28 цитат из книги «Ирвин Уэлш. Дерьмо» для статуса

28 цитат из книги «Ирвин Уэлш. Дерьмо» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Диета у этого парня не очень питательная. Это указывает на то, что его великое путешествие по жизни началось в не самых благополучных обстоятельствах. Он поглощает слишком много дешевого и бесполезного мусора. С другой стороны, само количество пищи свидетельствует в пользу того, что он вырос в мире лишений и, хотя сумел накопить достаточные запасы ресурсов, так и не смог избавиться от всех этих пролетарских привычек. Жизненная философия Хозяина достаточно проста: лучше больше, чем лучше.

   Диета у этого парня не очень питательная. Это указывает на то, что его великое путешествие по жизни началось в не самых благополучных обстоятельствах. Он поглощает слишком много дешевого и бесполезного мусора. С другой стороны, само количество пищи свидетельствует в пользу того, что он вырос в мире лишений и, хотя сумел накопить достаточные запасы ресурсов, так и не смог избавиться от всех этих пролетарских привычек. Жизненная философия Хозяина достаточно проста: лучше больше, чем лучше.

   — Я · книга
2. «

   Хорошие любовники знают, что хорошим любовником надо показать себя только однажды. Прояви способность в первый раз, а потом, в принципе, делай, что хочешь.

   Хорошие любовники знают, что хорошим любовником надо показать себя только однажды. Прояви способность в первый раз, а потом, в принципе, делай, что хочешь.
3. «

   Стоит только убраться из этого дурдома, как сразу начинаешь смотреть на жизнь иначе.

   Стоит только убраться из этого дурдома, как сразу начинаешь смотреть на жизнь иначе.

   — Брюс «Роббо» Робертсон · книга
4. «

   Мой девиз на работе — точнее, один из них — звучит так: лучше ты потрать чужое время, чем какой-нибудь раздолбай потратит твоё.

   Мой девиз на работе — точнее, один из них — звучит так: лучше ты потрать чужое время, чем какой-нибудь раздолбай потратит твоё.

   — Брюс «Роббо» Робертсон · книга
5. «

   Богемный поэт — это непросыхающий алкоголик, рвань, мудак, которому удалось убедить богатых придурков в том, что он интеллектуал.

   Богемный поэт — это непросыхающий алкоголик, рвань, мудак, которому удалось убедить богатых придурков в том, что он интеллектуал.

   — Брюс «Роббо» Робертсон · книга
6. «

   Сидел бы на телефоне доверия и оказывал услуги человечеству; если бы мне звонили такие вот разъебаи, я бы говорил: да, всё правильно, вы и должны испытывать отчаяние. Дайте миру отдохнуть от себя, покончите с собственной никчемной жизнью. А если вам требуется помощь, я буду через несколько минут.

   Сидел бы на телефоне доверия и оказывал услуги человечеству; если бы мне звонили такие вот разъебаи, я бы говорил: да, всё правильно, вы и должны испытывать отчаяние. Дайте миру отдохнуть от себя, покончите с собственной никчемной жизнью. А если вам требуется помощь, я буду через несколько минут.
7. «

   Недоверие почти так же сексуально, как и решительность.

   Недоверие почти так же сексуально, как и решительность.

   — Брюс «Роббо» Робертсон · книга
8. «

   — На прошлой неделе, Брюс... ты сказал, что любишь меня? Помнишь? — Голос падает на октаву. — Или ты просто все придумал, потому что посчитал, что я хотела это услышать? Почему я это сказал? Да потому что хуй стоял, а он, как известно, стыда не имеет.

   — На прошлой неделе, Брюс... ты сказал, что любишь меня? Помнишь? — Голос падает на октаву. — Или ты просто все придумал, потому что посчитал, что я хотела это услышать? Почему я это сказал? Да потому что хуй стоял, а он, как известно, стыда не имеет.
9. «

   Пообтирайся с неудачниками, и сам к ним присоединишься.

   Пообтирайся с неудачниками, и сам к ним присоединишься.

   — Брюс «Роббо» Робертсон · книга
10. «

    Хотя мы падаем порою, но поднимаемся всегда.

