16 цитат из книги «Гэри Рассел. Разделённая верность», которые стоит перечитать

Собрали 16 цитат из книги «Гэри Рассел. Разделённая верность» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Доктор подумал, что это забавно — они могли быть категорически не согласны по поводу реликвий, и все же ничто не влияло на их дружбу. Это было самым прекрасным в Деке — несмотря на различия, в глубине души они все оставались друзьями. Хорошими друзьями. Верными до конца.

   Доктор подумал, что это забавно — они могли быть категорически не согласны по поводу реликвий, и все же ничто не влияло на их дружбу. Это было самым прекрасным в Деке — несмотря на различия, в глубине души они все оставались друзьями. Хорошими друзьями. Верными до конца.
2. «

   — Знаешь, любимая, — сказал Раллон, — ты очень талантлива. Милленния подмигнула ему. — Иногда я сама себе удивляюсь. Но я рада, что это пригодилось.

   — Знаешь, любимая, — сказал Раллон, — ты очень талантлива. Милленния подмигнула ему. — Иногда я сама себе удивляюсь. Но я рада, что это пригодилось.

   — Раллон · книга
3. «

   Доктор был окружен игрушками, но его это мало заботило. Он принялся пинать их и ударять, игнорируя взгляды. Взгляды сотен мертвых глаз, пристально смотрящих на него, знающих его вину, чувствующих его гнев. Смеющихся над его страхом. — Верните Раллона и Милленнию, и мы уйдем отсюда. Мы никогда не вернемся. — Раллон теперь мой, Доктор, он не может быть отдан. Раллона больше не существует. Его уникальная энергия дала мне новую жизнь. Милленния? Она также останется здесь. Мне хватит места для новых кукол.

   Доктор был окружен игрушками, но его это мало заботило. Он принялся пинать их и ударять, игнорируя взгляды. Взгляды сотен мертвых глаз, пристально смотрящих на него, знающих его вину, чувствующих его гнев. Смеющихся над его страхом. — Верните Раллона и Милленнию, и мы уйдем отсюда. Мы никогда не вернемся. — Раллон теперь мой, Доктор, он не может быть отдан. Раллона больше не существует. Его уникальная энергия дала мне новую жизнь. Милленния? Она также останется здесь. Мне хватит места для новых кукол.

   — Доктор · книга
4. «

   — Я знаю, что мой отец мертв, — кричала Нисса. — Он лжет! — Я не хочу возвращаться в Е-пространство, Доктор. Мне нравится быть здесь. С тобой! — Адрик умоляюще смотрел на Доктора. Не было ли это уловкой? Возможно, Игрушечник управлял ими? — Тиган? Тиган посмотрела на него. — Я хотела бы вернуться домой, Доктор. Но не за счет твоей жизни. Из того, что я видела, Вселенная нуждается в тебе больше, чем Брисбен нуждается во мне.

   — Я знаю, что мой отец мертв, — кричала Нисса. — Он лжет! — Я не хочу возвращаться в Е-пространство, Доктор. Мне нравится быть здесь. С тобой! — Адрик умоляюще смотрел на Доктора. Не было ли это уловкой? Возможно, Игрушечник управлял ими? — Тиган? Тиган посмотрела на него. — Я хотела бы вернуться домой, Доктор. Но не за счет твоей жизни. Из того, что я видела, Вселенная нуждается в тебе больше, чем Брисбен нуждается во мне.

   — Нисса · книга
5. «

   — Белое всегда считается силой добра. Намек на Стража? Игрушечник пожал плечами. — Это даже не пришло мне в голову. Нет, я выбрал белый, потому что подумал о флаге, которым машут на Земле — сигнал капитуляции.

   — Белое всегда считается силой добра. Намек на Стража? Игрушечник пожал плечами. — Это даже не пришло мне в голову. Нет, я выбрал белый, потому что подумал о флаге, которым машут на Земле — сигнал капитуляции.

   — Доктор · книга
6. «

   Доктор заметил улыбку Тиган. Почему она улыбалась? Игрушечник побеждал… Но он должен был доверять ей. Она была основой его команды — координатор, как сказал он однажды. Он возвратился к мозаике, отчаянно пытаясь завершить ее, точнее, дойти до стадии, где требовалась одна последняя часть. И затем он был бы… — Победа! — прокричал Игрушечник, и Доктор ошеломленно посмотрел на него.

