26 цитат из книги «Генри Филдинг. История жизни покойного Джонатана Уайлда Великого»

26 цитат из книги «Генри Филдинг. История жизни покойного Джонатана Уайлда Великого» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Александр Македонский был более велик, чем вожак какой-нибудь татарской или арабской орды, лишь постольку, поскольку он стоял во главе большей массы людей.

   Александр Македонский был более велик, чем вожак какой-нибудь татарской или арабской орды, лишь постольку, поскольку он стоял во главе большей массы людей.

   — Джонатан Уайльд · книга
2. «

   Гинея стоит одинаково что в расшитом кошельке, что в кожаном, а треска останется треской — что на олове, что на серебряном блюде.

   Гинея стоит одинаково что в расшитом кошельке, что в кожаном, а треска останется треской — что на олове, что на серебряном блюде.

   — Джонатан Уайльд · книга
3. «

   Томас Хартфри по своему душевному складу отличался рядом слабостей, будучи до крайности добрым, дружелюбным и щедрым. Он был так непроходимо глуп, что никогда не пользовался неведением покупателей и продавал свой товар, довольствуясь самой умеренной прибылью; это он тем легче мог себе позволить, что, несмотря на свою щедрость, вел очень скромный образ жизни.

   Томас Хартфри по своему душевному складу отличался рядом слабостей, будучи до крайности добрым, дружелюбным и щедрым. Он был так непроходимо глуп, что никогда не пользовался неведением покупателей и продавал свой товар, довольствуясь самой умеренной прибылью; это он тем легче мог себе позволить, что, несмотря на свою щедрость, вел очень скромный образ жизни.
4. «

   Попасть в рай человек может, не затратив и половины тех трудов, какими он покупает себе ад.

   Попасть в рай человек может, не затратив и половины тех трудов, какими он покупает себе ад.
5. «

   Оглянитесь и посмотрите, кто живет в самых великолепных домах, услаждая свой вкус самыми дорогими лакомствами, а зрение — красивейшими статуями и самыми изящными картинами, кто носит самые изысканные, самые роскошные наряды, и скажите мне: из них изо всех, овладевших этими благами, найдется ли хоть один, кто участвовал бы лично в их производстве или обладает для этого хоть малейшим умением?

   Оглянитесь и посмотрите, кто живет в самых великолепных домах, услаждая свой вкус самыми дорогими лакомствами, а зрение — красивейшими статуями и самыми изящными картинами, кто носит самые изысканные, самые роскошные наряды, и скажите мне: из них изо всех, овладевших этими благами, найдется ли хоть один, кто участвовал бы лично в их производстве или обладает для этого хоть малейшим умением?

   — Джонатан Уайльд · книга
6. «

   Хотя поверхностному наблюдателю и может показаться, что некоторые особы созданы природой без всякой пользы или цели, все ж таки не подлежит сомнению, что ни один человек не рождается на свет без особого предназначения.

   Хотя поверхностному наблюдателю и может показаться, что некоторые особы созданы природой без всякой пользы или цели, все ж таки не подлежит сомнению, что ни один человек не рождается на свет без особого предназначения.
7. «

   Слава Не так добром питается, как злом. В ней жив гордец, спаливший храм в Эфесе, Но не простак, воздвигший этот храм.

   Слава Не так добром питается, как злом. В ней жив гордец, спаливший храм в Эфесе, Но не простак, воздвигший этот храм.
8. «

   Слова, высказанные римским поэтом о труде, который будто бы все побеждает, окажутся куда справедливей, если их применить к бесстыдству.

   Слова, высказанные римским поэтом о труде, который будто бы все побеждает, окажутся куда справедливей, если их применить к бесстыдству.
9. «

   Этот джентльмен обладал двумя качествами великого человека, а именно: безграничной отвагой и полным презрением к смешному различию между мое и твое.

   Этот джентльмен обладал двумя качествами великого человека, а именно: безграничной отвагой и полным презрением к смешному различию между мое и твое.
10. «

    Нет ничего обманчивее, чем бодрость духа, сообщаемая вином.

    Нет ничего обманчивее, чем бодрость духа, сообщаемая вином.

    — Пастор · книга
11. «

    Ум человеческий обладает склонностью (быть может, мудрою) утешаться, строя самые обольстительные выводы из всех неожиданностей.