    Хотя мы падаем порою, но поднимаемся всегда.
11. «

    Давеча я здорово набрался, так что свет режет глаза, а кишки недовольно урчат, как шлюха в конце смены.

    Давеча я здорово набрался, так что свет режет глаза, а кишки недовольно урчат, как шлюха в конце смены.

    — Брюс «Роббо» Робертсон · книга
12. «

    А ведь было время, когда мы умели не распространять ненависть и презрение друг на друга. Определенно было.

    А ведь было время, когда мы умели не распространять ненависть и презрение друг на друга. Определенно было.

    — Брюс «Роббо» Робертсон · книга
13. «

    Как бы мне хотелось быть кем-то другим, тем, за кого она меня принимает. Тем, кому не насрать.

    Как бы мне хотелось быть кем-то другим, тем, за кого она меня принимает. Тем, кому не насрать.

    — Брюс «Роббо» Робертсон · книга
14. «

    Что ни говори, иногда работа может приносить удовольствие.

    Что ни говори, иногда работа может приносить удовольствие.

    — Брюс «Роббо» Робертсон · книга
15. «

    Стараюсь сфокусироваться на докторе Росси, не вступая в зрительный контакт. Надо смотреть на брови. Есть такой старый прием: смотреть не в глаза полицейскому, а на его брови. Уголовники часто пользуются такой уловкой. Зрительный контакт без зрительного контакта. С полицейскими фокус проходит почти всегда.

    Стараюсь сфокусироваться на докторе Росси, не вступая в зрительный контакт. Надо смотреть на брови. Есть такой старый прием: смотреть не в глаза полицейскому, а на его брови. Уголовники часто пользуются такой уловкой. Зрительный контакт без зрительного контакта. С полицейскими фокус проходит почти всегда.

    — Брюс «Роббо» Робертсон · книга
16. «

    Ты смотришь на него и думаешь, в каких жутких уродов добровольно превращают себя люди.

    Ты смотришь на него и думаешь, в каких жутких уродов добровольно превращают себя люди.
17. «

    — Помнишь? — Помню. Ее лицо искажается. У нас есть своя, общая история, но она не хочет это признавать.

    — Помнишь? — Помню. Ее лицо искажается. У нас есть своя, общая история, но она не хочет это признавать.
18. «

    Ничто — ни пространство, ни время — не в силах разрушить наш восхитительный союз.

    Ничто — ни пространство, ни время — не в силах разрушить наш восхитительный союз.

    — Кэрол · книга
19. «

    Я думаю о том, что, когда ломаешь, уничтожаешь что-то, когда обходишься с чем-то по-звериному жестоко, оно, это что-то, выглядит изуродованным, обезображенным, немного нереальным и нечеловеческим, и это облегчает твою задачу, позволяет глумиться, калечить, давить, пока ты не уничтожаешь это что-то совершенно, доказывая тем самым, что уничтожение естественно для человеческого духа, что природа снабдила нас механизмами, дающими возможность разрушать и не ломаться при этом самим; она изобрела, придумала, как сделать, чтобы самые праведные, жаждя действий, совершали их, не страшась последствий; она изобрела способ низводить нас до состояния ниже человеческого, когда мы преступаем закон...

    Я думаю о том, что, когда ломаешь, уничтожаешь что-то, когда обходишься с чем-то по-звериному жестоко, оно, это что-то, выглядит изуродованным, обезображенным, немного нереальным и нечеловеческим, и это облегчает твою задачу, позволяет глумиться, калечить, давить, пока ты не уничтожаешь это что-то совершенно, доказывая тем самым, что уничтожение естественно для человеческого духа, что природа снабдила нас механизмами, дающими возможность разрушать и не ломаться при этом самим; она изобрела, придумала, как сделать, чтобы самые праведные, жаждя действий, совершали их, не страшась последствий; она изобрела способ низводить нас до состояния ниже человеческого, когда мы преступаем закон...
20. «

    Я знаю наверняка, что сложность моей души даже не начала приближаться к тому базовому организму, которым является мое тело.

    Я знаю наверняка, что сложность моей души даже не начала приближаться к тому базовому организму, которым является мое тело.

    — Я · книга