Подборка из книги: 82 цитаты — «Рэй Брэдбери. Вино из одуванчиков»

Собрали 82 цитаты из книги «Рэй Брэдбери. Вино из одуванчиков» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Для чего мы до сих пор пользовались машинами? Только чтоб заставить людей плакать. Всякий раз, когда казалось, что человек и машина вот–вот наконец уживутся друг с другом, – бац! Кто–то где–то смошенничает, приделает какой–нибудь лишний винтик – и вот уже самолеты бросают на нас бомбы и автомобили срываются со скал в пропасть. Отчего же мальчику не попросить Машину счастья? Он совершенно прав!

   Для чего мы до сих пор пользовались машинами? Только чтоб заставить людей плакать. Всякий раз, когда казалось, что человек и машина вот–вот наконец уживутся друг с другом, – бац! Кто–то где–то смошенничает, приделает какой–нибудь лишний винтик – и вот уже самолеты бросают на нас бомбы и автомобили срываются со скал в пропасть. Отчего же мальчику не попросить Машину счастья? Он совершенно прав!

   — Лео Ауфман · книга
2. «

   Смерть — это восковая кукла в ящике.

   Смерть — это восковая кукла в ящике.
3. «

   — Для начала: что вы думаете о нашем подлунном мире? — Я ничего о нем не знаю. — Говорят, с этого начинается мудрость. Когда человеку семнадцать, он знает все. Если ему двадцать семь и он по-прежнему знает все — значит, ему все еще семнадцать.

   — Для начала: что вы думаете о нашем подлунном мире? — Я ничего о нем не знаю. — Говорят, с этого начинается мудрость. Когда человеку семнадцать, он знает все. Если ему двадцать семь и он по-прежнему знает все — значит, ему все еще семнадцать.
4. «

   Довольны бывают коровы, а в восторге младенцы да несчастные старики, которые впали в детство. Ну а насчет того, что весела... Сам видишь, как я весела, когда скребу эту раковину.

   Довольны бывают коровы, а в восторге младенцы да несчастные старики, которые впали в детство. Ну а насчет того, что весела... Сам видишь, как я весела, когда скребу эту раковину.

   — Лина Ауфман · книга
5. «

   На свете пять миллиардов деревьев. И под каждым деревом есть тень, верно? Значит, откуда берется ночь? А вот откуда: пять миллиардов деревьев — и из-под каждого дерева выползает тень. Представляешь? Вот бы найти способ удержать их всех под деревьями и не выпускать — тогда и спать ложиться не зачем, ведь ночи-то не было бы вовсе!

   На свете пять миллиардов деревьев. И под каждым деревом есть тень, верно? Значит, откуда берется ночь? А вот откуда: пять миллиардов деревьев — и из-под каждого дерева выползает тень. Представляешь? Вот бы найти способ удержать их всех под деревьями и не выпускать — тогда и спать ложиться не зачем, ведь ночи-то не было бы вовсе!

   — Том Сполдинг · книга
6. «

   Будь тем, что ты есть, поставь крест на том, чем ты была.

   Будь тем, что ты есть, поставь крест на том, чем ты была.

   — мистер Бентли · книга
7. «

   — Послушай, — сказал он наконец. — Не хочешь ли лет эдак через пять продавать у меня тут ботинки? — Спасибо, мистер Сэндерсон, только я и сам еще не знаю, что стану делать, когда вырасту. — Что захочешь, сынок, то и станешь делать, — сказал старик. — Ты своего добьешься. И никто тебя не удержит

   — Послушай, — сказал он наконец. — Не хочешь ли лет эдак через пять продавать у меня тут ботинки? — Спасибо, мистер Сэндерсон, только я и сам еще не знаю, что стану делать, когда вырасту. — Что захочешь, сынок, то и станешь делать, — сказал старик. — Ты своего добьешься. И никто тебя не удержит

   — Дуглас Сполдинг · книга
8. «

   Надо только хорошенько выспаться, или пореветь минут десять, или съесть целую пинту шоколадного мороженого, а то и все это вместе — лучшего лекарства не придумаешь.

   Надо только хорошенько выспаться, или пореветь минут десять, или съесть целую пинту шоколадного мороженого, а то и все это вместе — лучшего лекарства не придумаешь.

   — Том Сполдинг · книга
9. «

   Про женщину всегда сплетничают, даже если ей уже стукнуло девяносто пять.

   Про женщину всегда сплетничают, даже если ей уже стукнуло девяносто пять.

   — мисс Лумис · книга
10. «

    — Том, — сказал Дуглас. — Обещай мне одну вещь, ладно? — Обещаю? А что это? — Конечно, ты мой брат, и, может, я другой раз на тебя злюсь, но ты меня не оставляй, будь где-нибудь рядом, ладно? — Это как? Значит, мне можно ходить с тобой и с большими ребятами гулять? — Ну... ясно... и это тоже. Я что хочу сказать: ты не уходи, не исчезай, понял? Гляди, чтоб никакая машина тебя не переехала, и с какой-нибудь скалы не свались. — Вот еще! Дурак я, что ли? — Тогда, на самый худой конец, если уж дело будет совсем плохо и оба мы совсем состаримся — ну, если когда-нибудь нам будет лет сорок или даже сорок пять, — мы можем владеть золотыми приисками где-нибудь на Западе. Будем сидеть там, покуривать маисовый табак и отращивать бороды. — Бороды! Ух ты! — Вот я и говорю, болтайся где нибудь рядом и чтоб с тобой ничего не стряслось. — Уж будь спокоен, — ответил Том.

