40 известных цитат из книги «Эрнест Хемингуэй. По ком звонит колокол»

Собрали 40 цитат из книги «Эрнест Хемингуэй. По ком звонит колокол» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Странная вещь фанатизм. Чтобы стать фанатиком, нужно быть абсолютно уверенным в своей правоте, а ничто не способствует сознанию собственной правоты и праведности так, как воздержание. Воздержание – враг ереси.

   Странная вещь фанатизм. Чтобы стать фанатиком, нужно быть абсолютно уверенным в своей правоте, а ничто не способствует сознанию собственной правоты и праведности так, как воздержание. Воздержание – враг ереси.

   — Роберт Джордан · книга
2. «

   Утром ночные планы никуда не годятся. Когда думаешь ночью, это одно, а утром всё выглядит иначе. И ты знаешь, что план никуда не годится.

   Утром ночные планы никуда не годятся. Когда думаешь ночью, это одно, а утром всё выглядит иначе. И ты знаешь, что план никуда не годится.

   — Роберт Джордан · книга
3. «

   Тоска — это плохо. Тоска предвещает либо дезертирство, либо измену. Именно тоска предшествует предательству.

   Тоска — это плохо. Тоска предвещает либо дезертирство, либо измену. Именно тоска предшествует предательству.
4. «

   Больше ничего нет, кроме сейчас. Нет ни вчера, ни завтра. Сколько времени тебе потребуется на то, чтобы уразуметь это? Есть только сейчас, и если сейчас — это для тебя два дня, значит, два дня — это вся твоя жизнь, и всё должно быть сообразно этому.

   Больше ничего нет, кроме сейчас. Нет ни вчера, ни завтра. Сколько времени тебе потребуется на то, чтобы уразуметь это? Есть только сейчас, и если сейчас — это для тебя два дня, значит, два дня — это вся твоя жизнь, и всё должно быть сообразно этому.
5. «

   Он должен их выполнять, потому что только в ходе их выполнения станет ясно, действительно ли они невыполнимы

   Он должен их выполнять, потому что только в ходе их выполнения станет ясно, действительно ли они невыполнимы

   — Роберт Джордан · книга
6. «

   Пока один из нас жив, до тех пор мы живы оба.

   Пока один из нас жив, до тех пор мы живы оба.

   — Роберто Джордан · книга
7. «

   И это ты просишь меня быть посерьезней? После того, что сам делал прошлой ночью? Когда ты должен был убить человека, а вместо этого занимался тем, чем занимался? Тебе нужно было убить человека, а не сделать нового!

   И это ты просишь меня быть посерьезней? После того, что сам делал прошлой ночью? Когда ты должен был убить человека, а вместо этого занимался тем, чем занимался? Тебе нужно было убить человека, а не сделать нового!
8. «

   Я люблю тебя так, как я люблю все, за что мы боремся. Я люблю тебя так, как я люблю свободу, и человеческое достоинство, и право каждого работать и не голодать. Я люблю тебя, как я люблю Мадрид, который мы защищаем, и как я люблю всех моих товарищей, которые погибли в этой войне.

   Я люблю тебя так, как я люблю все, за что мы боремся. Я люблю тебя так, как я люблю свободу, и человеческое достоинство, и право каждого работать и не голодать. Я люблю тебя, как я люблю Мадрид, который мы защищаем, и как я люблю всех моих товарищей, которые погибли в этой войне.

   — Роберт Джордан · книга
9. «

   Чтобы воевать — достаточно не быть дураком. Но чтобы выиграть войну — нужен дар и средства.

   Чтобы воевать — достаточно не быть дураком. Но чтобы выиграть войну — нужен дар и средства.

   — Агустин · книга
10. «

    Давай взорвем все мосты, какие тут есть, и выберемся отсюда. Мне здесь надоело. Слишком много народу. Это к добру не приведет.

    Давай взорвем все мосты, какие тут есть, и выберемся отсюда. Мне здесь надоело. Слишком много народу. Это к добру не приведет.
11. «

    Сейчас — странно звучит это слово, когда оно означает целый мир и всю твою жизнь.

    Сейчас — странно звучит это слово, когда оно означает целый мир и всю твою жизнь.
12. «

    Потом был запах примятого вереска, и колкие изломы у неё под головой, и яркие солнечные блики на её сомкнутых веках, и казалось, он на всю жизнь запомнит изгиб её шеи, когда она лежала, запрокинув голову в вереск, и её чуть-чуть шевелившиеся губы, и дрожание ресниц на веках, плотно сомкнутых, чтобы не видеть солнца и ничего не видеть, и мир для неё тогда был красный, оранжевый, золотисто-жёлтый от солнца, проникавшего сквозь сомкнутые веки, и такого же цвета было всё — полнота, обладание, радость, — всё такого же цвета, всё в той же яркой слепоте. А для него был путь во мраке, который вёл никуда, и только никуда, и опять никуда, и ещё, и ещё, и снова никуда, локти вдавлены в землю, и опять никуда, и беспредельно, безвыходно, вечно никуда, и уже больше нет сил, и снова никуда, и нестерпимо, и ещё, и ещё, и ещё, и снова никуда, и вдруг, в неожиданном, в жгучем, в последнем весь мрак разлетелся, и время застыло, и только они двое существовали в неподвижном, остановившимся времён, и земля под ними качнулась и поплыла.

