24 цитаты из книги «Хулио Кортасар. Другое небо Рассказы» для статуса

Собрали 24 цитаты из книги «Хулио Кортасар. Другое небо Рассказы» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Человек рано или поздно все равно уходит в себя, соглашаясь с тем, с чем согласиться нельзя.

   Человек рано или поздно все равно уходит в себя, соглашаясь с тем, с чем согласиться нельзя.

   — Пьер · книга
2. «

   Случай привел меня к ним одним весенним утром, когда Париж распускал свой павлиний хвост после медлительной зимы.

   Случай привел меня к ним одним весенним утром, когда Париж распускал свой павлиний хвост после медлительной зимы.
3. «

   Меня бесит, что они чувствуют себя уверенно. В чем их уверенность, когда даже у меня, отребья несчастного с тысячей болячек и заскоков, хватает ума, чтобы разглядеть, что все кругом на соплях, на фуфу держится.

   Меня бесит, что они чувствуют себя уверенно. В чем их уверенность, когда даже у меня, отребья несчастного с тысячей болячек и заскоков, хватает ума, чтобы разглядеть, что все кругом на соплях, на фуфу держится.

   — Джонни · книга
4. «

   Ведь еще десять лет назад в этом городе не поднимались выше «Травиаты» и увертюры к «Гуарани». Маэстро попал к нам по контракту с каким-то бойким импресарио и вот создал очень и очень неплохой оркестр. Потихоньку он привадил нас к Брамсу, Малеру, Штраусу и Мусоргскому. На первых порах владельцы абонементов открыто высказывали свое недовольство нашему Маэстро, и он, подобрав паруса, разбавил свои концерты отрывками из опер. Со временем аплодисментами стали награждать и Бетховена, которого он настойчиво и упорно вставлял в свои концерты.

   Ведь еще десять лет назад в этом городе не поднимались выше «Травиаты» и увертюры к «Гуарани». Маэстро попал к нам по контракту с каким-то бойким импресарио и вот создал очень и очень неплохой оркестр. Потихоньку он привадил нас к Брамсу, Малеру, Штраусу и Мусоргскому. На первых порах владельцы абонементов открыто высказывали свое недовольство нашему Маэстро, и он, подобрав паруса, разбавил свои концерты отрывками из опер. Со временем аплодисментами стали награждать и Бетховена, которого он настойчиво и упорно вставлял в свои концерты.
5. «

   Музыка вырывала меня из времени... Нет, не так говорю. Если хочешь знать, на самом деле я чувствую, что именно музыка окунула меня в поток времени. Но только надо понять, что это время — совсем не то, которое... Ну, в котором все мы плывем, скажем так.

   Музыка вырывала меня из времени... Нет, не так говорю. Если хочешь знать, на самом деле я чувствую, что именно музыка окунула меня в поток времени. Но только надо понять, что это время — совсем не то, которое... Ну, в котором все мы плывем, скажем так.

   — Джонни · книга
6. «

   Ухватить доллар за хвост, это поважнее, чем иметь пулемет.

   Ухватить доллар за хвост, это поважнее, чем иметь пулемет.

   — Арт Букайя · книга
7. «

   Наши привычки, они как огромный гербарий.

   Наши привычки, они как огромный гербарий.
8. «

   Слава в какой-то степени зависит от вкусов публики, от моды, от эпохи, в конце концов.

   Слава в какой-то степени зависит от вкусов публики, от моды, от эпохи, в конце концов.
9. «

   Невозможно сердиться на Джонни или на Арта, это все равно, что злиться на ветер, который треплет вам волосы.

   Невозможно сердиться на Джонни или на Арта, это все равно, что злиться на ветер, который треплет вам волосы.
10. «

    Только что написанное стихотворение, до такой степени твое, чуть ли не ты сам... а потом до такой степени не твое, такое отдельное и отчужденное в своем плоском белом мире величиною с листок почтовой бумаги.

