12 фраз из книги «Гийом Мюссо. Жизнь как роман» для дневника

12 цитат из книги «Гийом Мюссо. Жизнь как роман» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Боль — лучшее горючее для писателя.

   Боль — лучшее горючее для писателя.
2. «

   Что проку в свободе мертвецу?

   Что проку в свободе мертвецу?

   — Клэр Жульяни · книга
3. «

   Часто человек сводится к тому, что он скрывает, — к щепотке секретов.

   Часто человек сводится к тому, что он скрывает, — к щепотке секретов.

   — Мальро · книга
4. «

   За все в жизни надо платить, только смерть бесплатна, но и она имеет стоимость — вашу жизнь.

   За все в жизни надо платить, только смерть бесплатна, но и она имеет стоимость — вашу жизнь.

   — Эльфрида Елинек · книга
5. «

   Настоящих книгочеев становится все меньше. Теперь людей интересует не произведение, а автор: его жизнь, физиономия, прошлое, сексуальные партнеры, всякая чушь, которую он постит в соцсетях. Все что угодно, лишь бы не читать.

   Настоящих книгочеев становится все меньше. Теперь людей интересует не произведение, а автор: его жизнь, физиономия, прошлое, сексуальные партнеры, всякая чушь, которую он постит в соцсетях. Все что угодно, лишь бы не читать.

   — Флора Конвей · книга
6. «

   Поддерживайте в себе опьянение сочинительства, и разрушительная реальность будет против вас бессильна.

   Поддерживайте в себе опьянение сочинительства, и разрушительная реальность будет против вас бессильна.

   — Рэй Брэдбери · книга
7. «

   Сама жизнь — непрекращающийся риск.

   Сама жизнь — непрекращающийся риск.

   — Ромен Озорски · книга
8. «

   Зачем нужны книги, если они не возвращают нас к жизни, если не могут заставить нас жаднее ее хлебать?

   Зачем нужны книги, если они не возвращают нас к жизни, если не могут заставить нас жаднее ее хлебать?

   — Миллер · книга
9. «

   Писательство — это прежде всего утверждение своего «я», доминирование над другим, оклик: слушай меня, смотри на вещи, как я, перемени свое мнение. Это агрессия, даже враждебность.

   Писательство — это прежде всего утверждение своего «я», доминирование над другим, оклик: слушай меня, смотри на вещи, как я, перемени свое мнение. Это агрессия, даже враждебность.

   — Джоан Дидион · книга
10. «

    Когда я был несчастен, когда не с кем было перемолвиться словечком, у меня оставались мои персонажи. Я знал, что некоторые из них еще несчастнее меня. Это было далеко не утешение, скорее чувство братства.

    Когда я был несчастен, когда не с кем было перемолвиться словечком, у меня оставались мои персонажи. Я знал, что некоторые из них еще несчастнее меня. Это было далеко не утешение, скорее чувство братства.

    — Ромен Озорски · книга
11. «

    Я со вздохом вспомнил Набокова, называвшего своих персонажей «каторжниками», невольниками в мире, в котором он был «абсолютным диктатором, единственным ответственным за стабильность и правду».

    Я со вздохом вспомнил Набокова, называвшего своих персонажей «каторжниками», невольниками в мире, в котором он был «абсолютным диктатором, единственным ответственным за стабильность и правду».

    — Ромен Озорски · книга
12. «

    — Чтобы вы ни предприняли, финала истории вам не изменить. — Я писательница, финал определяю я сама. — В своих романах — может быть, но не в реальной жизни. Писатели силятся управлять миром, но мир иногда сопротивляется.

    — Чтобы вы ни предприняли, финала истории вам не изменить. — Я писательница, финал определяю я сама. — В своих романах — может быть, но не в реальной жизни. Писатели силятся управлять миром, но мир иногда сопротивляется.

    — лифтер · книга