85 цитат из книги «Фёдор Михайлович Достоевский. Подросток» для вдохновения

Ниже 85 цитат из книги «Фёдор Михайлович Достоевский. Подросток»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Нынче безлесят Россию, истощают в ней почву, обращают в степь и приготовляют её для калмыков. Явись человек с надеждой и посади дерево — все засмеются: «Разве ты до него доживёшь?» С другой стороны, желающие добра толкуют о том, что будет через тысячу лет. Скрепляющая идея совсем пропала. Все точно на постоялом дворе и завтра собираются вон из России; все живут только бы с них достало.

   Нынче безлесят Россию, истощают в ней почву, обращают в степь и приготовляют её для калмыков. Явись человек с надеждой и посади дерево — все засмеются: «Разве ты до него доживёшь?» С другой стороны, желающие добра толкуют о том, что будет через тысячу лет. Скрепляющая идея совсем пропала. Все точно на постоялом дворе и завтра собираются вон из России; все живут только бы с них достало.
2. «

   Простейшие идеи понимаются всех труднее.

   Простейшие идеи понимаются всех труднее.

   — Аркадий Долгорукий · книга
3. «

   Я знаю всё, но не знаю ничего хорошего.

   Я знаю всё, но не знаю ничего хорошего.

   — Николай Иванович Сокольский · книга
4. «

   Отелло не для того убил Дездемону, а потом убил себя, что ревновал, а потому, что у него отняли его идеал!..

   Отелло не для того убил Дездемону, а потом убил себя, что ревновал, а потому, что у него отняли его идеал!..

   — Аркадий Долгорукий · книга
5. «

   В том-то и «идея» моя, в том-то и сила ее, что деньги — это единственный путь, который приводит на первое место даже ничтожество.

   В том-то и «идея» моя, в том-то и сила ее, что деньги — это единственный путь, который приводит на первое место даже ничтожество.

   — Аркадий Долгорукий · книга
6. «

   Поглядеть на нее значило облиться светом, радостью, счастьем.

   Поглядеть на нее значило облиться светом, радостью, счастьем.

   — Аркадий Долгорукий · книга
7. «

   Ныне без сытости собираем и с безумием расточаем, а тогда не будет ни сирот, ни нищих, ибо все мои, все родные, всех приобрел, всех до единого купил... Тогда и премудрость приобретешь не из единых книг токмо, а будешь с самим Богом лицом к лицу; и воссияет земля паче солнца, и не будет ни печали, ни воздыхания, а лишь единый бесценный рай...

   Ныне без сытости собираем и с безумием расточаем, а тогда не будет ни сирот, ни нищих, ибо все мои, все родные, всех приобрел, всех до единого купил... Тогда и премудрость приобретешь не из единых книг токмо, а будешь с самим Богом лицом к лицу; и воссияет земля паче солнца, и не будет ни печали, ни воздыхания, а лишь единый бесценный рай...
8. «

   Конечно, я люблю жить, и это прямо выходит из дела; но любить жизнь такому, как я, – подло.

   Конечно, я люблю жить, и это прямо выходит из дела; но любить жизнь такому, как я, – подло.

   — Аркадий Макарович Долгорукий · книга
9. «

   — Ну, cher enfant, не от всякого можно обидеться. Я ценю больше всего в людях остроумие, которое видимо исчезает, а что там Александра Петровна скажет — разве может считаться? — Как, как вы сказали? — привязался я, — не от всякого можно... именно так! Не всякий стоит, чтобы на него обращать внимание, — превосходное правило! Именно я в нем нуждаюсь. Я это запишу.

   — Ну, cher enfant, не от всякого можно обидеться. Я ценю больше всего в людях остроумие, которое видимо исчезает, а что там Александра Петровна скажет — разве может считаться? — Как, как вы сказали? — привязался я, — не от всякого можно... именно так! Не всякий стоит, чтобы на него обращать внимание, — превосходное правило! Именно я в нем нуждаюсь. Я это запишу.

   — Аркадий Макарович Долгорукий · книга
10. «

    Итак, мог же, стало быть, этот молодой человек иметь в себе столько самой прямой и обольстительной силы, чтобы привлечь такое чистое до тех пор существо и, главное, такое совершенно разнородное с собою существо, совершенно из другого мира и из другой земли, и на такую явную гибель? Что на гибель — это-то и мать моя, надеюсь, понимала всю жизнь; только разве когда шла, то не думала о гибели вовсе; но так всегда у этих «беззащитных»: и знают, что гибель, а лезут.