    Только что написанное стихотворение, до такой степени твое, чуть ли не ты сам... а потом до такой степени не твое, такое отдельное и отчужденное в своем плоском белом мире величиною с листок почтовой бумаги.
11. «

    И кажется, судьба, как в футбольных командах или руководящих органах, всегда сама находит заместителя, если выбывает основная фигура.

    И кажется, судьба, как в футбольных командах или руководящих органах, всегда сама находит заместителя, если выбывает основная фигура.
12. «

    Неожиданность становится привычкой, когда научаешься сносить капризы хозяина с безразличием.

    Неожиданность становится привычкой, когда научаешься сносить капризы хозяина с безразличием.

    — Ирена (Irena) · книга
13. «

    Рассказывать надо не торопясь, и тогда то, что я пишу, станет зримым, будет видно все, что происходит. Лучше рассказывать, как получится, может, тогда откроется правда, хотя бы кому-то, кто это прочтет.

    Рассказывать надо не торопясь, и тогда то, что я пишу, станет зримым, будет видно все, что происходит. Лучше рассказывать, как получится, может, тогда откроется правда, хотя бы кому-то, кто это прочтет.
14. «

    Вот так — от встречи к встречи, слово за слово они добрались до одиночества затерянной в толпе пары: немного политики, разговоры о литературе, вместе забежать в киношку, поцелуи, раз от раза все более долгие, и один и тот же вопрос, повторяемый бесконечно и бесконечно остающийся без ответа.

    Вот так — от встречи к встречи, слово за слово они добрались до одиночества затерянной в толпе пары: немного политики, разговоры о литературе, вместе забежать в киношку, поцелуи, раз от раза все более долгие, и один и тот же вопрос, повторяемый бесконечно и бесконечно остающийся без ответа.
15. «

    Иногда я просто бродил по проулкам, разочарованно слонялся, убеждаясь понемногу, что и ночь — моя возлюбленная.

    Иногда я просто бродил по проулкам, разочарованно слонялся, убеждаясь понемногу, что и ночь — моя возлюбленная.
16. «

    Я стал рассматривать аксолотлей как результат метаморфозы, которой не удалось уничтожить таинственное сознание их человеческой сути. Я представлял себе, что это сознательные существа, рабы своего тела, навечно приговоренные к подводной тишине, к размышлениям и отчаянию.

    Я стал рассматривать аксолотлей как результат метаморфозы, которой не удалось уничтожить таинственное сознание их человеческой сути. Я представлял себе, что это сознательные существа, рабы своего тела, навечно приговоренные к подводной тишине, к размышлениям и отчаянию.
17. «

    — Пришлось дверь закрыть. Те комнаты заняли. — Ты уверен? — Что ж, будем жить тут.

    — Пришлось дверь закрыть. Те комнаты заняли. — Ты уверен? — Что ж, будем жить тут.

    — Сестра · книга
18. «

    Дом нравился нам. Он был и просторен и стар, но главное — он хранил память о наших предках, о дедушке с отцовской стороны, о матери, об отце и о нашем детстве. Нам нравилось думать за столом о большом тихом доме и том, как мы сами, без помощи, хорошо его ведем.

    Дом нравился нам. Он был и просторен и стар, но главное — он хранил память о наших предках, о дедушке с отцовской стороны, о матери, об отце и о нашем детстве. Нам нравилось думать за столом о большом тихом доме и том, как мы сами, без помощи, хорошо его ведем.
19. «

    Публика требует полного и быстрого удовлетворения, а это значит — пальцы, которые сами собой отбивают ритм; лица, которые блаженно размякают; музыка, которая щекочет тело, зажигает кровь, учащает дыхание, — баста, никаких заумных рассуждений.

    Публика требует полного и быстрого удовлетворения, а это значит — пальцы, которые сами собой отбивают ритм; лица, которые блаженно размякают; музыка, которая щекочет тело, зажигает кровь, учащает дыхание, — баста, никаких заумных рассуждений.
20. «

    Я видел очень немного людей, донимающих себя вопросом, что такое время.

    Я видел очень немного людей, донимающих себя вопросом, что такое время.