108 цитат из книги «Роберт Музиль. Человек без свойств» со смыслом

Собрали 108 цитат из книги «Роберт Музиль. Человек без свойств» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   На сей раз общество было весьма занятное: очень много людей моложе тридцати, максимум тридцати пяти лет, почти еще богема, но уже известные и замеченные газетами; и не только местные жители, но и гости со всего мира, привлеченные слухом, что в Какании одна женщина из высшего круга протаптывает духу тропинку в мир.

   На сей раз общество было весьма занятное: очень много людей моложе тридцати, максимум тридцати пяти лет, почти еще богема, но уже известные и замеченные газетами; и не только местные жители, но и гости со всего мира, привлеченные слухом, что в Какании одна женщина из высшего круга протаптывает духу тропинку в мир.
2. «

   Ее вид соблазнил его и побудил к нежностям; теперь, когда это кончилось, он снова почувствовал, как мало это его касалось.

   Ее вид соблазнил его и побудил к нежностям; теперь, когда это кончилось, он снова почувствовал, как мало это его касалось.
3. «

   Он участвовал в скачках, дрался на дуэлях и различал только три вида людей — офицеров, женщин и штатских, последние представляли собой физически неразвитый, презренный по своим умственным способностям класс, у которого офицеры уводили жен и дочерей.

   Он участвовал в скачках, дрался на дуэлях и различал только три вида людей — офицеров, женщин и штатских, последние представляли собой физически неразвитый, презренный по своим умственным способностям класс, у которого офицеры уводили жен и дочерей.
4. «

   Его сиятельство отнюдь не считал других дураками, хотя и считал, что он умнее их, и не понимал, почему эти умные люди в совокупности производят на него столь скверное впечатление.

   Его сиятельство отнюдь не считал других дураками, хотя и считал, что он умнее их, и не понимал, почему эти умные люди в совокупности производят на него столь скверное впечатление.
5. «

   Ничего нельзя было выиграть, предавшись иллюзиям, не выдерживающим тщательной проверки.

   Ничего нельзя было выиграть, предавшись иллюзиям, не выдерживающим тщательной проверки.

   — Ульрих · книга
6. «

   Жизнь полна таких отношений, когда один теснит и давит другого, если тот не бунтует.

   Жизнь полна таких отношений, когда один теснит и давит другого, если тот не бунтует.

   — Зигмунд · книга
7. «

   Из-за ранодушия и из-за легкости, с какой сегодня можно успокоить свою совесть, губится гораздо больше жизней, чем из-за злой воли отдельных людей.

   Из-за ранодушия и из-за легкости, с какой сегодня можно успокоить свою совесть, губится гораздо больше жизней, чем из-за злой воли отдельных людей.

   — Вальтер · книга
8. «

   Чтобы устанавливать основные идеалы жизни надо так досконально знать жизнь и людей и одновременно так героически преодолеть страсти и эгоизм, как то суждено было очень немногим личностям в течение тысячелетий. И эти учителя человечества исповедывали одну и ту же истину во все времена.

   Чтобы устанавливать основные идеалы жизни надо так досконально знать жизнь и людей и одновременно так героически преодолеть страсти и эгоизм, как то суждено было очень немногим личностям в течение тысячелетий. И эти учителя человечества исповедывали одну и ту же истину во все времена.

   — Линднер · книга
9. «

   — Что же такое — добро и зло? — Вот этого я и не знаю!

   — Что же такое — добро и зло? — Вот этого я и не знаю!

   — Агата · книга
10. «

    Это известное дело — противоречия, непоследовательность и несовершенство жизни.

    Это известное дело — противоречия, непоследовательность и несовершенство жизни.
11. «

    Перед каждым поступком, ответственность за который берешь на себя с сомнением, бывает период слабости, соответствующий минутам раскаяния после поступка, хотя в естественном ходе событий он почти незаметен.

    Перед каждым поступком, ответственность за который берешь на себя с сомнением, бывает период слабости, соответствующий минутам раскаяния после поступка, хотя в естественном ходе событий он почти незаметен.
12. «

    Спорт груб. Он, можно сказать, есть сгусток тончайше распределенной всеобщей ненависти, который оттягивается в состязании. Утверждают, конечно, обратное: спорт, мол, объединяет людей, делает их товарищами и тому подобное; но по сути это только доказывает, что грубость и любовь отстоят друг от друга не дальше, чем одно крыло какой-нибудь большой пестрой немой птицы от другого.

    Спорт груб. Он, можно сказать, есть сгусток тончайше распределенной всеобщей ненависти, который оттягивается в состязании. Утверждают, конечно, обратное: спорт, мол, объединяет людей, делает их товарищами и тому подобное; но по сути это только доказывает, что грубость и любовь отстоят друг от друга не дальше, чем одно крыло какой-нибудь большой пестрой немой птицы от другого.

    — Ульрих · книга
13. «

    В форме социального разделения труда проявляется, принимая, правда, грандиозный и опасный вид, старое раздвоение человеческой совести на похвальную цель и уж какие найдутся средства.

    В форме социального разделения труда проявляется, принимая, правда, грандиозный и опасный вид, старое раздвоение человеческой совести на похвальную цель и уж какие найдутся средства.

    — Арнгейм · книга
14. «

    Сегодня любят вообще только половой любовью.

    Сегодня любят вообще только половой любовью.

    — Ульрих · книга
15. «

    Известно, что когда злишься, это большое облегчение — вылить злость на кого-то, даже если он и ни при чем; но менее известно это относительно любви. А между тем дело тут обстоит точно так же, и любовь часто случается выливать на кого-то, кто ни при чем, поскольку другой возможности вылиться она не находит.

    Известно, что когда злишься, это большое облегчение — вылить злость на кого-то, даже если он и ни при чем; но менее известно это относительно любви. А между тем дело тут обстоит точно так же, и любовь часто случается выливать на кого-то, кто ни при чем, поскольку другой возможности вылиться она не находит.
16. «

    Нравственное богатство состоит в близком родстве с материальным.

    Нравственное богатство состоит в близком родстве с материальным.

    — Арнгейм · книга
17. «

    Капитализм как организация эгоизма соответственно иерархии сил, доставляющих деньги, — это, можно сказать, величайший и притом гуманнейший порядок, который мы смогли установить.

    Капитализм как организация эгоизма соответственно иерархии сил, доставляющих деньги, — это, можно сказать, величайший и притом гуманнейший порядок, который мы смогли установить.

    — Арнгейм · книга
18. «

    Созидательная и правильная жизнь — поэма куда более великая, чем все, что насочиняли поэты за письменными столами.

    Созидательная и правильная жизнь — поэма куда более великая, чем все, что насочиняли поэты за письменными столами.

    — Арнгейм · книга
19. «

    Сегодня лгут не столько от слабости, сколько от убежденности, что человек, справляющийся с жизнью, должен уметь лгать.

    Сегодня лгут не столько от слабости, сколько от убежденности, что человек, справляющийся с жизнью, должен уметь лгать.

    — Ульрих · книга
20. «

    Он вдруг повел себя так, словно был здесь у себя дома, и повиновался своим мыслям, а не социальным требованиям данной ситуации.

    Он вдруг повел себя так, словно был здесь у себя дома, и повиновался своим мыслям, а не социальным требованиям данной ситуации.