28 лучших цитат из книги «Генри Филдинг. История жизни покойного Джонатана Уайлда Великого»

28 цитат из книги «Генри Филдинг. История жизни покойного Джонатана Уайлда Великого» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Большие бедствия, а в особенности бедствия внезапные, ведут не к пробуждению всех способностей, а к их приглушению и подавлению.

   Большие бедствия, а в особенности бедствия внезапные, ведут не к пробуждению всех способностей, а к их приглушению и подавлению.
2. «

   Ум человеческий обладает склонностью (быть может, мудрою) утешаться, строя самые обольстительные выводы из всех неожиданностей.

   Ум человеческий обладает склонностью (быть может, мудрою) утешаться, строя самые обольстительные выводы из всех неожиданностей.
3. «

   К предмету своего желания умному человеку не стоит страстно стремиться, как не стоит оплакивать его потерю.

   К предмету своего желания умному человеку не стоит страстно стремиться, как не стоит оплакивать его потерю.
4. «

   Связь между между высокими и низкими сферами жизни теснее, чем принято думать.

   Связь между между высокими и низкими сферами жизни теснее, чем принято думать.
5. «

   Но если не осталось у меня надежды в этом мире, не могу ли я искать ее за его пределами?

   Но если не осталось у меня надежды в этом мире, не могу ли я искать ее за его пределами?

   — Хартфри · книга
6. «

   Надо быть слишком презренного мнения о роде человеческом, чтобы думать, будто люди так часто дают себя провести, как они то показывают.

   Надо быть слишком презренного мнения о роде человеческом, чтобы думать, будто люди так часто дают себя провести, как они то показывают.
7. «

   Слова, высказанные римским поэтом о труде, который будто бы все побеждает, окажутся куда справедливей, если их применить к бесстыдству.

   Слова, высказанные римским поэтом о труде, который будто бы все побеждает, окажутся куда справедливей, если их применить к бесстыдству.
8. «

   Оглянитесь и посмотрите, кто живет в самых великолепных домах, услаждая свой вкус самыми дорогими лакомствами, а зрение — красивейшими статуями и самыми изящными картинами, кто носит самые изысканные, самые роскошные наряды, и скажите мне: из них изо всех, овладевших этими благами, найдется ли хоть один, кто участвовал бы лично в их производстве или обладает для этого хоть малейшим умением?

   Оглянитесь и посмотрите, кто живет в самых великолепных домах, услаждая свой вкус самыми дорогими лакомствами, а зрение — красивейшими статуями и самыми изящными картинами, кто носит самые изысканные, самые роскошные наряды, и скажите мне: из них изо всех, овладевших этими благами, найдется ли хоть один, кто участвовал бы лично в их производстве или обладает для этого хоть малейшим умением?

   — Джонатан Уайльд · книга
9. «

   Александр Македонский был более велик, чем вожак какой-нибудь татарской или арабской орды, лишь постольку, поскольку он стоял во главе большей массы людей.

   Александр Македонский был более велик, чем вожак какой-нибудь татарской или арабской орды, лишь постольку, поскольку он стоял во главе большей массы людей.

   — Джонатан Уайльд · книга
10. «

    Попасть в рай человек может, не затратив и половины тех трудов, какими он покупает себе ад.

    Попасть в рай человек может, не затратив и половины тех трудов, какими он покупает себе ад.
11. «

    Весь блеск и все утехи, которые так любят люди и которых они — наперекор всем опасностям и трудностям — домогаются путем насилия и подлости, стоят не больше любого из тех пустяков, что выставлены для продажи в игрушечном магазине.

    Весь блеск и все утехи, которые так любят люди и которых они — наперекор всем опасностям и трудностям — домогаются путем насилия и подлости, стоят не больше любого из тех пустяков, что выставлены для продажи в игрушечном магазине.

    — Хартфри · книга
12. «

    В своих утехах большинство людей так же ребячливы и поверхностны, как моя дочурка: прикраса или безделица — вот за чем гонятся, чем тешатся всю жизнь, даже в самые зрелые годы.

    В своих утехах большинство людей так же ребячливы и поверхностны, как моя дочурка: прикраса или безделица — вот за чем гонятся, чем тешатся всю жизнь, даже в самые зрелые годы.

    — Хартфри · книга
13. «

    Капитан принадлежал к числу тех, кем порок овладел лишь в ограниченной мере, и, слишком легко уступая соблазну греха, он был все же застрахован от искушений подлости.

    Капитан принадлежал к числу тех, кем порок овладел лишь в ограниченной мере, и, слишком легко уступая соблазну греха, он был все же застрахован от искушений подлости.

    — Миссис Хартфри · книга
14. «

    Так как за всеми великими и дивными делами, замысел которых в своем возникновении, развитии и совершенствовании потребовал всей силы человеческой изобретательности и искусства, непременно стоят великие и выдающиеся люди, то жизнь таких людей по справедливости должна быть названа квинтэссенцией истории. Рассказанная умным писателем, она приятно займет наше воображение и даст нам к тому же немало самых полезных сведений.

    Так как за всеми великими и дивными делами, замысел которых в своем возникновении, развитии и совершенствовании потребовал всей силы человеческой изобретательности и искусства, непременно стоят великие и выдающиеся люди, то жизнь таких людей по справедливости должна быть названа квинтэссенцией истории. Рассказанная умным писателем, она приятно займет наше воображение и даст нам к тому же немало самых полезных сведений.
15. «

    Томас Хартфри по своему душевному складу отличался рядом слабостей, будучи до крайности добрым, дружелюбным и щедрым. Он был так непроходимо глуп, что никогда не пользовался неведением покупателей и продавал свой товар, довольствуясь самой умеренной прибылью; это он тем легче мог себе позволить, что, несмотря на свою щедрость, вел очень скромный образ жизни.

    Томас Хартфри по своему душевному складу отличался рядом слабостей, будучи до крайности добрым, дружелюбным и щедрым. Он был так непроходимо глуп, что никогда не пользовался неведением покупателей и продавал свой товар, довольствуясь самой умеренной прибылью; это он тем легче мог себе позволить, что, несмотря на свою щедрость, вел очень скромный образ жизни.
16. «

    Осторожный человек может в толпе обезопасить свои карманы, засунув в них руки; но когда плут запускает руки в чужие карманы, как ему в это время защитить свои собственные?

    Осторожный человек может в толпе обезопасить свои карманы, засунув в них руки; но когда плут запускает руки в чужие карманы, как ему в это время защитить свои собственные?
17. «

    Умный человек, иначе говоря — мошенник, смотрит на трюки в жизни, как актер на театральные трюки: они заставляют его насторожиться, но он восхищается ловкостью того, кто их разыгрывает.

    Умный человек, иначе говоря — мошенник, смотрит на трюки в жизни, как актер на театральные трюки: они заставляют его насторожиться, но он восхищается ловкостью того, кто их разыгрывает.
18. «

    Сторонись бедного и горемычного, держись как можно ближе к влиятельному и богатому.

    Сторонись бедного и горемычного, держись как можно ближе к влиятельному и богатому.

    — Джонатан Уайльд · книга
19. «

    Поистине, счастливы те немногие, кто уличен в грехах своих и, в острастку другим, подвергается за них наказанию на этом свете.

    Поистине, счастливы те немногие, кто уличен в грехах своих и, в острастку другим, подвергается за них наказанию на этом свете.

    — Пастор · книга
20. «

    Не наноси обиды другому ни по какому побуждению, ни по каким соображениям.

    Не наноси обиды другому ни по какому побуждению, ни по каким соображениям.

    — Хартфри · книга