177 цитат из книги «Фёдор Михайлович Достоевский. Подросток»

Ниже 177 цитат из книги «Фёдор Михайлович Достоевский. Подросток»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   ...деньги — это единственный путь, который приводит на первое место даже ничтожество.

   ...деньги — это единственный путь, который приводит на первое место даже ничтожество.

   — Аркадий Макарович Долгорукий · книга
2. «

   Люди очень разнообразны, одни легко переменяют чувства, другие тяжело.

   Люди очень разнообразны, одни легко переменяют чувства, другие тяжело.

   — Васин · книга
3. «

   Надо жить по закону природы и правды.

   Надо жить по закону природы и правды.

   — Дергачева · книга
4. «

   Все религии и все нравственности в мире сводятся на одно: «Надо любить добродетель и избегать пороков».

   Все религии и все нравственности в мире сводятся на одно: «Надо любить добродетель и избегать пороков».

   — Аркадий Долгорукий · книга
5. «

   Литератор пишет тридцать лет и в конце совсем не знает, для чего он писал столько лет.

   Литератор пишет тридцать лет и в конце совсем не знает, для чего он писал столько лет.

   — Аркадий Долгорукий · книга
6. «

   Вообще же, ничего не делать всего лучше; по крайней мере спокоен совестью, что ни в чем не участвовал.

   Вообще же, ничего не делать всего лучше; по крайней мере спокоен совестью, что ни в чем не участвовал.

   — Андрей Петрович Версилов · книга
7. «

   У великих художников в их поэмах бывают иногда такие больные сцены, которые всю жизнь потом с болью припоминаются, — например, последний монолог Отелло у Шекспира, Евгений у ног Татьяны, или встреча беглого каторжника с ребенком, с девочкой, в холодную ночь, у колодца, в «Отверженных» Виктора Гюго.

   У великих художников в их поэмах бывают иногда такие больные сцены, которые всю жизнь потом с болью припоминаются, — например, последний монолог Отелло у Шекспира, Евгений у ног Татьяны, или встреча беглого каторжника с ребенком, с девочкой, в холодную ночь, у колодца, в «Отверженных» Виктора Гюго.

   — Андрей Петрович Версилов · книга
8. «

   Хорошим примером будет жив человек.

   Хорошим примером будет жив человек.

   — Макар Иванович Долгорукий · книга
9. «

   Упорство в накоплении, даже копеечными суммами, впоследствии дает громадные результаты. Самая нехитрая форма наживания, но лишь непрерывная — обеспечена в успехе математически.

   Упорство в накоплении, даже копеечными суммами, впоследствии дает громадные результаты. Самая нехитрая форма наживания, но лишь непрерывная — обеспечена в успехе математически.

   — Аркадий Долгорукий · книга
10. «

    Есть случаи, в которых победитель не может не стыдиться своего побежденного, а именно за то, что одержал над ним верх.

    Есть случаи, в которых победитель не может не стыдиться своего побежденного, а именно за то, что одержал над ним верх.

    — Аркадий Долгорукий · книга
11. «

    Деньги, конечно, есть деспотическое могущество, но в то же время и высочайшее равенство, и в этом вся главная их сила: Деньги сравнивают все неравенства.

    Деньги, конечно, есть деспотическое могущество, но в то же время и высочайшее равенство, и в этом вся главная их сила: Деньги сравнивают все неравенства.
12. «

    Спрашивать денег — прегадкая история, даже жалованье, если чувствуешь где-то в складках совести, что их не совсем заслужил.

    Спрашивать денег — прегадкая история, даже жалованье, если чувствуешь где-то в складках совести, что их не совсем заслужил.

    — Аркадий Макарович Долгорукий · книга
13. «

    Странно, во мне всегда была и, может быть с самого первого детства, такая черта: коли уж мне сделали зло, восполнили его окончательно, оскорбили до последних пределов, то всегда тут же являлось у меня неутолимое желание пассивно подчиниться оскорблению и даже пойти вперед желаниям обидчика.

    Странно, во мне всегда была и, может быть с самого первого детства, такая черта: коли уж мне сделали зло, восполнили его окончательно, оскорбили до последних пределов, то всегда тут же являлось у меня неутолимое желание пассивно подчиниться оскорблению и даже пойти вперед желаниям обидчика.

    — Аркадий Долгорукий · книга
14. «

    Общие принципы только в головах, а в жизни одни только частные случаи.

    Общие принципы только в головах, а в жизни одни только частные случаи.

    — Аркадий Макарович Долгорукий · книга
15. «

    «Любовь к человечеству» надо понимать лишь к тому человечеству, которое ты же сам и создал в душе своей.

    «Любовь к человечеству» надо понимать лишь к тому человечеству, которое ты же сам и создал в душе своей.

    — Андрей Петрович Версилов · книга
16. «

    Знаете, мне кажется, что я весь точно раздваиваюсь, — оглядел он нас всех с ужасно серьезным лицом и с самою искреннею сообщительностью. — Право, мысленно раздваиваюсь и ужасно этого боюсь. Точно подле вас стоит ваш двойник; вы сами умны и разумны, а тот непременно хочет сделать подле вас какую-нибудь бессмыслицу, и иногда превеселую вещь, и вдруг вы замечаете, что это вы сами хотите сделать эту веселую вещь, и бог знает зачем, то есть как-то нехотя хотите, сопротивляясь из всех сил хотите.

    Знаете, мне кажется, что я весь точно раздваиваюсь, — оглядел он нас всех с ужасно серьезным лицом и с самою искреннею сообщительностью. — Право, мысленно раздваиваюсь и ужасно этого боюсь. Точно подле вас стоит ваш двойник; вы сами умны и разумны, а тот непременно хочет сделать подле вас какую-нибудь бессмыслицу, и иногда превеселую вещь, и вдруг вы замечаете, что это вы сами хотите сделать эту веселую вещь, и бог знает зачем, то есть как-то нехотя хотите, сопротивляясь из всех сил хотите.

    — Андрей Петрович Версилов · книга
17. «

    Затерявшийся и конфузившийся новичок в первый день поступления в школу (какую бы то ни было) есть общая жертва: ему приказывают, его дразнят, с ним обращаются как с лакеем.

    Затерявшийся и конфузившийся новичок в первый день поступления в школу (какую бы то ни было) есть общая жертва: ему приказывают, его дразнят, с ним обращаются как с лакеем.

    — Аркадий Долгорукий · книга
18. «

    На свете силы многоразличны, силы воли и хотения особенно. Есть температура кипения воды и есть температура красного каленья железа.

    На свете силы многоразличны, силы воли и хотения особенно. Есть температура кипения воды и есть температура красного каленья железа.

    — Аркадий Долгорукий · книга
19. «

    Есть три рода подлецов на свете: подлецы наивные, то есть убежденные, что их подлость есть высочайшее благородство, подлецы стыдящиеся, то есть стыдящиеся собственной подлости, но при непременном намерении все-таки ее докончить, и, наконец, просто подлецы, чистокровные подлецы.

    Есть три рода подлецов на свете: подлецы наивные, то есть убежденные, что их подлость есть высочайшее благородство, подлецы стыдящиеся, то есть стыдящиеся собственной подлости, но при непременном намерении все-таки ее докончить, и, наконец, просто подлецы, чистокровные подлецы.

    — Аркадий Долгорукий · книга
20. «

    А что ж, может, и лучше, что оскорбляют люди: по крайней мере избавляют от несчастия любить их.

    А что ж, может, и лучше, что оскорбляют люди: по крайней мере избавляют от несчастия любить их.

    — Аркадий Макарович Долгорукий · книга