52 цитаты из книги «Оноре де Бальзак. Шагреневая кожа» с глубоким смыслом

52 цитаты из книги «Оноре де Бальзак. Шагреневая кожа» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Любовь — наивный ручеек, что струится по камешкам, меж трав и цветов, но вот ручей становится речкой, рекой, меняет свою природу и вид от каждого нового притока, затем впадает в неизмеримый океан, который умам несовершенным кажется лишь однообразием, а великие души погружает в бесконечное созерцание.

   Любовь — наивный ручеек, что струится по камешкам, меж трав и цветов, но вот ручей становится речкой, рекой, меняет свою природу и вид от каждого нового притока, затем впадает в неизмеримый океан, который умам несовершенным кажется лишь однообразием, а великие души погружает в бесконечное созерцание.

   — Рафаэль де Валентен · книга
2. «

   Человеку бедному и великому недостаточно половинчатой любви, — он требует полного самопожертвования.

   Человеку бедному и великому недостаточно половинчатой любви, — он требует полного самопожертвования.

   — Рафаель · книга
3. «

   Посеяв всюду проклятия, взамен вы обретете ненависть.

   Посеяв всюду проклятия, взамен вы обретете ненависть.
4. «

   — Ты заставляешь меня усомниться во всемогуществе Бога, ибо твоя глупость превышает его могущество.

   — Ты заставляешь меня усомниться во всемогуществе Бога, ибо твоя глупость превышает его могущество.

   — Эмиль · книга
5. «

   Тот, кто был другом в несчастье, имеет право быть другом в могуществе.

   Тот, кто был другом в несчастье, имеет право быть другом в могуществе.
6. «

   Скептики — люди самые совестливые.

   Скептики — люди самые совестливые.
7. «

   Чтобы жить, я готов был рискнуть самой жизнью.

   Чтобы жить, я готов был рискнуть самой жизнью.

   — Рафаэль де Валентен · книга
8. «

   Да, есть бездны, которых даже любовь не преодолеет. Но тогда ей нужно похоронить там себя.

   Да, есть бездны, которых даже любовь не преодолеет. Но тогда ей нужно похоронить там себя.
9. «

   Свобода рождает анархию, анархия приводит к деспотизму, а деспотизм возвращает к свободе. Миллионы существ погибли, так и не добившись торжества ни одной из этих систем.

   Свобода рождает анархию, анархия приводит к деспотизму, а деспотизм возвращает к свободе. Миллионы существ погибли, так и не добившись торжества ни одной из этих систем.
10. «

    Истинная страсть выражается в воплях, во вздохах, несносных для ушей человека холодного.

    Истинная страсть выражается в воплях, во вздохах, несносных для ушей человека холодного.
11. «

    Вечно сидя без денег, он, как все люди, не лишенные способностей, мог погрязнуть в неописуемой лени и вдруг бросал одно-единственное слово, стоившее целой книги, на зависть тем господам, у которых в целой книге не было ни одного живого слова.

    Вечно сидя без денег, он, как все люди, не лишенные способностей, мог погрязнуть в неописуемой лени и вдруг бросал одно-единственное слово, стоившее целой книги, на зависть тем господам, у которых в целой книге не было ни одного живого слова.
12. «

    Женственный любовник восточной лени, чувственный, влюбленный в свои мечты, я не знал отдыха и не разрешал себе отведать наслаждений парижской жизни. Лакомка — я принудил себя к умеренности; любитель бродить пешком и плавать в лодке по морю, мечтавший побывать в разных странах, до сих пор с удовольствием, как ребенок, бросавший камешки в воду, — теперь я, не разгибая спины, сидел за письменным столом; словоохотливый — я молча слушал публичные лекции в библиотеке и музее; я спал на одиноком и жалком ложе, точно монах-бенедиктинец, а между тем женщина была моей мечтою — мечтою заветной и вечно ускользавшей от меня! Одним словом, жизнь моя была жестоким противоречием, беспрерывной ложью. Вот и судите после этого о людях!

    Женственный любовник восточной лени, чувственный, влюбленный в свои мечты, я не знал отдыха и не разрешал себе отведать наслаждений парижской жизни. Лакомка — я принудил себя к умеренности; любитель бродить пешком и плавать в лодке по морю, мечтавший побывать в разных странах, до сих пор с удовольствием, как ребенок, бросавший камешки в воду, — теперь я, не разгибая спины, сидел за письменным столом; словоохотливый — я молча слушал публичные лекции в библиотеке и музее; я спал на одиноком и жалком ложе, точно монах-бенедиктинец, а между тем женщина была моей мечтою — мечтою заветной и вечно ускользавшей от меня! Одним словом, жизнь моя была жестоким противоречием, беспрерывной ложью. Вот и судите после этого о людях!

    — Рафаэль де Валентен · книга
13. «

    — Слушайте, господа!...способ убить своего дядюшку, тсс! (Слушайте, слушайте!). Возьмите сначала дядюшку, толстого и жирного, по крайней мере семидесятилетнего, — это лучший сорт дядюшек. (Всеобщее оживление). Накормите его под каким-нибудь предлогом паштетом из гусиной печенки... — Ну, у меня дядя длинный, сухопарый, скупой и воздержанный. — О, такие дядюшки — чудовища, злоупотребляющие долголетием!

    — Слушайте, господа!...способ убить своего дядюшку, тсс! (Слушайте, слушайте!). Возьмите сначала дядюшку, толстого и жирного, по крайней мере семидесятилетнего, — это лучший сорт дядюшек. (Всеобщее оживление). Накормите его под каким-нибудь предлогом паштетом из гусиной печенки... — Ну, у меня дядя длинный, сухопарый, скупой и воздержанный. — О, такие дядюшки — чудовища, злоупотребляющие долголетием!
14. «

    Всякое самоубийство — это возвышенная поэма меланхолии.

    Всякое самоубийство — это возвышенная поэма меланхолии.
15. «

    Человек — шут, танцующий над пропастью!

    Человек — шут, танцующий над пропастью!
16. «

    ...женщины ради сильных ощущений готовы жертвовать всем...

    ...женщины ради сильных ощущений готовы жертвовать всем...
17. «

    — Преступление… — Вот слово, высокое, как виселица, и глубокое, как Сена, — заметил Рафаэль.

    — Преступление… — Вот слово, высокое, как виселица, и глубокое, как Сена, — заметил Рафаэль.

    — Рафаэль · книга
18. «

    Надо быть очень несчастным, чтобы возбудить жалость, очень слабым, чтобы вызвать симпатию, очень мрачным с виду, чтобы дрогнули сердца...

    Надо быть очень несчастным, чтобы возбудить жалость, очень слабым, чтобы вызвать симпатию, очень мрачным с виду, чтобы дрогнули сердца...
19. «

    Она никому не отдавалась, чтобы сохранить всех своих поклонников. Покуда женщина не полюбила, она кокетничает.

    Она никому не отдавалась, чтобы сохранить всех своих поклонников. Покуда женщина не полюбила, она кокетничает.

    — Рафаэль де Валентен · книга
20. «

    Беспощадными должны быть те ураганы, что заставляют просить душевного покоя у пистолетного дула.

    Беспощадными должны быть те ураганы, что заставляют просить душевного покоя у пистолетного дула.