430 цитат из книги «Роберт Музиль. Человек без свойств», которые стоит перечитать

Собрали 430 цитат из книги «Роберт Музиль. Человек без свойств» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Этот порядок не такой прочный, каким прикидывается; любая вещь, любое «я», любая форма, любой принцип — все ненадежно, все находится в невидимом, но никогда не прекращающемся изменении, в нетвердом — больше будущего, чем в твердом..

   Этот порядок не такой прочный, каким прикидывается; любая вещь, любое «я», любая форма, любой принцип — все ненадежно, все находится в невидимом, но никогда не прекращающемся изменении, в нетвердом — больше будущего, чем в твердом..

   — Ульрих · книга
2. «

   На свете есть много вещей, которые порознь означают для человека нечто совсем другое, чем вместе; вода, например, в слишком больших количествах доставляет меньшее удовольствие, — ровно на разницу между утолением жажды и утопанием, — чем то, которое она доставляет в количествах малых, и сходно обстоит дело с ядами, развлечениями, досугом, фортепьянной игрой, идеалами, да и вообще, наверное, со всем на свете.

   На свете есть много вещей, которые порознь означают для человека нечто совсем другое, чем вместе; вода, например, в слишком больших количествах доставляет меньшее удовольствие, — ровно на разницу между утолением жажды и утопанием, — чем то, которое она доставляет в количествах малых, и сходно обстоит дело с ядами, развлечениями, досугом, фортепьянной игрой, идеалами, да и вообще, наверное, со всем на свете.

   — Ульрих · книга
3. «

   Генерал отправил свои роговые очки в брючный карман для револьвера, ибо еще не нашел для этого штатского инструмента мудрости подходящего места.

   Генерал отправил свои роговые очки в брючный карман для револьвера, ибо еще не нашел для этого штатского инструмента мудрости подходящего места.
4. «

   Единственное, что знала Диотима о банковском деле, было то, что даже средние служащие банков ездили в командировки в первом классе, тогда как ей всегда приходилось довольствоваться вторым, если она путешествовала не в обществе своего мужа, и на этом строилось ее представление о роскоши, окружающей высших владык такого предприятия.

   Единственное, что знала Диотима о банковском деле, было то, что даже средние служащие банков ездили в командировки в первом классе, тогда как ей всегда приходилось довольствоваться вторым, если она путешествовала не в обществе своего мужа, и на этом строилось ее представление о роскоши, окружающей высших владык такого предприятия.
5. «

   Кому интересны тысячелетние словопрения о том, что хорошо и что плохо, если оказывается, что это никакие не «константы», а «функциональные значения» и добротность сделанного зависит от исторических обстоятельств, а добротность людей — от психотехнической сноровки в использовании их свойств.

   Кому интересны тысячелетние словопрения о том, что хорошо и что плохо, если оказывается, что это никакие не «константы», а «функциональные значения» и добротность сделанного зависит от исторических обстоятельств, а добротность людей — от психотехнической сноровки в использовании их свойств.

   — Ульрих · книга
6. «

   Легко, должно быть, испытывать героические чувства, если от природы ты нечувствителен, и мыслить километрами, если понятия не имеешь, какие миры таит в себе любой миллиметр.

   Легко, должно быть, испытывать героические чувства, если от природы ты нечувствителен, и мыслить километрами, если понятия не имеешь, какие миры таит в себе любой миллиметр.

   — Вальтер · книга
7. «

   Всякий прогрес это — это выигрыш в чем-то отдельном и раъединение в целом; это прирост силы, переходящий в прогрессирующий прирост бессилия, и от этого никуда не уйти.

   Всякий прогрес это — это выигрыш в чем-то отдельном и раъединение в целом; это прирост силы, переходящий в прогрессирующий прирост бессилия, и от этого никуда не уйти.
8. «

   Движимый нравственными импульсами человек отступает перед человеком бесчувственным и готовым действовать.

   Движимый нравственными импульсами человек отступает перед человеком бесчувственным и готовым действовать.

