21 цитата из книги «Морис Дрюон. Дневники Зевса»

Ниже 21 цитата из книги «Морис Дрюон. Дневники Зевса»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Вы, бесконечно ничтожные бациллы в гигантском теле Вселенной, видите очень мало. Ибо то, что вы полагаете слепящим светом, — всего лишь тусклая коптилка или свечной огарок, с которыми вы на ощупь обследуете ваш уголок темноты.

   Вы, бесконечно ничтожные бациллы в гигантском теле Вселенной, видите очень мало. Ибо то, что вы полагаете слепящим светом, — всего лишь тусклая коптилка или свечной огарок, с которыми вы на ощупь обследуете ваш уголок темноты.

   — Зевс · книга
2. «

   Смертные чада мои, вы приходите в этот мир лишь для того, чтобы исчезнуть; вас неумолимо забирает та же сила, что и создала.

   Смертные чада мои, вы приходите в этот мир лишь для того, чтобы исчезнуть; вас неумолимо забирает та же сила, что и создала.

   — Зевс · книга
3. «

   Любой ненужный поступок порождает опасность и нам надо сохранить меру в отправлении наших самых естественных потребностей.

   Любой ненужный поступок порождает опасность и нам надо сохранить меру в отправлении наших самых естественных потребностей.

   — Зевс · книга
4. «

   Глаза мои открылись, и я взглянул на Землю, но увидел там мало нового. Люди, нельзя же считать новизной вечные уловки вашей неуемной изобретательности, губительные вспышки воинственности или вашу отвратительную склонность к пиромании. Вы по-прежнему не способны сами превратиться в богов. Никто из вас не сумел вдохнуть жизнь в мрамор. Поле, на котором вы расширили свою деятельность, — скорее поле блужданий, нежели свободы, и вы скорее умножили ваши страхи, чем сократили неизбежности.

   Глаза мои открылись, и я взглянул на Землю, но увидел там мало нового. Люди, нельзя же считать новизной вечные уловки вашей неуемной изобретательности, губительные вспышки воинственности или вашу отвратительную склонность к пиромании. Вы по-прежнему не способны сами превратиться в богов. Никто из вас не сумел вдохнуть жизнь в мрамор. Поле, на котором вы расширили свою деятельность, — скорее поле блужданий, нежели свободы, и вы скорее умножили ваши страхи, чем сократили неизбежности.

   — Зевс · книга
5. «

   Древние пантеоны все еще годятся для тех, кто пытается разгадать мир, в котором живет, и понять в нем то, что возможно понять. Боги, воздвигнутые перед вратами храмов, — не просто изображения. Они означают, что за этими вратами, среди обломков древнего знания, найдется, быть может, несколько ответов на наши вопросы, несколько вех, чтобы разметить наши опасные пути, и перил, чтобы оградить их.

   Древние пантеоны все еще годятся для тех, кто пытается разгадать мир, в котором живет, и понять в нем то, что возможно понять. Боги, воздвигнутые перед вратами храмов, — не просто изображения. Они означают, что за этими вратами, среди обломков древнего знания, найдется, быть может, несколько ответов на наши вопросы, несколько вех, чтобы разметить наши опасные пути, и перил, чтобы оградить их.
6. «

   То, чего мы желаем по-настоящему и ради чего готовы сделать усилие, рано или поздно приходит к нам, но всегда не так, как мы себе представляли.

   То, чего мы желаем по-настоящему и ради чего готовы сделать усилие, рано или поздно приходит к нам, но всегда не так, как мы себе представляли.
7. «

   Порой нужны исключительные обстоятельства, чтобы человек исполнил свое исключительное предназначение.

   Порой нужны исключительные обстоятельства, чтобы человек исполнил свое исключительное предназначение.

   — Зевс · книга
8. «

   Истинна только та власть, что осуществляется с общего согласия; любая другая случайна. Нет ни величия, ни спокойствия в том, чтобы править рабами.

