.

    Если уж не смеяться над двадцатым веком, то надо всем застрелиться. Но и долго над ним не посмеёшься. Он таков, что впору бы выть.

    — Роберт Локамп · книга
13. «

    Ты подумай, ведь умереть я всё равно должна была бы. А теперь я благодарна, что у меня был ты. Ведь я могла быть и одинокой и несчастной. Тогда я умирала бы охотно. Теперь мне труднее. Но зато я полна любовью, как пчела медом, когда она вечером возвращается в улей.

    Ты подумай, ведь умереть я всё равно должна была бы. А теперь я благодарна, что у меня был ты. Ведь я могла быть и одинокой и несчастной. Тогда я умирала бы охотно. Теперь мне труднее. Но зато я полна любовью, как пчела медом, когда она вечером возвращается в улей.

    — Патриция Хольман · книга
14. «

    В дождливую погоду не грех сделать что-нибудь для своего образования.

    В дождливую погоду не грех сделать что-нибудь для своего образования.

    — Роберт Локамп · книга
15. «

    ... ничто – это уже много! Ничто – это зеркало, в котором отражается мир.

    ... ничто – это уже много! Ничто – это зеркало, в котором отражается мир.

    — Фердинанд Грау · книга
16. «

    В наши дни быть богатым – это прямо-таки профессия. И совсем не простая.

    В наши дни быть богатым – это прямо-таки профессия. И совсем не простая.

    — Роберт Локамп · книга
17. «

    Дальше полуправд нам идти не дано. На то мы и люди. Зная одни только полуправды, мы и то творим немало глупостей. А уж если бы знали всю правду целиком, то вообще не могли бы жить.

    Дальше полуправд нам идти не дано. На то мы и люди. Зная одни только полуправды, мы и то творим немало глупостей. А уж если бы знали всю правду целиком, то вообще не могли бы жить.

    — Роберт Локамп · книга
18. «

    — Но ты не должна меня ждать. Никогда. Очень страшно ждать чего-то. — Это ты не понимаешь, Робби. Страшно, когда нечего ждать.

    — Но ты не должна меня ждать. Никогда. Очень страшно ждать чего-то. — Это ты не понимаешь, Робби. Страшно, когда нечего ждать.

    — Роберт Локамп · книга
19. «

    Я дал ей огня. Теплое и близкое пламя спички осветило на мгновение ее лицо и мои руки, и мне вдруг пришла в голову безумная мысль, будто мы давно уже принадлежим друг другу.

    Я дал ей огня. Теплое и близкое пламя спички осветило на мгновение ее лицо и мои руки, и мне вдруг пришла в голову безумная мысль, будто мы давно уже принадлежим друг другу.

    — Роберт Локамп · книга
20. «

    Мне стало душно от столпотворения и собственного бессилия.

    Мне стало душно от столпотворения и собственного бессилия.