    — Том, — сказал Дуглас. — Обещай мне одну вещь, ладно? — Обещаю? А что это? — Конечно, ты мой брат, и, может, я другой раз на тебя злюсь, но ты меня не оставляй, будь где-нибудь рядом, ладно? — Это как? Значит, мне можно ходить с тобой и с большими ребятами гулять? — Ну... ясно... и это тоже. Я что хочу сказать: ты не уходи, не исчезай, понял? Гляди, чтоб никакая машина тебя не переехала, и с какой-нибудь скалы не свались. — Вот еще! Дурак я, что ли? — Тогда, на самый худой конец, если уж дело будет совсем плохо и оба мы совсем состаримся — ну, если когда-нибудь нам будет лет сорок или даже сорок пять, — мы можем владеть золотыми приисками где-нибудь на Западе. Будем сидеть там, покуривать маисовый табак и отращивать бороды. — Бороды! Ух ты! — Вот я и говорю, болтайся где нибудь рядом и чтоб с тобой ничего не стряслось. — Уж будь спокоен, — ответил Том.
11. «

    Люди, которые мастерят эти туфли, верно, видели множество ветров, проносящихся в листве деревьев, и сотни рек, что устремляются в озера. И все это было в туфлях, и все это было — лето.

    Люди, которые мастерят эти туфли, верно, видели множество ветров, проносящихся в листве деревьев, и сотни рек, что устремляются в озера. И все это было в туфлях, и все это было — лето.

    — Дуглас Сполдинг · книга
12. «

    – Дело было ещё в феврале, валил снег, а я подставил коробок, – Том хихикнул, – поймал одну снежинку побольше и – раз! – захлопнул, скорей побежал домой и сунул в холодильник!… На весь штат Иллинойс у меня одного летом есть снежинка. Такой клад больше нигде не сыщешь, хоть тресни.

    – Дело было ещё в феврале, валил снег, а я подставил коробок, – Том хихикнул, – поймал одну снежинку побольше и – раз! – захлопнул, скорей побежал домой и сунул в холодильник!… На весь штат Иллинойс у меня одного летом есть снежинка. Такой клад больше нигде не сыщешь, хоть тресни.

    — Том · книга
13. «

    Я всегда считала, что истинную любовь определяет дух, хотя тело порой отказывается этому верить.

    Я всегда считала, что истинную любовь определяет дух, хотя тело порой отказывается этому верить.

    — мисс Лумис · книга
14. «

    Если тебе что-нибудь нужно, добивайся сам...

    Если тебе что-нибудь нужно, добивайся сам...
15. «

    Мы и сами этого не знали, пока не ушли отсюда.

    Мы и сами этого не знали, пока не ушли отсюда.

    — Дуглас Сполдинг · книга
16. «

    Здесь, в мире людей, можно отдать время, деньги, молитву – и ничего не получить взамен.

    Здесь, в мире людей, можно отдать время, деньги, молитву – и ничего не получить взамен.
17. «

    Если бежишь, время точно бежит с тобой. Есть только один – единственный способ хоть немного задержать время: надо смотреть на все вокруг, а самому ничего не делать!

    Если бежишь, время точно бежит с тобой. Есть только один – единственный способ хоть немного задержать время: надо смотреть на все вокруг, а самому ничего не делать!

    — Дуглас Сполдинг · книга
18. «

    — Некоторые люди слишком рано начинают печалиться, — сказал он. — Кажется, и причины никакой нет, да они, видно, от роду такие. Уж очень все к сердцу принимают, и устают быстро, и слезы у них близко, и всякую беду помнят долго, вот и начинают печалиться с самых малых лет. Я-то знаю, я и сам такой.

    — Некоторые люди слишком рано начинают печалиться, — сказал он. — Кажется, и причины никакой нет, да они, видно, от роду такие. Уж очень все к сердцу принимают, и устают быстро, и слезы у них близко, и всякую беду помнят долго, вот и начинают печалиться с самых малых лет. Я-то знаю, я и сам такой.
19. «

    ...вы можете получить все, что вам нужно, если только это вам и вправду нужно.

    ...вы можете получить все, что вам нужно, если только это вам и вправду нужно.
20. «

    И теперь, с мелом в руке, она отступила от доски жизни, и молчит, и смотрит на нее, и сейчас возьмёт тряпку и всё сотрёт.

    И теперь, с мелом в руке, она отступила от доски жизни, и молчит, и смотрит на нее, и сейчас возьмёт тряпку и всё сотрёт.