73 цитаты из книги «Рэй Брэдбери. Вино из одуванчиков»

Собрали 73 цитаты из книги «Рэй Брэдбери. Вино из одуванчиков» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   ...вы можете получить все, что вам нужно, если только это вам и вправду нужно.

   ...вы можете получить все, что вам нужно, если только это вам и вправду нужно.
2. «

   Да, лето состоит из привычных обрядов, для каждого есть свое привычное время и свое привычное место.

   Да, лето состоит из привычных обрядов, для каждого есть свое привычное время и свое привычное место.
3. «

   Том, когда те же ковбои начинают стрелять в тех же индейцев на тех же горных вершинах, самое лучшее – тихонько встать со стула и пойти прямиком к выходу, и не стоит оглядываться, и ни о чем не надо жалеть. Вот я и ухожу, пока я все еще счастлива и жизнь мне еще не наскучила.

   Том, когда те же ковбои начинают стрелять в тех же индейцев на тех же горных вершинах, самое лучшее – тихонько встать со стула и пойти прямиком к выходу, и не стоит оглядываться, и ни о чем не надо жалеть. Вот я и ухожу, пока я все еще счастлива и жизнь мне еще не наскучила.

   — прабабушка · книга
4. «

   Никогда не позволяй никому крыть крышу, если это не доставляет ему удовольствия.

   Никогда не позволяй никому крыть крышу, если это не доставляет ему удовольствия.
5. «

   — Для начала: что вы думаете о нашем подлунном мире? — Я ничего о нем не знаю. — Говорят, с этого начинается мудрость. Когда человеку семнадцать, он знает все. Если ему двадцать семь и он по-прежнему знает все — значит, ему все еще семнадцать.

   — Для начала: что вы думаете о нашем подлунном мире? — Я ничего о нем не знаю. — Говорят, с этого начинается мудрость. Когда человеку семнадцать, он знает все. Если ему двадцать семь и он по-прежнему знает все — значит, ему все еще семнадцать.
6. «

   Она села рядом с ним на качели, в одной ночной сорочке, не тоненькая, как семнадцатилетняя девочка, которую ещё не любят, и не толстая, как пятидесятилетняя женщина, которую уже не любят, но складная и крепкая, именно такая, как надо, — таковы женщины во всяком возрасте, если они любимы.

   Она села рядом с ним на качели, в одной ночной сорочке, не тоненькая, как семнадцатилетняя девочка, которую ещё не любят, и не толстая, как пятидесятилетняя женщина, которую уже не любят, но складная и крепкая, именно такая, как надо, — таковы женщины во всяком возрасте, если они любимы.
7. «

   — Да я, в общем-то, не за тебя беспокоюсь, — пояснил Дуглас. — Я больше насчет того, как Бог управляет миром. Том задумался. — Ничего, Дуг, — сказал он наконец. — Он все-таки старается.

   — Да я, в общем-то, не за тебя беспокоюсь, — пояснил Дуглас. — Я больше насчет того, как Бог управляет миром. Том задумался. — Ничего, Дуг, — сказал он наконец. — Он все-таки старается.
8. «

   Родители иногда забывают, как они сами были детьми.

   Родители иногда забывают, как они сами были детьми.
9. «

   Доброта и ум — свойства старости. В двадцать лет женщине куда интересней быть бессердечной и легкомысленной.

   Доброта и ум — свойства старости. В двадцать лет женщине куда интересней быть бессердечной и легкомысленной.
10. «

    ... что для одного — ненужный хлам, для другого — недоступная роскошь.

    ... что для одного — ненужный хлам, для другого — недоступная роскошь.
11. «

    Искать кроликов в шляпах — гиблое дело, все равно как искать хоть каплю здравого смысла в голове у некоторых людей.

    Искать кроликов в шляпах — гиблое дело, все равно как искать хоть каплю здравого смысла в голове у некоторых людей.
12. «

    Люди, которые мастерят эти туфли, верно, видели множество ветров, проносящихся в листве деревьев, и сотни рек, что устремляются в озера. И все это было в туфлях, и все это было — лето.