   Доктор заметил улыбку Тиган. Почему она улыбалась? Игрушечник побеждал… Но он должен был доверять ей. Она была основой его команды — координатор, как сказал он однажды. Он возвратился к мозаике, отчаянно пытаясь завершить ее, точнее, дойти до стадии, где требовалась одна последняя часть. И затем он был бы… — Победа! — прокричал Игрушечник, и Доктор ошеломленно посмотрел на него.

   — Тиган · книга
7. «

   У меня есть что-то, в чем Вы испытываете недостаток. Несмотря на обратное мнение канцлера Делокс, я действительно знаю, что такое «верность». Верность друзьям. Тому, что я считаю правильным. Я одержал победу над тобой, Ванселл, даже не зная, что мы участвуем в сражении. У меня есть друзья. А у тебя? У тебя есть только работа, и ничего больше. Наша дружба будет поддерживать меня в ближайшие годы лучше, чем твое пререкание, твоя двуличность, твоя злонамеренность.

   У меня есть что-то, в чем Вы испытываете недостаток. Несмотря на обратное мнение канцлера Делокс, я действительно знаю, что такое «верность». Верность друзьям. Тому, что я считаю правильным. Я одержал победу над тобой, Ванселл, даже не зная, что мы участвуем в сражении. У меня есть друзья. А у тебя? У тебя есть только работа, и ничего больше. Наша дружба будет поддерживать меня в ближайшие годы лучше, чем твое пререкание, твоя двуличность, твоя злонамеренность.

   — Доктор · книга
8. «

   — О, нет… — начал Адрик, но Доктор прервал его. — Да, Адрик. Ты останешься здесь. Мне нужен кто-то, кто позаботится о ТАРДИС. — Можно оставить Ниссу. — Если Тиган будет вновь одержима, понадобится знание биоэлектроники, чтобы помочь ей. Адрик почти затопал ногой в расстройстве. — Тиган всегда одержима! Ей просто хочется внимания. Доктор глубоко вздохнул, затем мягко прошептал мальчику. — Мне нужен здесь кто-то, кому я доверяю. Полностью. Если что-то пойдет не так, ты способен убедить лейтенанта Паладопуса начать наши поиски лучше, чем Нисса. Согласен?

   — О, нет… — начал Адрик, но Доктор прервал его. — Да, Адрик. Ты останешься здесь. Мне нужен кто-то, кто позаботится о ТАРДИС. — Можно оставить Ниссу. — Если Тиган будет вновь одержима, понадобится знание биоэлектроники, чтобы помочь ей. Адрик почти затопал ногой в расстройстве. — Тиган всегда одержима! Ей просто хочется внимания. Доктор глубоко вздохнул, затем мягко прошептал мальчику. — Мне нужен здесь кто-то, кому я доверяю. Полностью. Если что-то пойдет не так, ты способен убедить лейтенанта Паладопуса начать наши поиски лучше, чем Нисса. Согласен?

   — Доктор · книга
9. «

   Никогда не стоит несерьезно относиться к моим играм.

   Никогда не стоит несерьезно относиться к моим играм.

   — Небесный игрушечник · книга
10. «

    — Китриарх сказал мне, что недостаточно, что я просто хочу учиться. Недостаточно, что я учусь здесь, в Академии, получил докторскую степень. Нет, он ждет большего. Он ждет, что я стану Повелителем Времени со всеми их генетическими привилегиями, а затем засяду в какой-нибудь комнате, чтобы изучать галактику. Сказал, что я, я, должен задуматься о месте работы. Что ж, я не стану возвращаться. Нет, не стану. — Он ткнул пальцем в Барсука. — И можешь передать ему — если он захочет слушать — что сказал мне, что я ничего не стою, что я — разочарование для дома, семьи и всех кузенов, и он может приехать сам вместо того, чтобы посылать тебя только потому, что мы — друзья.