   Истинна только та власть, что осуществляется с общего согласия; любая другая случайна. Нет ни величия, ни спокойствия в том, чтобы править рабами.

   — Зевс · книга
9. «

   О жены, сколькие из вас, подобно Гере, пополнили свою шкатулку изменами мужей? О Гера! Как тяжелы твои сундуки!

   О жены, сколькие из вас, подобно Гере, пополнили свою шкатулку изменами мужей? О Гера! Как тяжелы твои сундуки!

   — Зевс · книга
10. «

    Наши первые возлюбленные оставляют в нас глубокий отпечаток. Потом мы сами метим других.

    Наши первые возлюбленные оставляют в нас глубокий отпечаток. Потом мы сами метим других.

    — Зевс · книга
11. «

    Неудачная любовь не обязательно пагубна. Она может быть и благотворна, если тот, кто от неё избавляется, вновь обретает себя, но улучшенного. Она сжигает в сердце взрослого то, что остается от детства.

    Неудачная любовь не обязательно пагубна. Она может быть и благотворна, если тот, кто от неё избавляется, вновь обретает себя, но улучшенного. Она сжигает в сердце взрослого то, что остается от детства.

    — Зевс · книга
12. «

    Меланхолия всегда коренится в нашем недовольстве самим собой, причину которого нам надо отыскать, и упрек, который мы обращаем к самим себе, открывает ей дверь.

    Меланхолия всегда коренится в нашем недовольстве самим собой, причину которого нам надо отыскать, и упрек, который мы обращаем к самим себе, открывает ей дверь.

    — Зевс · книга
13. «

    Магия — искусство совершить правильный поступок в правильное время и в правильном месте.

    Магия — искусство совершить правильный поступок в правильное время и в правильном месте.

    — Зевс · книга
14. «

    Любое золото кажется вам дурно распределенным, если попадает не в ваш карман, любой венок кажется сидящем не на том челе, если оно не ваше.

    Любое золото кажется вам дурно распределенным, если попадает не в ваш карман, любой венок кажется сидящем не на том челе, если оно не ваше.

    — Зевс · книга
15. «

    Что такое равновесие, если не постоянно исправляемое неравновесие?

    Что такое равновесие, если не постоянно исправляемое неравновесие?

    — Зевс · книга
16. «

    Надеяться — значит задумывать на пороге ночи труды предстоящего дня. И преуспевают в жизненном приключении лишь те, кто каждое утро готов претворить свои вчерашние замыслы в поступки.

    Надеяться — значит задумывать на пороге ночи труды предстоящего дня. И преуспевают в жизненном приключении лишь те, кто каждое утро готов претворить свои вчерашние замыслы в поступки.

    — Зевс · книга
17. «

    В конце концов, мир уже создан; незачем терять время на то, чтобы его переделывать, особенно если есть риск его уничтожить.

    В конце концов, мир уже создан; незачем терять время на то, чтобы его переделывать, особенно если есть риск его уничтожить.

    — Зевс · книга
18. «

    Богу живется не легче, чем простому прохожему.

    Богу живется не легче, чем простому прохожему.

    — Зевс · книга
19. «

    Весьма часто, дети мои, я видел среди вас пары, состоящие из уродливого, но гениально трудолюбивого, ловкого в обогащении мужчины и праздной красотки, влюбленной в самое себя, вечно неудовлетворенной, возбуждающей желание, выпрашивающей подарки. Такая красотка ни одного мужчину не считает по-настоящему достойной этого дара — позволения любить ее.

    Весьма часто, дети мои, я видел среди вас пары, состоящие из уродливого, но гениально трудолюбивого, ловкого в обогащении мужчины и праздной красотки, влюбленной в самое себя, вечно неудовлетворенной, возбуждающей желание, выпрашивающей подарки. Такая красотка ни одного мужчину не считает по-настоящему достойной этого дара — позволения любить ее.

    — Зевс · книга
20. «

    Даже боги могут умереть, если мир умрет.

    Даже боги могут умереть, если мир умрет.

    — Лето · книга