83 цитаты из книги «Оноре де Бальзак. Шагреневая кожа» на каждый день

83 цитаты из книги «Оноре де Бальзак. Шагреневая кожа» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Светское общество гнушается скорбями и несчастьями, страшится их, как заразы. Как бы ни было величественно горе, общество всегда умеет умалить его, осмеять в эпиграмме.

   Светское общество гнушается скорбями и несчастьями, страшится их, как заразы. Как бы ни было величественно горе, общество всегда умеет умалить его, осмеять в эпиграмме.
2. «

   Человек — шут, танцующий над пропастью!

   Человек — шут, танцующий над пропастью!
3. «

   Чтобы жить, я готов был рискнуть самой жизнью.

   Чтобы жить, я готов был рискнуть самой жизнью.

   — Рафаэль де Валентен · книга
4. «

   Я добился всего, ибо умел всем пренебречь.

   Я добился всего, ибо умел всем пренебречь.

   — Старик · книга
5. «

   Ах, гораздо лучше знать, что мой любовник лежит в могиле на Кламарском кладбище, чем в постели соперницы!

   Ах, гораздо лучше знать, что мой любовник лежит в могиле на Кламарском кладбище, чем в постели соперницы!
6. «

   Да, я допускаю, что человек может пойти играть, но лишь тогда, когда между собою и смертью он видит лишь свое последнее экю.

   Да, я допускаю, что человек может пойти играть, но лишь тогда, когда между собою и смертью он видит лишь свое последнее экю.

   — Жан-Жак Руссо · книга
7. «

   Если моя любовница в своем быту отличается от других женщин, если она не ходит пешком, если живет она иначе, чем они, если на ней манто, какого у них быть не может, если от нее исходит благоухание, свойственное ей одной, — она мне нравится гораздо больше.

   Если моя любовница в своем быту отличается от других женщин, если она не ходит пешком, если живет она иначе, чем они, если на ней манто, какого у них быть не может, если от нее исходит благоухание, свойственное ей одной, — она мне нравится гораздо больше.

   — Рафаэль де Валентен · книга
8. «

   По вечерам поэзия игорных домов пошловата, но ей обеспечен успех, так же как и кровавой драме.

   По вечерам поэзия игорных домов пошловата, но ей обеспечен успех, так же как и кровавой драме.
9. «

   Все есть движение. Мысль есть движение. Природа основана на движении. Смерть есть движение, цели коего нам мало известны. Если бог вечен, — поверьте, и он постоянно в движении.

   Все есть движение. Мысль есть движение. Природа основана на движении. Смерть есть движение, цели коего нам мало известны. Если бог вечен, — поверьте, и он постоянно в движении.

   — Планшет · книга
10. «

    Боль, может быть, есть не что иное, как предельное наслаждение.

    Боль, может быть, есть не что иное, как предельное наслаждение.

    — Старик · книга
11. «

    Словом, убить в себе чувства и дожить до старости или же умереть юным, приняв муку страстей, — вот наша участь.

    Словом, убить в себе чувства и дожить до старости или же умереть юным, приняв муку страстей, — вот наша участь.
12. «

    Одно лишь время справится с нашими безумствами, но счастье послужит нам оправданием.

    Одно лишь время справится с нашими безумствами, но счастье послужит нам оправданием.
13. «

    Посеяв всюду проклятия, взамен вы обретете ненависть.

    Посеяв всюду проклятия, взамен вы обретете ненависть.
14. «

    Лучше умереть от наслаждения, чем от болезни.

    Лучше умереть от наслаждения, чем от болезни.
15. «

    Как бы ни было величественно горе, общество всегда умеет умалить его, осмиять в эпиграмме; оно рисует карикатуры, бросая в лицо свергнутому королю оскорбления, якобы мстя за свои обиды; подобно юным римлянкам в цирке, эта каста беспощадна к поверженным гладиаторам; золото и издевательства — основа ее жизни... Смерть слабым! — вот завет высшего сословия, возникавшего у всех народов мира, ибо всюду возвышаются богатые, и это изречение запечатлено в сердцах, рожденных в довольстве и вскормленных аристократизмом.

    Как бы ни было величественно горе, общество всегда умеет умалить его, осмиять в эпиграмме; оно рисует карикатуры, бросая в лицо свергнутому королю оскорбления, якобы мстя за свои обиды; подобно юным римлянкам в цирке, эта каста беспощадна к поверженным гладиаторам; золото и издевательства — основа ее жизни... Смерть слабым! — вот завет высшего сословия, возникавшего у всех народов мира, ибо всюду возвышаются богатые, и это изречение запечатлено в сердцах, рожденных в довольстве и вскормленных аристократизмом.
16. «

    Этот старый гений обитает в сферах, чуждых миру, и живет там один, не радуясь, ибо у него нет больше иллюзий, не скорбя, ибо он уже не ведает наслаждений.

    Этот старый гений обитает в сферах, чуждых миру, и живет там один, не радуясь, ибо у него нет больше иллюзий, не скорбя, ибо он уже не ведает наслаждений.

    — Рафаэль де Валентен · книга
17. «

    Да, есть бездны, которых даже любовь не преодолеет. Но тогда ей нужно похоронить там себя.

    Да, есть бездны, которых даже любовь не преодолеет. Но тогда ей нужно похоронить там себя.
18. «

    Как бы погребенные под обломками стольких вселенных, мы вопрошаем себя: к чему наша слава, наша ненависть, наша любовь? Если нам суждено стать в будущем неосязаемой точкой, стоит ли принимать на себя бремя бытия? И вот, вырванные из почвы нашего времени, мы перестаем жить, пока не войдет лакей и не скажет: «Графиня приказала передать, что она ждет вас».

    Как бы погребенные под обломками стольких вселенных, мы вопрошаем себя: к чему наша слава, наша ненависть, наша любовь? Если нам суждено стать в будущем неосязаемой точкой, стоит ли принимать на себя бремя бытия? И вот, вырванные из почвы нашего времени, мы перестаем жить, пока не войдет лакей и не скажет: «Графиня приказала передать, что она ждет вас».
19. «

    Пожелав приблизиться к природе, он, вероятно, и не подумал о том, сколь откровенны естественные чувства.

    Пожелав приблизиться к природе, он, вероятно, и не подумал о том, сколь откровенны естественные чувства.
20. «

    Невоздержанность, милый мой, — царица всех смертей.

    Невоздержанность, милый мой, — царица всех смертей.

    — Растиньяк · книга