16 цитат из книги «Гийом Мюссо. Жизнь как роман» — топ по популярности

16 цитат из книги «Гийом Мюссо. Жизнь как роман» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   В жизни нет правила понимать других. История жизни состоит в том, чтобы заблуждаться на их счет снова и снова, заблуждаться всегда и с ожесточением, хорошенько подумать — и снова ошибиться.

   В жизни нет правила понимать других. История жизни состоит в том, чтобы заблуждаться на их счет снова и снова, заблуждаться всегда и с ожесточением, хорошенько подумать — и снова ошибиться.

   — Филип Рот · книга
2. «

   На тротуаре сгрудились два десятка журналистов. Стервятники, крысы, гиены — неизменный зверинец, регулярно собирающийся в надежде попировать на трагедии.

   На тротуаре сгрудились два десятка журналистов. Стервятники, крысы, гиены — неизменный зверинец, регулярно собирающийся в надежде попировать на трагедии.

   — Флора Конвей · книга
3. «

   Главная сила художественной литературы — это ее умение помочь нам отрешиться от происходящего, перевязать раны, нанесенные окружающей жестокостью.

   Главная сила художественной литературы — это ее умение помочь нам отрешиться от происходящего, перевязать раны, нанесенные окружающей жестокостью.

   — Флора Конвей · книга
4. «

   Изредка жизнь превосходит изобретательностью литературу.

   Изредка жизнь превосходит изобретательностью литературу.

   — Ромен Озорски · книга
5. «

   Писательство — это прежде всего утверждение своего «я», доминирование над другим, оклик: слушай меня, смотри на вещи, как я, перемени свое мнение. Это агрессия, даже враждебность.

   Писательство — это прежде всего утверждение своего «я», доминирование над другим, оклик: слушай меня, смотри на вещи, как я, перемени свое мнение. Это агрессия, даже враждебность.

   — Джоан Дидион · книга
6. «

   Что проку в свободе мертвецу?

   Что проку в свободе мертвецу?

   — Клэр Жульяни · книга
7. «

   Самый волнующий момент сочинительства — это когда ваши персонажи завоевывают автономию и изъявляют желание делать вещи, которые вы не планировали.

   Самый волнующий момент сочинительства — это когда ваши персонажи завоевывают автономию и изъявляют желание делать вещи, которые вы не планировали.

   — Ромен Озорски · книга
8. «

   Я люблю дисциплину, упорство, требовательность к себе. Ничто не дается легко, всего надо добиваться.

   Я люблю дисциплину, упорство, требовательность к себе. Ничто не дается легко, всего надо добиваться.

   — Ромен Озорски · книга
9. «

   Красота нашего сегодня зависит от того, что будет завтра.

   Красота нашего сегодня зависит от того, что будет завтра.

   — Марсель Паньоль · книга
10. «

    Чтобы писать, нужен мощный прилив энергии. Нужны физические и моральные силы. Для написания романа необходимо глубоко погрузиться в себя.

    Чтобы писать, нужен мощный прилив энергии. Нужны физические и моральные силы. Для написания романа необходимо глубоко погрузиться в себя.

    — Флора Конвей · книга
11. «

    Для тех, кто наверху, Франция несет золотые яйца. А тем, кто внизу, — жрать свою лапшу и не трепыхаться!

    Для тех, кто наверху, Франция несет золотые яйца. А тем, кто внизу, — жрать свою лапшу и не трепыхаться!
12. «

    Полиция — всюду, правосудие — нигде.

    Полиция — всюду, правосудие — нигде.

    — Виктор Гюго · книга
13. «

    У меня такое впечатление, что все изданные мной романы — булыжники, мостящие длинный путь, путь, ведущий к чему-то или к кому-то.

    У меня такое впечатление, что все изданные мной романы — булыжники, мостящие длинный путь, путь, ведущий к чему-то или к кому-то.

    — Фантина · книга
14. «

    День и ночь, семь раз в неделю, я не знаю покоя. Меня все мучают: жена, издатель, агент, налоговое ведомство, судебная система, журналисты. Все те, кому хочется, чтобы я перестал есть мясо, не летал на самолетах, потушил сигарету, ограничивался одним бокалом вина, ел по пять фруктов и овощей в день.

    День и ночь, семь раз в неделю, я не знаю покоя. Меня все мучают: жена, издатель, агент, налоговое ведомство, судебная система, журналисты. Все те, кому хочется, чтобы я перестал есть мясо, не летал на самолетах, потушил сигарету, ограничивался одним бокалом вина, ел по пять фруктов и овощей в день.

    — Ромен Озорски · книга
15. «

    Боль — лучшее горючее для писателя.

    Боль — лучшее горючее для писателя.
16. «

    Я давно знаю, что художественный мир подчиняется собственным законам, но могущество этих законов я до сих пор недооценивал.

    Я давно знаю, что художественный мир подчиняется собственным законам, но могущество этих законов я до сих пор недооценивал.

    — Ромен Озорски · книга