   — Ульрих · книга
9. «

   Речи высокопоставленных, занятых великими делами людей обычно бессодержательнее, чем наши собственные.

   Речи высокопоставленных, занятых великими делами людей обычно бессодержательнее, чем наши собственные.
10. «

    Человек, сознающий свою ответственность, даже если он и дарит свою душу, волен жертвовать только процентами, но никак не капиталом!

    Человек, сознающий свою ответственность, даже если он и дарит свою душу, волен жертвовать только процентами, но никак не капиталом!

    — Арнгейм · книга
11. «

    Человеческие идеалы содержат некий избыток требовательности, который непременно приводит к гибели, если не принимать его уже наперед несовсем всерьез.

    Человеческие идеалы содержат некий избыток требовательности, который непременно приводит к гибели, если не принимать его уже наперед несовсем всерьез.

    — Туцци · книга
12. «

    Никогда человек не продвигается дальше, чем тогда, когда он не знает, куда идет!

    Никогда человек не продвигается дальше, чем тогда, когда он не знает, куда идет!

    — Кромвель · книга
13. «

    У каждого чувства есть, кроме своих изначальных задатков, еще и судьба, а поскольку позднейшее его развитие и вовсе зависит от приходящих условий, то нет чувства, которое уже сначала было бы явно самим собой.

    У каждого чувства есть, кроме своих изначальных задатков, еще и судьба, а поскольку позднейшее его развитие и вовсе зависит от приходящих условий, то нет чувства, которое уже сначала было бы явно самим собой.

    — Ульрих · книга
14. «

    Перед законом все граждане были равны, но гражданами-то были не все. Имелся парламент, который так широко пользовался своей свободой, что его обычно держали закрытым.

    Перед законом все граждане были равны, но гражданами-то были не все. Имелся парламент, который так широко пользовался своей свободой, что его обычно держали закрытым.
15. «

    Мир ведь лишился не только бога, но и черта. Так же, как он переносит зло в образы нежелательного, мир переносит добро в образы желательного, которые он чтит за то, что они выполняют все то, чего тебе, по-твоему никак не выполнить самолично. Предоставляешь напрягаться другим, а сам спокойно смотришь со своего сидячего места — это спорт; позволяешь другим впадать в самые односторонние преувеличения — это идеализм.

    Мир ведь лишился не только бога, но и черта. Так же, как он переносит зло в образы нежелательного, мир переносит добро в образы желательного, которые он чтит за то, что они выполняют все то, чего тебе, по-твоему никак не выполнить самолично. Предоставляешь напрягаться другим, а сам спокойно смотришь со своего сидячего места — это спорт; позволяешь другим впадать в самые односторонние преувеличения — это идеализм.
16. «

    Я рад встретить в вашем лице завсегдатая библиотеки; надо время от времени навещать дух в его собственном доме, но сегодня это стало редкостью среди людей с положением.

    Я рад встретить в вашем лице завсегдатая библиотеки; надо время от времени навещать дух в его собственном доме, но сегодня это стало редкостью среди людей с положением.

    — Арнгейм · книга
17. «

    Внутренний престиж духа был удручающе бессилен против внешнего престижа унтера.

    Внутренний престиж духа был удручающе бессилен против внешнего престижа унтера.
18. «

    Жизнь полна таких отношений, когда один теснит и давит другого, если тот не бунтует.

    Жизнь полна таких отношений, когда один теснит и давит другого, если тот не бунтует.

    — Зигмунд · книга
19. «

    Можно ли, например представить, что у человека останется еще душа, когда он научится полностью понимать ее биологически и психологически и с ней обращаться? Тем не менее мы стремимся к этому состоянию!

    Можно ли, например представить, что у человека останется еще душа, когда он научится полностью понимать ее биологически и психологически и с ней обращаться? Тем не менее мы стремимся к этому состоянию!

    — Ульрих · книга
20. «

    Мир не обретет покоя до тех пор, пока народы не будут жить в нем в высшем единстве.

    Мир не обретет покоя до тех пор, пока народы не будут жить в нем в высшем единстве.

    — Диотима · книга