Подборка из книги: 25 цитат — «Хулио Кортасар. Другое небо Рассказы»

Собрали 25 цитат из книги «Хулио Кортасар. Другое небо Рассказы» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   По существу, все мы — банда эгоистов.

   По существу, все мы — банда эгоистов.
2. «

   Если задаваться вопросами, почему делаешь то, что делаешь, или спрашивать себя, зачем согласился пойти на ужин или почему начинает зудеть в животе, когда тебе расскажут этакий анекдотец, и почему ты не успокоишься, пока не войдешь в соседний отдел и не расскажешь его остальным; вот тогда явно полегчает, тогда ты, вполне довольный собою, займешься наконец делами. Насколько я знаю, пока еще никто этого не объяснил.

   Если задаваться вопросами, почему делаешь то, что делаешь, или спрашивать себя, зачем согласился пойти на ужин или почему начинает зудеть в животе, когда тебе расскажут этакий анекдотец, и почему ты не успокоишься, пока не войдешь в соседний отдел и не расскажешь его остальным; вот тогда явно полегчает, тогда ты, вполне довольный собою, займешься наконец делами. Насколько я знаю, пока еще никто этого не объяснил.
3. «

   Среди множества способов одолеть томительное Ничто самый лучший — заниматься фотографией, и тому искусству надо учить с детства, потому что здесь нельзя обойтись без определенной дисциплины, без эстетического воспитания, здесь нужен хороший глаз и уверенные пальцы.

   Среди множества способов одолеть томительное Ничто самый лучший — заниматься фотографией, и тому искусству надо учить с детства, потому что здесь нельзя обойтись без определенной дисциплины, без эстетического воспитания, здесь нужен хороший глаз и уверенные пальцы.
4. «

   Если бы я только мог жить, как в музыке, когда время идет по-другому... Сколько всего могло бы произойти за полторы минуты. Если бы мы нашли такое «другое» время — мы могли бы прожить в тысячу раз дольше, чем живем.

   Если бы я только мог жить, как в музыке, когда время идет по-другому... Сколько всего могло бы произойти за полторы минуты. Если бы мы нашли такое «другое» время — мы могли бы прожить в тысячу раз дольше, чем живем.

   — Джонни · книга
5. «

   Но ведь все неповторимо. Вчера шел дождь, и на душе было пасмурно; сегодня — солнце, и должна прийти Мишель.

   Но ведь все неповторимо. Вчера шел дождь, и на душе было пасмурно; сегодня — солнце, и должна прийти Мишель.

   — Пьер · книга
6. «

   Я кое в чем разбирался еще мальчишкой, сразу как научился играть на саксе. Дома у меня всегда творилось черт знает что, только и говорили о долгах да ипотеке. Ты не знаешь, что такое ипотека? Наверное, странная штука, — моя старуха рвала на себе волосы, как только старик заговаривал про ипотеку, и дело кончалось дракой.

   Я кое в чем разбирался еще мальчишкой, сразу как научился играть на саксе. Дома у меня всегда творилось черт знает что, только и говорили о долгах да ипотеке. Ты не знаешь, что такое ипотека? Наверное, странная штука, — моя старуха рвала на себе волосы, как только старик заговаривал про ипотеку, и дело кончалось дракой.

   — Джонни · книга
7. «

   Дурные ночи мешают дневным делам.

   Дурные ночи мешают дневным делам.
8. «

   Я испытываю чувство горечи, когда вступаю в дом, где некто, живущий по законам красоты, разместил все предметы, словно зримые повторы собственной души: тут книги ( с одной стороны — на испанском языке, с другой — английском и французском); туи зеленые подушки, на журнальном столике — стеклянная пепельница, похожая на мыльный пузырь в разрезе, и место ей установлено раз и навсегда. Ох уж этот скрупулезный порядок.

   Я испытываю чувство горечи, когда вступаю в дом, где некто, живущий по законам красоты, разместил все предметы, словно зримые повторы собственной души: тут книги ( с одной стороны — на испанском языке, с другой — английском и французском); туи зеленые подушки, на журнальном столике — стеклянная пепельница, похожая на мыльный пузырь в разрезе, и место ей установлено раз и навсегда. Ох уж этот скрупулезный порядок.
9. «

   Театр и есть пакт с абсурдом, действенное и роскошно обставленное проведение абсурда в жизнь.

