159 цитат из книги «Фрэнсис Скотт Фицджеральд. Ночь нежна» — от иронии до философии

Ниже 159 цитат из книги «Фрэнсис Скотт Фицджеральд. Ночь нежна»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Люди хотят одного — получать удовольствие от жизни, а если вы им это удовольствие портите, вы сами себя лишаете соков, которые вас питали.

   Люди хотят одного — получать удовольствие от жизни, а если вы им это удовольствие портите, вы сами себя лишаете соков, которые вас питали.

   — Мэри Норт · книга
2. «

   Он был до того отвратителен, что уже не внушал и отвращения, просто воспринимался как нелюдь.

   Он был до того отвратителен, что уже не внушал и отвращения, просто воспринимался как нелюдь.

   — Розмэри · книга
3. «

   Все великие артисты обязаны своей славой своему умению пародировать естественные человеческие чувства — страх, жалость, любовь.

   Все великие артисты обязаны своей славой своему умению пародировать естественные человеческие чувства — страх, жалость, любовь.
4. «

   Терпеть не могу английскую манеру оглушительным шепотом говорить о людях гадости.

   Терпеть не могу английскую манеру оглушительным шепотом говорить о людях гадости.

   — Дик Дайвер · книга
5. «

   — Я редко совершаю большие ошибки… — Только очень большие, Бэби.

   — Я редко совершаю большие ошибки… — Только очень большие, Бэби.

   — Дик · книга
6. «

   Неумение верно себя оценивать — вот что может тебе повредить в будущем.

   Неумение верно себя оценивать — вот что может тебе повредить в будущем.
7. «

   ... При каждом из столь тесных соприкосновений с чужой личностью, эта чужая личность впечатывалась в его собственную; взять все или не брать ничего — таков был жизненный выбор, и теперь ему словно по высшему приговору предстояло до конца своих дней нести в себе «я» тех, кого он когда-то знал и любил, и только с ними и через них обретать полноту существования. То была невеселая участь; ведь так легко быть любимым — и так трудно любить.

   ... При каждом из столь тесных соприкосновений с чужой личностью, эта чужая личность впечатывалась в его собственную; взять все или не брать ничего — таков был жизненный выбор, и теперь ему словно по высшему приговору предстояло до конца своих дней нести в себе «я» тех, кого он когда-то знал и любил, и только с ними и через них обретать полноту существования. То была невеселая участь; ведь так легко быть любимым — и так трудно любить.
8. «

   С высоты все на земле казалось просто, как просто все при игре в куклы или солдатики, даже если это игра в войну. Так, должно быть смотрят на мир отставные полководцы и государственные деятели, да и рядовые люди, удалившиеся от дел.

   С высоты все на земле казалось просто, как просто все при игре в куклы или солдатики, даже если это игра в войну. Так, должно быть смотрят на мир отставные полководцы и государственные деятели, да и рядовые люди, удалившиеся от дел.
9. «

   В жизни каждого из нас бывает пора, когда всё удаётся, когда сам себе кажешься героем.

   В жизни каждого из нас бывает пора, когда всё удаётся, когда сам себе кажешься героем.
10. «

    Дик с безошибочным чутьем завел с Маккиско литературный разговор с позиций любознательного невежды, чем подарил собеседнику миг вожделенного чувства превосходства.

    Дик с безошибочным чутьем завел с Маккиско литературный разговор с позиций любознательного невежды, чем подарил собеседнику миг вожделенного чувства превосходства.
11. «

    Дайверы в эту пору стояли на самой вершине внешней эволюции целого класса — оттого рядом с ними большинство людей казалось неуклюжими, топорными существами.

    Дайверы в эту пору стояли на самой вершине внешней эволюции целого класса — оттого рядом с ними большинство людей казалось неуклюжими, топорными существами.
12. «

    Ей было и жаль его, и противно от прикосновений его липкой руки, но она мило улыбалась, будто всю жизнь только и делала, что беседовала с людьми, у которых заплетается язык. Мы часто относимся к пьяным неожиданно уважительно, вроде того, как непросвещённые народы относятся к сумасшедшим. Не с опаской, а именно уважительно. Есть что-то, внушающее благоговейный трепет, в человеке, у которого отказали задерживающие центры и который способен на всё. Конечно, потом мы его заставляем расплачиваться за этот миг величия, миг превосходства.