    Люди, которые мастерят эти туфли, верно, видели множество ветров, проносящихся в листве деревьев, и сотни рек, что устремляются в озера. И все это было в туфлях, и все это было — лето.

    — Дуглас Сполдинг · книга
13. «

    И всё-таки, как хорошо дома! Так тепло, уютно. Нет лучше места на земле.

    И всё-таки, как хорошо дома! Так тепло, уютно. Нет лучше места на земле.
14. «

    Иногда мне начинает казаться, что люди сами ищут себе смерти.

    Иногда мне начинает казаться, что люди сами ищут себе смерти.

    — Элен · книга
15. «

    И потом, давай говорить честно: сколько времени можно смотреть на закат? И кому нужно, чтобы закат продолжался целую вечность? И кому нужно вечное тепло? Кому нужен вечный аромат? Ведь ко всему этому привыкаешь и уже просто перестаешь замечать. Закатом хорошо любоваться минуту, ну две. А потом хочется чего-нибудь другого. Уж так устроен человек, Лео. Как ты мог про это забыть? — А разве я забыл? — Мы потому и любим закат, что он бывает только один раз в день.

    И потом, давай говорить честно: сколько времени можно смотреть на закат? И кому нужно, чтобы закат продолжался целую вечность? И кому нужно вечное тепло? Кому нужен вечный аромат? Ведь ко всему этому привыкаешь и уже просто перестаешь замечать. Закатом хорошо любоваться минуту, ну две. А потом хочется чего-нибудь другого. Уж так устроен человек, Лео. Как ты мог про это забыть? — А разве я забыл? — Мы потому и любим закат, что он бывает только один раз в день.
16. «

    Великое чудо — косилка, говорил себе дедушка. Какой это дурак выдумал, что новый год начинается первого января? Надо было поставить дозорных караулить рост травы на миллионах лужаек Иллинойса, Огайо или Айовы — и как заметят, что она созрела для сенокоса, в то самое утро вместо фейерверков, фанфар и криков пусть начинается великая бурная симфония косилок, срезающих свежие травы на необъятных луговых просторах. В тот единственный день в году, который по-настоящему знаменует собой начало, людям надо бы бросать друг в друга не конфетти и не серпантин, а пригоршни свежескошенной травы.

    Великое чудо — косилка, говорил себе дедушка. Какой это дурак выдумал, что новый год начинается первого января? Надо было поставить дозорных караулить рост травы на миллионах лужаек Иллинойса, Огайо или Айовы — и как заметят, что она созрела для сенокоса, в то самое утро вместо фейерверков, фанфар и криков пусть начинается великая бурная симфония косилок, срезающих свежие травы на необъятных луговых просторах. В тот единственный день в году, который по-настоящему знаменует собой начало, людям надо бы бросать друг в друга не конфетти и не серпантин, а пригоршни свежескошенной травы.
17. «

    Копая землю, покопайся у себя в душе.

    Копая землю, покопайся у себя в душе.

    — Сэмюэл Сполдинг · книга
18. «

    В каждом его ухе стучало по сердцу, третье колотилось в горле, а настоящее гулко ухало в груди. Тело жадно дышало миллионами пор. — Я и правда живой, думал Дуглас. — Прежде я этого не знал, а может, и знал, да не помню.

    В каждом его ухе стучало по сердцу, третье колотилось в горле, а настоящее гулко ухало в груди. Тело жадно дышало миллионами пор. — Я и правда живой, думал Дуглас. — Прежде я этого не знал, а может, и знал, да не помню.

    — Дуглас Сполдинг · книга
19. «

    Довольны бывают коровы, а в восторге младенцы да несчастные старики, которые впали в детство. Ну а насчет того, что весела... Сам видишь, как я весела, когда скребу эту раковину.

    Довольны бывают коровы, а в восторге младенцы да несчастные старики, которые впали в детство. Ну а насчет того, что весела... Сам видишь, как я весела, когда скребу эту раковину.

    — Лина Ауфман · книга
20. «

    Если тебе что-нибудь нужно, добивайся сам...

    Если тебе что-нибудь нужно, добивайся сам...