    Потом был запах примятого вереска, и колкие изломы у неё под головой, и яркие солнечные блики на её сомкнутых веках, и казалось, он на всю жизнь запомнит изгиб её шеи, когда она лежала, запрокинув голову в вереск, и её чуть-чуть шевелившиеся губы, и дрожание ресниц на веках, плотно сомкнутых, чтобы не видеть солнца и ничего не видеть, и мир для неё тогда был красный, оранжевый, золотисто-жёлтый от солнца, проникавшего сквозь сомкнутые веки, и такого же цвета было всё — полнота, обладание, радость, — всё такого же цвета, всё в той же яркой слепоте. А для него был путь во мраке, который вёл никуда, и только никуда, и опять никуда, и ещё, и ещё, и снова никуда, локти вдавлены в землю, и опять никуда, и беспредельно, безвыходно, вечно никуда, и уже больше нет сил, и снова никуда, и нестерпимо, и ещё, и ещё, и ещё, и снова никуда, и вдруг, в неожиданном, в жгучем, в последнем весь мрак разлетелся, и время застыло, и только они двое существовали в неподвижном, остановившимся времён, и земля под ними качнулась и поплыла.
13. «

    Но пока что в жизни ты можешь рассчитывать только на сегодня и завтра, сегодня и завтра, и так будет и дальше (надеюсь), и поэтому используй то время, которое у тебя есть, и будь благодарен.

    Но пока что в жизни ты можешь рассчитывать только на сегодня и завтра, сегодня и завтра, и так будет и дальше (надеюсь), и поэтому используй то время, которое у тебя есть, и будь благодарен.

    — Роберт Джордан · книга
14. «

    Хорошо бы сейчас опять очутиться у себя дома и чтобы война кончилась. Но у тебя больше нет дома. Сначала надо выиграть войну, раньше этого домой не вернешься.

    Хорошо бы сейчас опять очутиться у себя дома и чтобы война кончилась. Но у тебя больше нет дома. Сначала надо выиграть войну, раньше этого домой не вернешься.

    — Роберт Джордан · книга
15. «

    В этой войне много бестолочи... В этой войне деваться некуда от глупости.

    В этой войне много бестолочи... В этой войне деваться некуда от глупости.

    — Агустин · книга
16. «

    — Ты коммунист? — Нет, я антифашист. — С каких пор? — С тех пор как понял, что такое фашизм.

    — Ты коммунист? — Нет, я антифашист. — С каких пор? — С тех пор как понял, что такое фашизм.
17. «

    Пусть даже это наступление окончится неудачей, что ж, другое будет удачным.

    Пусть даже это наступление окончится неудачей, что ж, другое будет удачным.
18. «

    Мы любили друг друга в комнате, где на окнах висели шторы из тонких деревянных планок, а верхняя рама балконной двери откидывалась на петлях, и в комнату задувал легкий ветер. Мы любили друг друга в этой комнате, где даже днём было темно от опущенных штор и пахло цветами, потому что внизу был цветочный рынок.

    Мы любили друг друга в комнате, где на окнах висели шторы из тонких деревянных планок, а верхняя рама балконной двери откидывалась на петлях, и в комнату задувал легкий ветер. Мы любили друг друга в этой комнате, где даже днём было темно от опущенных штор и пахло цветами, потому что внизу был цветочный рынок.

    — Пилар · книга
19. «

    ...когда хорошо знаешь страну, тебе редко нравится то, что о ней пишут в газетах и журналах...

    ...когда хорошо знаешь страну, тебе редко нравится то, что о ней пишут в газетах и журналах...

    — Джордан Роббертсон · книга
20. «

    Нечего оплёвывать всё, что было, только потому, что скоро потеряешь это. Не уподобляйся змее с перебитым хребтом, которая кусает самое себя; и тебе, собака, никто не перебивал хребта. Тебя ещё не тронули, а ты уже скулишь. Сражение ещё не началось, а ты уже злишься. Прибереги свою злобу к сражению. Она тебе пригодится тогда.

    Нечего оплёвывать всё, что было, только потому, что скоро потеряешь это. Не уподобляйся змее с перебитым хребтом, которая кусает самое себя; и тебе, собака, никто не перебивал хребта. Тебя ещё не тронули, а ты уже скулишь. Сражение ещё не началось, а ты уже злишься. Прибереги свою злобу к сражению. Она тебе пригодится тогда.

    — Роберт Джордан · книга