    Ей было и жаль его, и противно от прикосновений его липкой руки, но она мило улыбалась, будто всю жизнь только и делала, что беседовала с людьми, у которых заплетается язык. Мы часто относимся к пьяным неожиданно уважительно, вроде того, как непросвещённые народы относятся к сумасшедшим. Не с опаской, а именно уважительно. Есть что-то, внушающее благоговейный трепет, в человеке, у которого отказали задерживающие центры и который способен на всё. Конечно, потом мы его заставляем расплачиваться за этот миг величия, миг превосходства.
13. «

    Если вы хотите прямо смотреть миру в лицо, научитесь сдерживать свои чувственные порывы.

    Если вы хотите прямо смотреть миру в лицо, научитесь сдерживать свои чувственные порывы.

    — Дик · книга
14. «

    Кончится твоя обособленность, но это и лучше; нужно войти в жизнь, от нее оттолкнуться.

    Кончится твоя обособленность, но это и лучше; нужно войти в жизнь, от нее оттолкнуться.
15. «

    Иногда трудней лишить себя муки, чем удовольствия.

    Иногда трудней лишить себя муки, чем удовольствия.
16. «

    — Хотите, я вам опишу всё, как было: первый роман ни к чему не привёл, и за ним последовала долгая пауза. Второй оказался удачнее, но для вас это был роман без любви. На третий раз всё сложилось к общему удовольствию… Он уже не мог прервать этого самоистязания. — Потом был один длительный роман, который постепенно изжил себя, и тут вы испугались, что у вас ничего не останется для того, кого вы полюбите всерьёз. — Он чувствовал себя почти викторианцем. — После этого пошла мелочь, легкие флирты, и так продолжалось до последнего времени. Ну как, похоже?

    — Хотите, я вам опишу всё, как было: первый роман ни к чему не привёл, и за ним последовала долгая пауза. Второй оказался удачнее, но для вас это был роман без любви. На третий раз всё сложилось к общему удовольствию… Он уже не мог прервать этого самоистязания. — Потом был один длительный роман, который постепенно изжил себя, и тут вы испугались, что у вас ничего не останется для того, кого вы полюбите всерьёз. — Он чувствовал себя почти викторианцем. — После этого пошла мелочь, легкие флирты, и так продолжалось до последнего времени. Ну как, похоже?

    — Дик Дайвер · книга
17. «

    Помните, как я ждала вас тогда в парке — всю себя держала в руках, как охапку цветов, готовая поднести эту охапку вам. По крайней мере, для меня самой это было так.

    Помните, как я ждала вас тогда в парке — всю себя держала в руках, как охапку цветов, готовая поднести эту охапку вам. По крайней мере, для меня самой это было так.
18. «

    Ее любовь наконец достигла той грани, за которой начинается боль и отчаяние.

    Ее любовь наконец достигла той грани, за которой начинается боль и отчаяние.
19. «

    ... Ведь что подразумевается под чрезмерной обходительностью — все люди, мол, до того чувствительные создания, что без перчаток к ним и притрагиваться нельзя. А как же тогда с уважением к человеку? Непростое дело обозвать кого-то лгуном или трусом, но если всю жизнь щадить людские чувства и потворствовать людскому тщеславию, то в конце концов можно потерять всякое понятие о том, что в человеке действительно заслуживает уважения.

    ... Ведь что подразумевается под чрезмерной обходительностью — все люди, мол, до того чувствительные создания, что без перчаток к ним и притрагиваться нельзя. А как же тогда с уважением к человеку? Непростое дело обозвать кого-то лгуном или трусом, но если всю жизнь щадить людские чувства и потворствовать людскому тщеславию, то в конце концов можно потерять всякое понятие о том, что в человеке действительно заслуживает уважения.

    — Дик Дайвер · книга
20. «

    Одни люди умеют пить, другие нет.

    Одни люди умеют пить, другие нет.

    — Томми Барбан · книга