    — Китриарх сказал мне, что недостаточно, что я просто хочу учиться. Недостаточно, что я учусь здесь, в Академии, получил докторскую степень. Нет, он ждет большего. Он ждет, что я стану Повелителем Времени со всеми их генетическими привилегиями, а затем засяду в какой-нибудь комнате, чтобы изучать галактику. Сказал, что я, я, должен задуматься о месте работы. Что ж, я не стану возвращаться. Нет, не стану. — Он ткнул пальцем в Барсука. — И можешь передать ему — если он захочет слушать — что сказал мне, что я ничего не стою, что я — разочарование для дома, семьи и всех кузенов, и он может приехать сам вместо того, чтобы посылать тебя только потому, что мы — друзья.

    — Доктор · книга
11. «

    — Просто дайте нам уйти! — закричала Нисса, подсознательно пробуя подход Тиган. — Не пытайся обратиться к его лучшей половине, Нисса. У него ее нет.

    — Просто дайте нам уйти! — закричала Нисса, подсознательно пробуя подход Тиган. — Не пытайся обратиться к его лучшей половине, Нисса. У него ее нет.

    — Нисса · книга
12. «

    — Вы видите? Миллионы крошечных атомов. Каждый удивительной сложности и красоты. Индивидуально они — ничто, но, соединившись, создают нечто очень красивое. — Это — маргаритка, Доктор, — проворчал Магнус. — Это белое, желтое и зеленое. Трудно назвать это красивым. Доктор покачал головой. — Нет, это — ошибка, которую я сделал. Смотрите внимательней. Красота находится не в его внешности, а в том, что он представляет. Почему? Почему маргаритки существуют? Почему они выбрали такой способ существования? Почему не красные? Почему не три фута высотой или ярд шириной? — Потому, что это — часть Вселенной, — спокойно ответила Милленния. — Академия учит нас, что высшая математика ищет причины создания, исследуя и … — Разве ты не видишь, Милленния? — мягко прервал Доктор. — Жизнь намного сложнее, чем это место. Эта Академия. Эта планета. Я думал, что всё, что мы, Дека, можем — это мечтать. Что это — наша судьба, чтобы находиться здесь и сожалеть о том, что мы родились для того, чтобы мечтать. Но нет. Нет, я вижу теперь, что мы можем что-то изменить. Мы можем быть столь же важными в нашей Вселенной, как и каждая из этих молекул. Вот настоящая красота этого цветка. Так намного яснее, чем когда мы видим все сразу, идя через луга около холмов. — Или наступаем на маргаритки, когда идем по ним, чтобы возвратиться к пескам.

    — Вы видите? Миллионы крошечных атомов. Каждый удивительной сложности и красоты. Индивидуально они — ничто, но, соединившись, создают нечто очень красивое. — Это — маргаритка, Доктор, — проворчал Магнус. — Это белое, желтое и зеленое. Трудно назвать это красивым. Доктор покачал головой. — Нет, это — ошибка, которую я сделал. Смотрите внимательней. Красота находится не в его внешности, а в том, что он представляет. Почему? Почему маргаритки существуют? Почему они выбрали такой способ существования? Почему не красные? Почему не три фута высотой или ярд шириной? — Потому, что это — часть Вселенной, — спокойно ответила Милленния. — Академия учит нас, что высшая математика ищет причины создания, исследуя и … — Разве ты не видишь, Милленния? — мягко прервал Доктор. — Жизнь намного сложнее, чем это место. Эта Академия. Эта планета. Я думал, что всё, что мы, Дека, можем — это мечтать. Что это — наша судьба, чтобы находиться здесь и сожалеть о том, что мы родились для того, чтобы мечтать. Но нет. Нет, я вижу теперь, что мы можем что-то изменить. Мы можем быть столь же важными в нашей Вселенной, как и каждая из этих молекул. Вот настоящая красота этого цветка. Так намного яснее, чем когда мы видим все сразу, идя через луга около холмов. — Или наступаем на маргаритки, когда идем по ним, чтобы возвратиться к пескам.

    — Доктор · книга
13. «

    — Хозяин, если это существо так досаждает Вам, почему бы не позволить верному слуге убить его? — Человеку глупо бороться с тем, что он не может убить, Стефан. Запомни это. Это не плоть и кровь Доктора, мой друг. Именно его душа, его упрямый дух нужен мне. Нет смысла убивать его.