    Итак, мог же, стало быть, этот молодой человек иметь в себе столько самой прямой и обольстительной силы, чтобы привлечь такое чистое до тех пор существо и, главное, такое совершенно разнородное с собою существо, совершенно из другого мира и из другой земли, и на такую явную гибель? Что на гибель — это-то и мать моя, надеюсь, понимала всю жизнь; только разве когда шла, то не думала о гибели вовсе; но так всегда у этих «беззащитных»: и знают, что гибель, а лезут.

    — Аркадий Макарович Долгорукий · книга
11. «

    Самый подлый из всех развратов, это — вешаться на шею.

    Самый подлый из всех развратов, это — вешаться на шею.

    — Аркадий Долгорукий · книга
12. «

    Есть три рода подлецов на свете: подлецы наивные, то есть убежденные, что их подлость есть высочайшее благородство, подлецы стыдящиеся, то есть стыдящиеся собственной подлости, но при непременном намерении все-таки ее докончить, и, наконец, просто подлецы, чистокровные подлецы.

    Есть три рода подлецов на свете: подлецы наивные, то есть убежденные, что их подлость есть высочайшее благородство, подлецы стыдящиеся, то есть стыдящиеся собственной подлости, но при непременном намерении все-таки ее докончить, и, наконец, просто подлецы, чистокровные подлецы.

    — Аркадий Долгорукий · книга
13. «

    … я с товарищами был на ты, но ни с кем почти не был товарищем, я сделал себе угол и жил в углу.

    … я с товарищами был на ты, но ни с кем почти не был товарищем, я сделал себе угол и жил в углу.

    — Аркадий Макарович Долгорукий · книга
14. «

    Так как при мироздании со мной не справлялись, то я и оставляю за собой право иметь на этот счет свое мнение.

    Так как при мироздании со мной не справлялись, то я и оставляю за собой право иметь на этот счет свое мнение.

    — Андрей Петрович Версилов · книга
15. «

    Упорство в накоплении, даже копеечными суммами, впоследствии дает громадные результаты. Самая нехитрая форма наживания, но лишь непрерывная — обеспечена в успехе математически.

    Упорство в накоплении, даже копеечными суммами, впоследствии дает громадные результаты. Самая нехитрая форма наживания, но лишь непрерывная — обеспечена в успехе математически.

    — Аркадий Долгорукий · книга
16. «

    У кого нет дурных поступков на душе? Только все их прячут, а этот человек пожелал скорее погубить себя, чем оставаться недостойным в собственных глазах своих.

    У кого нет дурных поступков на душе? Только все их прячут, а этот человек пожелал скорее погубить себя, чем оставаться недостойным в собственных глазах своих.

    — Лиза Долгорукая · книга
17. «

    Мужчина в решительном нравственном рабстве у женщины, особенно если великодушен. Женщина может убедить в чем угодно великодушного.

    Мужчина в решительном нравственном рабстве у женщины, особенно если великодушен. Женщина может убедить в чем угодно великодушного.

    — Аркадий Макарович Долгорукий · книга
18. «

    Самоубийство есть самый великий грех человеческий, но судья тут один лишь господь, либо ему лишь известно все и всякая мера.

    Самоубийство есть самый великий грех человеческий, но судья тут один лишь господь, либо ему лишь известно все и всякая мера.

    — Макар Иванович Долгорукий · книга
19. «

    Как могло случиться, что в такое короткое время вышло такое ужасное расстояние!

    Как могло случиться, что в такое короткое время вышло такое ужасное расстояние!

    — Аркадий Макарович Долгорукий · книга
20. «

    Потому что этакая насильственная, дикая любовь действует как припадок, как мёртвая петля, как болезнь, и — чуть достиг удовлетворения — тотчас же упадает пелена и является противоположное чувство: отвращение и ненависть, желание истребить, раздавить.

    Потому что этакая насильственная, дикая любовь действует как припадок, как мёртвая петля, как болезнь, и — чуть достиг удовлетворения — тотчас же упадает пелена и является противоположное чувство: отвращение и ненависть, желание истребить, раздавить.