   Театр и есть пакт с абсурдом, действенное и роскошно обставленное проведение абсурда в жизнь.

   — Райс · книга
10. «

    Рассказывать надо не торопясь, и тогда то, что я пишу, станет зримым, будет видно все, что происходит. Лучше рассказывать, как получится, может, тогда откроется правда, хотя бы кому-то, кто это прочтет.

    Рассказывать надо не торопясь, и тогда то, что я пишу, станет зримым, будет видно все, что происходит. Лучше рассказывать, как получится, может, тогда откроется правда, хотя бы кому-то, кто это прочтет.
11. «

    Когда мы неподвижны, время идет незаметно.

    Когда мы неподвижны, время идет незаметно.
12. «

    В музыке Джонни желание всегда заслоняет наслаждение и отбрасывает его, потому что желание заставляет идти вперед, искать, заранее отметая легкие победы традиционного джаза.

    В музыке Джонни желание всегда заслоняет наслаждение и отбрасывает его, потому что желание заставляет идти вперед, искать, заранее отметая легкие победы традиционного джаза.
13. «

    И кажется, судьба, как в футбольных командах или руководящих органах, всегда сама находит заместителя, если выбывает основная фигура.

    И кажется, судьба, как в футбольных командах или руководящих органах, всегда сама находит заместителя, если выбывает основная фигура.
14. «

    Пусть музыка спасет хотя бы остаток вечера и выполнит в общем-то одну из своих худших миссий: поставит добротные ширмы перед зеркалом, сотрет нас на пару часов с лица земли.

    Пусть музыка спасет хотя бы остаток вечера и выполнит в общем-то одну из своих худших миссий: поставит добротные ширмы перед зеркалом, сотрет нас на пару часов с лица земли.
15. «

    Вот хлеб на скатерти, вещь как вещь, хорошая, ничего не скажешь. Цвет чудесный, аромат. В общем, я — одно, а это совсем другое, ко мне никак не относится. Но если я к нему прикасаюсь, протягиваю руку и беру его, тогда ведь что-то меняется... Если же я могу взять и почувствовать его, тогда, значит, и вправду нельзя сказать, будто это — вещь сама по себе, а я сам по себе.

    Вот хлеб на скатерти, вещь как вещь, хорошая, ничего не скажешь. Цвет чудесный, аромат. В общем, я — одно, а это совсем другое, ко мне никак не относится. Но если я к нему прикасаюсь, протягиваю руку и беру его, тогда ведь что-то меняется... Если же я могу взять и почувствовать его, тогда, значит, и вправду нельзя сказать, будто это — вещь сама по себе, а я сам по себе.

    — Джонни · книга
16. «

    Дом нравился нам. Он был и просторен и стар, но главное — он хранил память о наших предках, о дедушке с отцовской стороны, о матери, об отце и о нашем детстве. Нам нравилось думать за столом о большом тихом доме и том, как мы сами, без помощи, хорошо его ведем.

    Дом нравился нам. Он был и просторен и стар, но главное — он хранил память о наших предках, о дедушке с отцовской стороны, о матери, об отце и о нашем детстве. Нам нравилось думать за столом о большом тихом доме и том, как мы сами, без помощи, хорошо его ведем.
17. «

    Поди, знай, как это рассказать: то ли от первого лица, то ли от второго, а если попробовать от третьего и во множественном числе?

    Поди, знай, как это рассказать: то ли от первого лица, то ли от второго, а если попробовать от третьего и во множественном числе?
18. «

    Дай билетик розовый или голубой, а пока его даешь, песенку пропой.

    Дай билетик розовый или голубой, а пока его даешь, песенку пропой.

    — Клара · книга
19. «

    Невозможно сердиться на Джонни или на Арта, это все равно, что злиться на ветер, который треплет вам волосы.

    Невозможно сердиться на Джонни или на Арта, это все равно, что злиться на ветер, который треплет вам волосы.
20. «

    Музыка вырывала меня из времени... Нет, не так говорю. Если хочешь знать, на самом деле я чувствую, что именно музыка окунула меня в поток времени. Но только надо понять, что это время — совсем не то, которое... Ну, в котором все мы плывем, скажем так.

    Музыка вырывала меня из времени... Нет, не так говорю. Если хочешь знать, на самом деле я чувствую, что именно музыка окунула меня в поток времени. Но только надо понять, что это время — совсем не то, которое... Ну, в котором все мы плывем, скажем так.

    — Джонни · книга