    — Хозяин, если это существо так досаждает Вам, почему бы не позволить верному слуге убить его? — Человеку глупо бороться с тем, что он не может убить, Стефан. Запомни это. Это не плоть и кровь Доктора, мой друг. Именно его душа, его упрямый дух нужен мне. Нет смысла убивать его.

    — Небесный игрушечник · книга
14. «

    — Мне не нужно ничьё уважение, — крикнул он. — Вранье, Адрик. Все мы хотим уважения. Вы хотите быть уважаемым другими. Доктор хочет быть уважаемым Вами. Тиган и Нисса хотят уважать Вас. Ваша вина в том, что этого не происходит. Вы хотите вернуть старого Доктора, но, на самом деле, старого себя. Когда Вы появились в ТАРДИС, Вы были искренним, эмоциональным и многому верили. Вы думали, что это было захватывающим приключением. Но когда Доктор изменился, Вы тоже. Вы взяли на себя часть ответственности и помогли Ниссе утешиться после гибели Тракена. Единственный человек, который все еще считает, что Вы — испорченный ребенок — Вы сами. Если Вы поймете, что изменились, другие тоже поймут. Ваша судьба зависит не от расположения звезд, Адрик. Однажды Вы произведете большое впечатление, измените историю или что-то в этом роде. Но пока этого не случилось, ждите и радуйтесь своим друзьям вместо того, чтобы ругаться с ними. Ведите себя достойно, и они ответят Вам тем же.

    — Мне не нужно ничьё уважение, — крикнул он. — Вранье, Адрик. Все мы хотим уважения. Вы хотите быть уважаемым другими. Доктор хочет быть уважаемым Вами. Тиган и Нисса хотят уважать Вас. Ваша вина в том, что этого не происходит. Вы хотите вернуть старого Доктора, но, на самом деле, старого себя. Когда Вы появились в ТАРДИС, Вы были искренним, эмоциональным и многому верили. Вы думали, что это было захватывающим приключением. Но когда Доктор изменился, Вы тоже. Вы взяли на себя часть ответственности и помогли Ниссе утешиться после гибели Тракена. Единственный человек, который все еще считает, что Вы — испорченный ребенок — Вы сами. Если Вы поймете, что изменились, другие тоже поймут. Ваша судьба зависит не от расположения звезд, Адрик. Однажды Вы произведете большое впечатление, измените историю или что-то в этом роде. Но пока этого не случилось, ждите и радуйтесь своим друзьям вместо того, чтобы ругаться с ними. Ведите себя достойно, и они ответят Вам тем же.

    — Адрик · книга
15. «

    Боруса всегда повторял ему, что никогда не следует позволять ситуации брать контроль над тобой. И даже голос старика с горы, казалось, проник в его мозг. — Твоя судьба в твоих руках, мой мальчик. Внешние силы могут повлиять на нее, но твоя судьба определяется тобой и тем, что ты делаешь с событиями, с которыми сталкиваешься. Его два самых значимых учителя. Настало время, чтобы узнать, насколько хорошо они научили его. Нет. Узнать, как хорошо он слушал и учился.

    Боруса всегда повторял ему, что никогда не следует позволять ситуации брать контроль над тобой. И даже голос старика с горы, казалось, проник в его мозг. — Твоя судьба в твоих руках, мой мальчик. Внешние силы могут повлиять на нее, но твоя судьба определяется тобой и тем, что ты делаешь с событиями, с которыми сталкиваешься. Его два самых значимых учителя. Настало время, чтобы узнать, насколько хорошо они научили его. Нет. Узнать, как хорошо он слушал и учился.

    — Доктор · книга
16. «

    — Было время, когда Галлифрей занимался исследованиями. Вспомните Миньос. Вспомните Смертельную Зону. Подумайте о первых годах Галлифрея, когда исследователи рисковали во временной воронке. У них была страсть к приключениям. Их гены все еще в нас. — Кажется, только в тебе, — ответил Ванселл. Доктор застыл.

    — Было время, когда Галлифрей занимался исследованиями. Вспомните Миньос. Вспомните Смертельную Зону. Подумайте о первых годах Галлифрея, когда исследователи рисковали во временной воронке. У них была страсть к приключениям. Их гены все еще в нас. — Кажется, только в тебе, — ответил Ванселл. Доктор застыл.

    — Доктор · книга