    Ум человеческий обладает склонностью (быть может, мудрою) утешаться, строя самые обольстительные выводы из всех неожиданностей.
12. «

    Не всегда успех бывает соразмерен с мудростью того, кто старается его достичь.

    Не всегда успех бывает соразмерен с мудростью того, кто старается его достичь.
13. «

    Герой, хоть и любил целомудренную Летицию с необычайной нежностью, не принадлежал к той низменной плаксивой породе сметных, которые, как принято говорить, держатся за юбку женщины, — словом, к тем, кто отмечен клеймом постоянства — этого жалкого, мелкого, низкого порока, почему-то именуемого добродетелью.

    Герой, хоть и любил целомудренную Летицию с необычайной нежностью, не принадлежал к той низменной плаксивой породе сметных, которые, как принято говорить, держатся за юбку женщины, — словом, к тем, кто отмечен клеймом постоянства — этого жалкого, мелкого, низкого порока, почему-то именуемого добродетелью.
14. «

    Великая Alma Mater — природа — изо всех особ женского пола самая упрямая и никогда не отступает от своих намерений. Если природа возымела известное намеренье, она никогда не позволит никакой причине, никакому замыслу, никакой случайности разрушить его.

    Великая Alma Mater — природа — изо всех особ женского пола самая упрямая и никогда не отступает от своих намерений. Если природа возымела известное намеренье, она никогда не позволит никакой причине, никакому замыслу, никакой случайности разрушить его.
15. «

    Низкая, подлая, полезная часть человечества — это прирожденные рабы, покорные воле высших и такая же их собственность, как скот. Недаром про нас, про смертных высшего порядка, сказано, что мы рождены только поедать плоды земли; и так же можно было бы сказать о людях низшего разряда, что они рождены только производить для нас эти плоды.

    Низкая, подлая, полезная часть человечества — это прирожденные рабы, покорные воле высших и такая же их собственность, как скот. Недаром про нас, про смертных высшего порядка, сказано, что мы рождены только поедать плоды земли; и так же можно было бы сказать о людях низшего разряда, что они рождены только производить для нас эти плоды.

    — Джонатан Уайльд · книга
16. «

    Надо быть слишком презренного мнения о роде человеческом, чтобы думать, будто люди так часто дают себя провести, как они то показывают.

    Надо быть слишком презренного мнения о роде человеческом, чтобы думать, будто люди так часто дают себя провести, как они то показывают.
17. «

    Вообразить, что друг-приятель без всяких видов на личную выгоду станет услужливо хлопотать для него, — разве это не говорит о слабости ума, о неведении жизни и о таком неискушенном, простом и бесхитростном сердце, что обладатель всех этих свойств в глазах каждого разумного и понимающего человека должен быть самым низменным существом, достойным всяческого презрения!

    Вообразить, что друг-приятель без всяких видов на личную выгоду станет услужливо хлопотать для него, — разве это не говорит о слабости ума, о неведении жизни и о таком неискушенном, простом и бесхитростном сердце, что обладатель всех этих свойств в глазах каждого разумного и понимающего человека должен быть самым низменным существом, достойным всяческого презрения!
18. «

    Мошенником, как и порохом, надо пользоваться осторожно: оба они равно подвержены взрыву и одинаково могут как уничтожить того, кто ими пользуется, так и послужить к исполнению его злого умысла против другого человека или животного.

    Мошенником, как и порохом, надо пользоваться осторожно: оба они равно подвержены взрыву и одинаково могут как уничтожить того, кто ими пользуется, так и послужить к исполнению его злого умысла против другого человека или животного.

    — Джонатан Уайльд · книга
19. «

    Ни один из смертных, если вглядеться в него, не заслуживает поклонения.

    Ни один из смертных, если вглядеться в него, не заслуживает поклонения.
20. «

    Капитан принадлежал к числу тех, кем порок овладел лишь в ограниченной мере, и, слишком легко уступая соблазну греха, он был все же застрахован от искушений подлости.

    Капитан принадлежал к числу тех, кем порок овладел лишь в ограниченной мере, и, слишком легко уступая соблазну греха, он был все же застрахован от искушений подлости.

    — Миссис Хартфри · книга